время нам не выгоден тот сепаратизм, который касается и затрагивает наши интересы, в частности сепаратизм Чечни, много лет разогревавшийся США, проект «Великая Черкессия», разработанный Британией, любой другой сепаратизм у наших геополитических союзников. Его мы должны всячески гасить всеми возможными способами. То же касается и Косово — никакой государственности, никогда, раз этого хотят американцы и не хотят наши братья-сербы. Такая политика двойных стандартов должна быть принята нами как ответная, уравновешивающая, реалистская мера. Мы должны действовать быстро, смело, решительно — только тогда мы остудим пыл США и спасём многие суверенные государства от развала, но в то же время спровоцируем сепаратизм там, где это выгодно нам и невыгодно Америке. В этом суть реалистской политики. Стоит разогревать и поддерживать сепаратизм басков в Испании, отделение Шотландии и Северной Ирландии от Великобритании, провоцировать сепаратистские настроения во Французской Гвиане, на Корсике, подогревать к отделению германоязычный Эльзас, кельтскую Бретань, Валлонию в Бельгии. Но в первую очередь нас должен интересовать сепаратизм в США, которые и так трещат по швам из-за своей предельной неоднородности и наличия массы внутренних противоречий. Мы вполне способны спровоцировать множество сепаратистских очагов на Западе и в Америке в частности, именно для того, чтобы им стало не до нас.
Однако вместо реализации такого подхода российская власть вновь выступает с позиции международного права, пытаясь использовать моральные преимущества такой позиции для того, чтобы оказаться как бы вне критики. По мнению сторонников такого подхода, именно косовская ситуация нас этим всем «вооружает», потому что наша позиция с точки зрения международного права абсолютно безупречна. Да, безупречна. С точки зрения международного права, с которым, в том-то и проблема, Америка перестала считаться. А следом и её союзники, тоже плюющие на международное право и законность при первом удобном случае. Цинизм и аморальность, которые демонстрируют США, лишают нас тех преимуществ, которыми мы располагаем сейчас, следуя строго в рамках принятых правовых моделей. Да, это морально. Но с позиции реалистского подхода — предельно неэффективно и ведёт в конечном итоге к проигрышу. К тому же удачная крымская кампания 2014 года открывает дорогу к более решительным действиям и на других направлениях. Нам необходимо развивать крымский успех и далее.
Три албанских государства: где предел?
Рассматривая косовскую проблему, многие исходят из того, что Косово — это некая спорная территория, и по поводу её статуса есть точка зрения, отстаиваемая албанцами и их патронами — США, а есть некая правда сербов, молчаливо и безучастно поддерживаемая Россией. На самом же деле существует одна географически, исторически, геополитически и правовым образом обоснованная истина: Косово, в прежние времена называвшееся Старая Сербия или Космет (от Косово и Метохия), — это именно сербские исторические территории. Мало того, именно отсюда пошло начало сербской государственности, в Косово находится самое большое количество православных памятников, могил, храмов и монастырей, — более тысячи объектов на таком небольшом клочке земли. Это примерно то же самое, что новгородские или псковские земли для нынешней России, не говоря уже об оккупированном американскими наймитами Киеве. Почему же тогда так остро встала именно косовская проблема? Надо понимать, что изменение границ тех или иных субъектов — это в первую очередь изменение границ естественного проживания тех или иных народов или этносов. А границы естественного проживания меняются как естественным путём, так и искусственно.
Следует напомнить, что албанцы во время Косовской битвы были союзниками сербов против турок. В период 1920—1930-х годов албанцы не были так воинственно настроены в отношении православного сербского населения, что создавало все предпосылки к мирному совместному сосуществованию. Однако албанцы — далеко не однородное с культурной и этнической точки зрения явление. Есть албанцы-православные, албанцы-католики, албанцы-мусульмане. Албанцы в Албании — это одна общность, а албанцы на территории Косово — совсем другая. Здесь нет и не может быть какого-то универсального подхода. При этом следует признать, что албанцы являются автохтонным населением Балканского полуострова, и это совершенно неоспоримый факт. Исторически, в силу своей пассионарности, албанская экспансия продвигалась на север. Но где пределы этой экспансии?
Помимо собственно Албании, албанское население присутствует в таких странах, как Сербия, Македония, Греция, Черногория. При этом албанцы обладают потрясающим качеством: они могут создать численный перевес в любой точке своего проживания не только путём естественного воспроизводства, но и посредством миграционной динамики. В нужный момент албанцы из всех своих мест проживания собираются туда, где это необходимо. Так было и с ситуацией в Косово. Это легко мигрирующее население, его можно направить в любую необходимую политикам сторону. Сегодня помимо собственно самой Албании и ставшим албанском Косово, встаёт вопрос и об отдельной албанской Македонии. А это значит, что уже три албанских государства появятся на территории Европы. Где же предел?
Самая главная проблема, с которой мы сталкиваемся сейчас, это даже не двойные стандарты, а разрушение вообще каких бы то ни было стандартов, за исключением права сильного. Парадоксальным образом Запад сам сейчас столкнулся с проблемой разрушения собственных правовых представлений. Следует также понимать, что, когда мы говорим «Запад», мы должны учитывать отсутствие единства этого самого Запада по косовской проблеме. Сегодня Америка действительно разрушает стандарты международного права в пользу права силы. В рамках Ялтинского мира были две державы, которые определяли некоторые правила игры, обязательные для всех. Сегодня — это одна держава, играющая без правил, основываясь на диктате сильного и собственных интересах.
Две Европы — два подхода
Проблема Косово для Европейского союза заключается в том, что подход к косовскому вопросу разрушителен для самого Евросоюза. Силы, стоящие за косовской независимостью, находятся за пределами ЕС. Независимость косовского «государства», его законность или незаконность — категория геополитическая. Соответственно, оценка ситуации отличается настолько, насколько отличается геополитическая ориентация оценивающей стороны. Строго говоря, любая государственная независимость на каком-то этапе является самопровозглашённой и незаконной. С точки зрения, допустим, англичан, США — это самопровозглашённое государство, которое оставалось таковым до тех пор, пока не был подписан мирный договор. В таком же статусе долгое время находилась и Советская Россия. Степень признания или непризнания зависит от того, какое количество государств признают или не признают новообразование. И вот здесь как раз главным критерием является то, какую геополитическую позицию занимает признающее государство. В случае с Косово — признание обеспечено со стороны США, стоящих за реализацией этого проекта, и тех государств, которые принимают американскую геополитическую, то есть атлантистскую, ориентацию. Против — Россия и её немногочисленные в своей проявленности союзники. Что же касается Европы, то здесь как раз и возникает главное противоречие. За
