Повернули мы к торговому центру и припарковались на его подземном этаже. Загадочно…
– Приехали, – бодро сообщил Лейман, глуша мотор. – Мастер покемонов, прошу на выход.
– Эй! – возмутилась я. – Не называй меня так.
– О, извини… Истинный мастер покемонов, прошу на выход.
Я фыркнула и не спеша выбралась из машины, тщетно стараясь отсрочить неизбежное. Он тут же ловко стащил с моих плеч пальто и кинул его на заднее сиденье. Ну вот, не прокатило…
Их были десятки. Или сотни. Да нет – тысячи. Взглядов этих. Разных: любопытных, внимательных, скептичных, небрежных, осуждающих. Ух, столько здесь народа! Сидели бы дома, чай пили с вареньем. Пока мы поднимались на эскалаторе, какая-то группа гостей с юга вытаращилась на меня в полном составе и тыкала пальцами, шевеля одинаковыми мохнатыми усами. Девица рядом со мной захихикала, какая-то школьница тайком сфотографировала на телефон. Захотелось дать деру. Или разреветься. Я задрала голову и вцепилась как клещ в рукав Леймана, ткань хрустнула. Так ему и надо. Раз заставил меня вырядиться белой вороной, пусть все знают, что он со мной.
Чувствовала я себя глупо. Сама виновата. Поманили Тому фокусом, Тома и купилась. Лейман наблюдал за мной молча: то хмурился, то усмехался. Терпение лопнуло, когда толстый мальчишка, увидев меня, открыл рот и уронил мороженое. Да уж… Красота – это страшная сила. Пацаненок получил подзатыльник от задерганной мамаши, Лейман хмыкнул. Значит, опыты он на мне ставит? Нашел мышь лабораторную… Едва сойдя с эскалатора, я решительно покрутила головой в поисках заветного указателя. Запрусь в туалете, никакой МЧС меня оттуда не достанет. А платье это Лейману подарю. Пусть в рамочку его вставит и любуется. Раз оно его так впечатлило.
Вдруг кто-то дернул меня сзади за руку. Настойчиво так дернул. Я обернулась, опустила глаза. На меня в немом восхищении смотрела девочка лет пяти с тощими кудрявыми хвостиками. Она осторожно потрогала юбку и выдохнула:
– А я, когда вырасту, тоже стану принцессой!
И улыбнулась щербатой детской улыбкой. Я растерянно моргнула, внутри все наполнилось странным теплом. Бух, и оно стремительно понеслось по венам. Голова приятно закружилась, бросило в жар. К нам подлетела женщина с пакетами, очевидно, мама девочки, и увела упирающуюся малышку. Я осталась стоять в ступоре.
– Ага, – глубокомысленно изрек Лейман.
Подхватил меня под руку и потащил вниз. Остановились мы между магазином игрушек и салоном света. Надеюсь, он хочет купить люстру, потому что в магазин игрушек меня пускать нельзя! Я прилипну к витрине и окончательно опозорюсь. Я честно пыталась не смотреть в ее сторону, но… Там, за стеклом, стоял он – такой огромный, розовый, плюшевый. Пони! С выразительными глазищами и россыпью звездочек на спине. О-о-о…
Лейман понимающе улыбнулся и подтолкнул меня по входу в магазин, навстречу гигантскому плюшевому медведю в ковбойской шляпе. И продолжал легонько подталкивать в спину, пока мы шли вдоль рядов. Я усиленно делала серьезное лицо и старалась не пялиться. Я взрослая и серьезная. Я в университете учусь! Я не буду смотреть на этого пони. На этого славного игрушечного пони с блестящей шелковой гривой. Наверняка к нему в комплекте и расчесочка идет. Ай! Ну вот, началось!
Лейман ненавязчиво погнал меня между стеллажами, битком набитыми мягкими игрушкам, куклами, домиками для Барби с крохотными чашечками. Мимо армии полок с яркими коробками в отделе настольных игр. Злые летающие птички, пухлые колоды карт, шары принятия решений, разноцветные кубики. Всякие головоломки для детей от трех лет, регулярно заставляющие меня сомневаться в своих умственных способностях. Не сбавляя скорости, мы нырнули в арку, занавешенную шторой из игральных костей, и очутились во втором зале. По инерции я сделала несколько шагов и встала как вкопанная. Там было столько народа! Тьма. Судя по объявлению на стене, в магазине проходила традиционная субботняя встреча любителей настольных игр. Парни и девушки сидели всюду – на креслах, диванах и даже на полу, в углу набирал обороты турнир по «Твистеру».
Мое скоростное появление незамеченным не осталось. Предсказуемый набор реакций: разинутые рты, свист, чей-то традиционный выкрик: «А кого она косплеит?» Да чтоб их! Нервно сглотнув, я попятилась и… И врезалась в караулящего сзади Леймана. Он цапнул меня за руку и усадил на единственный свободный стул за ближайшим столом. Напротив меня сидели улитка, сарделька и грабли, рядом – валенок и чайник. Во всяком случае, так было написано на карточках, прилепленных ко лбам. Ну прямо Алиса в стране Чудес. Пока Лейман метался по залу в поисках стула, отвоевывал стремянку и устраивался рядом, я успела поздороваться со всеми, получить свою карточку и включиться в игру.
Суть была проста: на свое слово не смотреть, пытаться угадать его по наводящим вопросам на «да/нет» и помогать в этом важном деле другим. Лейман, глядя на мой лоб, откровенно посмеивался. На его месте я бы не очень веселилась. Тот, кто сидит с надписью «я – пельмень», мог бы и попроще лицо сделать! Впрочем, выяснилось, что моя карточка всем заявляла, что «я – зомби». Гад… Интересно, у них в наборе есть карточка «я – редиска»? Точно его, именная!
Вопрос за вопросом, пара шуток, переданная кем-то тарелка с печеньем, и я неожиданно расслабилась. Чужие взгляды перестали напрягать, тем более ничего плохого не происходило. Окружающие пальцем у виска не крутили и даже улыбались тем глупостям, которые я умудрялась ляпать. Побывав танком, бубликом и белочкой, я переманила Леймана за другой стол. Там проходила адская угадайка. Я изображала мигалку от автомобиля, игроки веселились. Чувствовала удивительный подъем сил и мягкое покалывание на кончиках пальцев. Казалось, я греюсь в неведомых лучах – ласковых и теплых. Все испортил Лейман, поманив меня к выходу.
– Не хочу уходить, – заныла я тем тоном, каким обычно в детстве уговаривала маму купить моей Барби в домик новые качельки.
– Ты же лопнешь, деточка, – прошептал он. – Столько энергии тянуть.
Что?! Я прислушалась к себе. Внутри плескалась светлая энергия – сияющими обрывочными кусками. Ее было много, очень. Она сливалась воедино, переполняя меня и готовясь перелиться через края.
– Я сама ее вытянула? Сейчас?.. Но как?!
– А это и есть мой любимый фокус, – усмехнулся Лейман. – Идем, объясню.
Я как завороженная зашагала за ним. Выходит, я умею энергию жизни восстанавливать? Каким образом?.. Я же ничего не делала!
Мы вышли из игрушечного рая, пересекли заполненный людьми коридор. Ряды магазинов заканчивались балконом, с которого открывался вид на пестрый ресторанный дворик. Я подпрыгнула от нетерпения и повернулась к лениво облокотившемуся о перила Лейману:
– Я научилась чужие эмоции ловить?
– Этому невозможно научиться. Можно лишь найти свой способ. Неизменная формула: перетягивание внимания плюс массовые эмоции, которые тебе в кайф. Конкретно ты впитываешь… так скажем, некий позитивный интерес. Хотя я бы эту реакцию легким приятным шоком назвал. Тебе нравится удивлять людей. Не зря постоянно тянет нарядиться. И быть на виду ты любишь, только почему-то боишься.
Последнюю фразу он произнес с явным непониманием.
– Позориться лучше в одиночестве, – вздохнула я. – Знаешь ли, мне по жизни повально не везет. Уж ты-то должен понимать… За тобой раньше тоже личная грозовая туча таскалась.
– Честно говоря, не успел оценить. Эф ее быстро схлопнул.
Кажется, глаза у меня стали круглые, как блюдца.
– Эф?! Твою Тень уничтожил Эф?
– Ну да. – Лейман отлепился от перил и спрятал руки в карманах. – Не охотники же. Иначе меня бы тут сейчас не было.
– Погоди… – Я недоуменно хлопнула ресницами и шагнула к нему. – Тень не может отойти далеко от своей жертвы.
– Значит, шесть лет назад ты была в Москве.
– Точно. Проездом, летом… – пробормотала я, вспомнив визит к маминым дальним родственникам. – А зачем Эфу понадобилось убивать твою Тень?
