почему он прожил так недолго, — ошарашенно договариваю я. Руби бледнеет.
— У отца всегда были проблемы со здоровьем, хоть он и держался бодрячком. Я слышала легенды о его силе, но при мне он уже не мог оборачиваться в дракона. А причина этому… мы?
— Не вы, а Аделаида, — поспешно поправляет её Лисанна. — Но это было лишь началом. Я не знаю подробностей, но она добивалась от своих экспериментов каких-то определённых результатов. И драконов для договорных браков выбирали неслучайно.
Мы с Руби переглядываемся.
— Уж не химеру ли она жаждала получить? — предполагает подруга, без труда выражая повисшую в воздухе мысль.
— Не знаю. Они с Лестрейлом что-то задумали, что-то настолько спорное, что он не посвящал в это даже собственных людей, — продолжает Лисса.
— Смешение драконьей крови, — бормочу я. — То, что могли не одобрить многие его подданные. Они со скрипом приняли смешанные браки, но двухстихийный дракон в их глазах был бы чем-то отвратительным.
— Но могущественным, — задумчиво произносит Райден. — А если получить несколько таких…
— Думаю, в этом и был план, — кивает Лисса. — А для грязной работы император подобрал остатки отступников из ордена пылающего ока — вероятно, он наобещал им что-то, так что они с радостью помогали ему. Я нашла этот дом, думая, что я мастер шпионажа, только они меня заметили и потешались, — довершает она уныло. — Так я и попалась.
— Но зачем им было посылать к нам в дом шпионку? — недоумеваю я. — Она говорила, что должна навести суету.
— Дайте угадаю, — Сэм скрещивает руки на груди. — Если я и понял что-то о личности императора, так это то, что он не любит платить по долгам. Могу поспорить, он хотел кинуть отступников, да и, к тому же, они вряд ли одобряли его идеи с получением химеры. Они ведь за чистоту крови!
Лисанна вдруг склоняет голову к плечу, с любопытством глядя на Сэма.
— Так и есть, — улыбается она. — У него был план избавиться от них, а они в ответ решили пустить в прах его многолетние усилия.
— Вот уж пауки в банке, — фыркает Руби.
— Пустить в прах его усилия, — устало произношу я. — Моего ребёнка ещё никогда не называли «усилиями императора».
Лисанна виновато вжимает голову в плечи.
— Я лишь хочу сказать, что они жаждут заполучить Ингвара. И в отличие от Лестрейла, что явно планирует взрастить из него могучего воина в рядах армии Ристайла, они… могли задумать что-то кошмарное.
— Потому они и послали лже-Лисанну, чтобы та следила за домом и выбирала удобный момент — или создала его самостоятельно, — подытоживает Райден. — Интересный план. Вступать в конфликт с имперской охраной в открытую они боятся.
— Если в деле шпионы императора пополам с отбитыми отступниками, этот вечер нам запомнится надолго, — ухмыляется Руби. — Чтобы безопасно доставить Ингвара в Академию, нам придётся попотеть.
— Да, — с улыбкой произносит Райден, складывая пальцы в замок. — И чётко следовать плану, в котором каждому из нас предстоит сыграть свою роль. К слову об этом…
Глава 19. Льются песни, льются вина
Конечно, выспаться нам не удаётся. Ночные разговоры отнимают почти всё время, а утром ещё предстоит заехать в дом, который мы снимаем Лисанне, и зайти в ателье, глянуть готовые наряды, чтобы легенда о том, что с утра мы сбежали за платьями, выглядела правдоподобно.
У меня много вопросов к слугам и особенно к дуэнье, которая допустила, что лже-Лисанна повсюду шаталась одна и спокойно крутила с моим мужем. Но сестра со свойственной ей жалостью умоляет:
— Вилле, это моя вина! Я специально выбрала аллару Вайсс, потому что при ней могла бы сбегать без последствий. Винс хотел, чтобы со мной поехала Хильда.
Я лишь вздыхаю. Хильда — дядюшкина вдова, бывшая нидхёгг, сосланная собственным мужем за строптивый характер — была бы, наверное, лучшим выходом. Под её зорким глазом Лисанну бы никто не посмел похитить. Но тогда сестре не удалось бы разнюхать всё про пылающее око, Аделаиду и зелье ложной истинности.
С другой стороны, тогда бы всё разнюхал Сэм, но не будь у нас фальшивой Лисанны, вряд ли я бы вообще обратилась к юристам, так и не получив ту самую первую встряску, что заставила меня хоть как-то действовать.
Размышляя обо всём этом, я оставляю слуг в неведении об их грандиозной промашке. Хотя лучше бы их наказала я и сейчас, чем потом Винс, когда всё вскроется. А оно вскроется…
— Интересными тропами иногда ведёт нас судьба, — бормочу я, рассеянно глядя сквозь платья, которые развесила перед нами владелица ателье. Лисса задорно смеётся.
— Говоришь, как вашнийка. Уже собралась переезжать?
— Не торопи события, — мягко улыбаюсь я.
Взгляд Лисанны становится лукавым.
— О, поверь, я-то их не буду торопить. А вот кое-кто заждался уже момента, когда сможет схватить тебя и умчаться в край прозрачных источников и джунглей! — восклицает она, хватая нежно-розовое платье с открытыми плечами и кружась с ним по ателье в дикой смеси вальса и мазурки. — Мечтаю встретить кого-то, кто смотрел бы на меня, как Рай на тебя! Неужели вы наконец-то будете вместе?
Владелица ателье возвращается с новой охапкой платьев, и Лисса притихает. Мало ли, кто может узнать нас, а мне не нужны слухи.
Лисанна выбирает несколько платьев и несёт их ко мне.
— Вот, — прикидывает она.
— Слишком открыто.
— Ой, молчи! — морщит носик сестра. — Не могу больше видеть, как ты одеваешься в мешки по указке Эйвана. Если он так боится, что другие мужчины засмотрятся и уведут тебя, так надо было быть достойным мужем!
Я разглаживаю воздушную шёлковую юбку и с улыбкой качаю головой.
— В таком виде меня из дома не выпустят.
Лисанна хитро щурится.
— А кто сказал, что из дома ты будешь выходить в таком?
Я смеюсь. Вот это моя сестра! А я, если честно, обожаю соглашаться на её авантюры. И вот уже карета несёт нас и наши спонтанные покупки к порталу. На часах нет и полудня, но впереди нас ждёт тщательная подготовка к приёму… И тому, что будет после него.
— Ты уже придумала, как накажешь всех? — заговорщицки шепчет Лисанна, косясь на шторку, что отделяет нас от кучера. Вряд ли за цокотом копыт он вообще услышит, что мы говорим, но безопасность превыше всего. — Ну, Аделаиду явно ждёт тюрьма, а что с Эйваном?
Меня охватывает задумчивость.
— Не знаю, Лисса. Я ведь не судья, чтобы выносить приговоры. Да и вина Эйвана разве что в том, что он пассивный идиот под каблуком у своей маменьки. Наказывают ли за это?
