поступим так же: вызволи из темниц наших потомков, и мы вступим в войну вместе с тобой.
Ниобу говорили о драконах, плененных в присвоенном Пино замке.
– Но почему вы сами не… Не вызволили потомков? – спросила Слава, рискуя прогневить Ниобу.
Магистр не остановил ее. Его и самого волновал озвученный вопрос.
– Мы не можем помогать тем, кого не испытали, – с важностью и присущей им степенностью ответили Ниобу. – Вы показали, на что готовы ради возвращения ордена. Но мы не уверены, готовы ли вы рискнуть жизнью ради нас, драконов. Освободите пленников, и мы поможем вам. Это наше последнее слово. А до тех пор ни один наш потомок не станет помогать вам.
Слава и Дрэго обменялись напряженными взглядами. Вместо того чтобы обрести союзников, они получили задание – практически неосуществимое. Условие Ниобу связывало руки рыцарям и магистру.
– Тогда возьмите это, – магистр передал Ниобу мешок с противоядием. – Распылите над Гротецией, и вместе с дождем зелье впитается в землю. Что бы ни съели или не выпили ваши собратья, они получат прививку от золотой лилии и никогда не превратятся в безжалостных монстров.
Дрэго с любовью посмотрел на Славу. Это она подсказала новое слово «прививка» – прежде его в Гротеции не использовали. Так прежде никто и не покушался на разум драконов.
– Мы сделаем это, – пообещали Ниобу. – К тому же дадим вам еще три дня на размышление. Как только освободите пленников, призовите нас. И мы откликнемся, где бы ни находились.
Взмахнув массивными крыльями и создав вокруг себя воздушные потоки, перемежаемые разрядами молний, драконы взмыли ввысь. И исчезли за облаками.
– Это немыслимо, – проговорил магистр. – Как нам спасти драконов из плена, если Ниобу связали нас по рукам и ногам?
– Но ваша магия, дон Дрэго… – напомнил один из рыцарей. Другие его горячо поддержали.
– Пино и… И его подельник с ног до головы увешались амулетами и артефактами. Разместили их в замке и его окрестностях – об этом докладывали разведчики-драконы. Все сделано для того, чтобы почуять мою магию. В замке слишком много принадлежащих мне предметов, он буквально пропитан моей энергетикой. Даже шарлатан смог бы воспользоваться этим. Я не говорю о капеллане, почти равном мне по мощи. Мы не успеем приблизиться к замку, а враги уже будут в курсе.
Карина и Карла, подслушивающие разговор, прижались друг к другу. Дэлия сильнее вцепилась в шею Огонька, на котором восседала, как на троне.
– Мне эти древние задаваки не указ! – фыркнул дракон. – Ниобу слишком много о себе мнят. Это они запретили помогать вам, магистр. Я и многие другие драконы знаем, как вы преданы нам, и будем с вами, несмотря на все запреты.
– Это слишком опасно, – проговорил Дрэго. Преданность Огонька и его желание помочь восхитили его. Но он не мог рисковать жизнями тех, кого поклялся оберегать. – Ниобу не только могущественны, но и обидчивы. Если вы пойдете против их воли, они могут отомстить всему драконьему роду. Нам придется выполнить их условие. Или позволить треклятому метаморфу остаться в замке. Уверен, Ниобу защитят потомков от Пино. Но они же прикажут им больше никогда не вступать в союзы с магами. Не помогать нам и жить уединенно, как сами Ниобу.
– Это будет уже совсем другая Гротеция… – задумчиво произнес Гранс. – Мы нужны драконам. Так же, как и они нам.
– На короля надеяться нечего, – заметила Слава. – Придется действовать самим. Предатели проникли в наш дом тайно, и мы поступим так же.
– Как именно? – заинтересовались магистр и его рыцари.
Слава хитро прищурилась.
– Я вернусь и освобожу драконов, запертых в замке. И у меня есть то, что поможет мне в этом. Осталась малость: разгадать тайну молчаливого помощника.
Глава 52
Она достала подаренный Дрэго кинжал и рассказала о легенде, что поведали ей гномы.
Дрэго взглянул на оружие лишь мельком – сейчас его больше интересовало другое.
– Что ты задумала? – спросил он, притягивая Славу к себе, будто предчувствуя расставание. – Как это ты освободишь драконов? Думаешь, я отпущу тебя одну в логово заговорщиков? Да я скорее сам сдамся, чем позволю тебе это сделать.
Карла и Карина были полностью солидарны с отцом.
– Не ходи к нему!.. – охнула одна. – Не для того мы от него убежали, чтобы возвращаться назад. Он не простит тебе наш побег.
– И не для того мы только что обрели мать, чтобы снова потерять ее, – добавила другая.
Слава вздохнула и мысленно досчитала до пяти. Сейчас, когда на них обращены любопытные взгляды всех эльфов, было довольно неудобно объясняться. Да и к чему посторонним вмешиваться в дела семьи?
– Думаю, нам стоит вернуться в лагерь и обсудить это наедине, – предложила она магистру.
– Если ты надеешься очаровать меня и заворожить, то напрасно, – проговорил он, все еще держа ее в объятиях. – Никакая сила не застит меня отпустить тебя.
Слава проявила настойчивость:
– Но поговорить мы можем?
Карина и Карла тоже желали участвовать в принятии столь важного решения. Да и Дэлия не отказалась бы послушать разговор взрослых. Но Сплава проделала хитрый маневр: предложила Ролдэну и Иллиону прогуляться до клиосских деревьев.
– Они должны были уже зацвести, – проговорила она, подмигнув парням. – Говорят, эти раскидистые кроны, усыпанные розовыми соцветиями, не оставляют равнодушной ни одну девушку. А запах пробуждает самые волнующие ощущения. Вот только цветут клиосские деревья раз в десятилетие и не дольше пары часов.
Карла пробормотала что-то о несправедливости бытия, но позволила Ролдэну увести себя на прогулку.
А Слава и магистр под удивленные и настороженные возгласы эльфиек и рыцарей, уединились. И как бы ни было сильно их взаимное притяжение, как бы ни сходили они с ума от близости, сегодня стало не до нежностей. Когда
