угодно, а он вместо того, чтобы спасать безнадёжных больных, взял и вывернул всё наизнанку и начал убивать. Не перестаю поражаться людям…
– А может, оно было бы и к лучшему, если бы он умер, – мстительно пробормотал невидимка. – Вот уж кого не жалко…
– Никогда не интересовался убийствами, – отрезал Карэле. – И вообще, хватит нам с тобой болтать на улице. Не хочу, чтобы люди сказали, что старый Карэле Карэле выжил из ума и разговаривает сам с собой.
– Можно подумать, вас когда-нибудь волновало, что они говорят, – фыркнул Ивер, но всё-таки замолчал.
Карэле чуть заметно улыбался, по пути то и дело раскланиваясь со знакомыми. В Пате начиналось лето. Тёплый ветер, заполняющий синюю чашу неба, пахнул чистой листвой, надеждой и бессмертием.
X. Невыгодная покупка
– А я ведь мог к вам и не попасть этим летом, – сказал с улыбкой Венсан Анс, откидываясь на спинку дивана, стоящего в гостиной Алли.
Этот темноволосый, плотного сложения мужчина лет пятидесяти обладал открытым лицом и такими ясными, смеющимися глазами, что так и хотелось улыбнуться ему в ответ. Но Алли всё-таки нахмурилась.
– Неужели совесть тебе позволила бы съездить за границу, не завернув по дороге к нам? Так и знай, я бы этого не простила!
– И она не шутит, – подтвердил Карэле, подливая гостю кофе. – Правда, не знаю, что Алли хотела увидеть больше: тебя или твою новую книгу.
Венсан рассмеялся, бросив взгляд на свежее издание «Астрологии и Таро», лежащее тут же, на столе.
– В том-то и дело, что не было бы никакой поездки за границу. Представьте себе, я едва не потратил весь гонорар на одну антикварную штучку.
– Не может быть! – воскликнула Алли. – Когда это ты успел увлечься подобными вещами?
– Полагаю, это случилось в первый и последний раз в жизни. Впрочем, ты бы тоже не устояла. Ни за что не догадаетесь, что это было.
– Само собой, – пожал плечами Карэле. – Лучше признавайся сразу.
– Ладно, – мужчина выдержал торжественную паузу. – Это был зеркальный ключ Гауэра!
Алли тихо ахнула.
– Он же бесследно исчез!
– Будешь смеяться, но в итоге он действительно исчез.
– О чём говорят эти люди? – меланхолично вопросил Карэле у кофейника.
– Ну да, ты же вряд ли знаешь о ключе, – кивнул Венсан. – А это уникальная вещица.
Он потёр переносицу, задумавшись, с чего начать рассказ. Пожалуй, история ключа стоила того, чтобы поведать её с самого начала.
– Ключ изготовил знаменитый зеркальщик Пекам. Собственно говоря, начинал он совсем не с ключа. В один прекрасный день ему в голову пришла идея необычно оформить витрину. Представьте себе: столик, два стула, на столе ваза с цветами – и всё это из зеркал.
– Из осколков? – предположила Алли.
– Нет же, цельные гладкие предметы с зеркальной поверхностью. Пекам придумал наносить амальгаму на металлический остов, а затем покрывать стеклом. Смотрелось и вправду сногсшибательно, после этого он и стал знаменитым. И заодно нашёл себе любимое развлечение: начал создавать самые неожиданные зеркальные предметы. Кое-что он оставлял себе, а остальное продавал.
– Хороший ход, – одобрил Карэле.
– Ну так вот, зеркальный ключ купил знаменитый предсказатель Гауэр. Заметьте, я совершенно не отрицаю, что он был шарлатаном. Рассказывают, что вначале Гауэр собирался использовать ключ для гипноза. Но потом придумал более эффектное применение. Он сообщал клиентам, что открывает этим ключом их сердца, а затем принимался угадывать прошлое и предсказывать будущее. Это и есть самое необычное в истории зеркального ключа: он вдруг заработал. Существует около десятка свидетельств людей, которым Гауэр на время одалживал ключ – не бесплатно, разумеется. Ключ и вправду открывал сердца.
– Самовнушение? – предположил кондитер.
– Это не объясняет случаев точных предсказаний, в которых сам Гауэр не участвовал.
– А я думаю, что ключ работал по-настоящему, – мечтательно вздохнула Алли. – В конце концов, человеческая вера может творить настоящие чудеса.
– Мне тоже нравится эта версия, – согласился Венсан. – Гауэр пользовался зеркальным ключом года три или четыре. А затем он исчез – Гауэр, не ключ. Хотя и ключ пропал тоже… Было решено, что предсказатель не то умер, не то сбежал. Правда, все его вещи, кроме ключа, оказались на месте. И здесь история обрывается почти на семьдесят лет.
– А потом? – Алли подалась вперёд от нетерпения. «Как ребёнок, слушающий волшебную сказку», – улыбнулся про себя Карэле.
– А потом, представь себе, садовник рыхлит грядку под нарциссы – или что там сажают в начале лета? – в саду бывшего дома Гауэра и натыкается на этот самый ключ, нисколько не пострадавший от времени. Старик, естественно, знать не знал, что это за штуковина, но сообразил, что её можно продать за приличные деньги. И отнёс к антиквару – моему хорошему знакомому. Он, помимо прочего, занимается редкими книгами, так что я частенько бываю у него в лавке. Антиквар моментально понял, что к чему. К моему приходу ключ уже красовался на бархатной подушечке в отдельной витрине, запертой на замок. И стоил, я предполагаю, раз в сто больше, чем получил старик-садовник.
–
