в груди. — Когда я схватила её за руку, это была не я. Кто-то другой внутри меня, слишком сильный, разгневанный, и… голодный.
— Лидия, — Аш сделал шаг мне навстречу.
Я снова попятилась.
— Не хочу опять это чувствовать. Не хочу! Не желаю бездумно, как пиявка, тянуться к вашему огню, — я помотала головой, не сразу сообразив, в чём ему призналась. Пусть он и так знал, но это было неловко. — Быть может, после ритуала, о котором говорил Мар, будет легче. Но не сейчас, нет!
Кристофер опустил голову, усталым движением потёр шею и повернулся к краю обрыва.
— Я растерян не меньше. Не знаю, чего ждать от вашей непокорной стихии. Но ничего не делать тоже не выход. Романов пригласил меня помочь вам. Не скрою, я не хотел возвращаться в Столицу, но согласился на эту работу и должность. А после знакомства с вами, понял, что не могу вас подвести.
Он повернулся, а я поёжилась, обхватив себя за плечи.
— Если со мной что-то случится, на место главы академии найдут другого достойного кандидата. Об этом я не беспокоюсь, как и о том, о чём болтают у меня за спиной. Я переживаю лишь о том, что будет с вами, Лидия, если я не справлюсь и не сдержу обещание, данное Романову.
После его слов мне стало стыдно за свой упрёк, брошенный ранее, и я опустила глаза.
— Простите меня, — пробормотала смущённо, так и не осмелившись посмотреть на собеседника.
— Вам не за что извиняться, — кажется, он улыбнулся. — Не могу сказать, что вы делаете успехи, но вы стараетесь, и это похвально. Думаю, сегодня вы заслужили отдых, — феникс задумчиво окинул взглядом долину. — Раньше я часто приходил сюда, чтобы подумать и побыть в одиночестве.
Я не смело подошла ближе.
— Как вы нашли это место?
— Отец любил горы, — в голосе мэтра слышалось неподдельное тепло. — Очень часто, на каникулах, мы выбирались в походы. Когда мне было десять, мы приехали сюда в Непал. Поднимались по одной из троп с группой туристов, — он осмотрелся в темноте, будто пытаясь разглядеть ту самую тропу.
— А мой отец запирал меня в подвале нашего дома, — тихо пробурчала я в воротник его куртки. Ткань пахла можжевельником, брошенным в костёр, чем-то горько-сладким и возбуждающим. Запах его кожи, и вкус того единственного поцелуя, о котором я теперь постоянно думала.
Я повернулась лицом к горам, прикрыла глаза, наслаждаясь удивительной тишиной, и чувствуя лёгкое опьянение от свежего воздуха. Гуляющий ветер пел мелодию пустоты, и в ней чуткий слух мог вычленить голоса мёртвых, нашедших покой, там на самом верху, на заглаженных скалах под безликими звёздами.
— Спасибо, — поблагодарила я с улыбкой, не открывая глаза. — Спасибо, что показали мне это место.
Я чувствовала, что мастер Аш стоит рядом, только смотрит в другую сторону, туда, где мерцали тёплым светом огни поселения.
— Не за что, — тихо, словно боясь нарушить безмерную хрупкость момента, проговорил Кристофер.
Не сговариваясь, мы обернулись друг к другу. Истончилась донельзя проведённая граница. Он прикоснулся пальцами к моей щеке, и на один короткий миг перестал существовать окружающий мир, а переживания превратились в растаявшие поутру сновидения. Только моё сердце, и шум разгоняемой им крови в ушах, подтверждали, что происходящее вовсе не сон. Я дрожала, ни то от холода, ни то от головокружительного возбуждения.
По чёрному бархату неба скользнула догорающая звезда.
Но всё неуловимо переменилось. За какие-то считанные секунды, в прохладном воздухе разлилось напряжение, и я поняла, что мы больше не одни.
— Далековато вы забрались, — знакомый голос, привычные ехидные интонации. — И зачем, спрашивается?
Мастер Аш не сдвинулся с места, он просто вытянул руку, в которой материализовался меч, застывший аккурат, у горла Марбаса.
Демон хищно усмехнулся, небрежно отвёл клинок чуть в сторону.
— Полегче, Феникс. Я же тут не просто так по горам прыгаю, у меня хорошие новости, — буднично доложил он. — Мы можем отправляться в путь.
* * *
Весь следующий день я провела как на иголках. После обеда мне пришлось отправиться в дом на Набережной под предлогом внезапного больничного, читай воспаления хитрости. Хорошо, что расписание Викки не совпадало с моим, и я умчалась раньше, чем она вернулась. Оставив ей записку, и прихватив тёплую кожаную куртку с капюшоном, чёрные джинсы и удобные ботинки на шнуровке, я вызвала такси и уехала. Для всех этих вещей в начале сентября было ещё рановато, но Мар наказал одеться потеплее. А я всегда думала, что в Аду жарко.
Дома меня ждала Ника.
— Это тебе, — она вручила мне один из своих рюкзачков «Милен». Из коричневой мягкой кожи, на молнии и с двумя карманами спереди. Кроме регулирующийся лямок, у него имелась и длинная ручка, благодаря чему его можно было носить через плечо.
«Милен» — название модного дома придумавшего сумки с пространственными карманами. Невероятно вместительные и удобные. В такую малышку можно упаковать спальный мешок и трёхнедельный запас еды, и даже ещё останется место. И едва ли сумочка будет весить больше килограмма.
— Я собрала немного фруктов, бутербродов, положила воду, разные снэки и батончики, — деловито заглядывая в рюкзак, доложила подруга. — Ещё дядя Эст велел взять спальный мешок из кладовки. Откуда он у него ума не приложу, — хихикнула она, и я тоже улыбнулась.
Сложно представить аристократичного мэтра Романова, отправившегося в поход, где ему пришлось бы ночевать в палатке и забираться в спальный мешок. Ловить нечисть по грязным подворотням, вполне в его стиле, но уж точно не подобный активный отдых.
— Чтобы я без тебя делала? — я крепко обняла её.
— Пожалуйста, береги себя, Ли, — Ника сжала меня в ответных объятьях и всхлипнула.
Какое-то время мы просто стояли посреди моей комнаты, обнявшись.
— Мэтр Эст не говорил когда вернётся?
Приехав, я не нашла хозяина дома ни в его кабинете, ни в
