at the river, — сказал что-то Томас, — I will wash away all the dirt that I have accumulated during the journey. Mountains, deserts, steppes… where I just haven't been, dude…[4]
Мэтью хлопнул меня по плечу:
— Look around: the world is dead. And I'm glad you didn't give up after what happened to you. Personally, I got mad at the six hundred and twelfth god for this shit, and I'm constantly looking for him. Why is no one looking but me? Why don't people even discuss this schmuck?[5]
Мужик отхлебнул несколько глотков из банки, указал на черепа и продолжил:
— It's good that you care about people even after what happened to you. I haven't met humane zombies yet, man. The monster sitting in the river is a target for big guys. leave it to me[6].
— Если бы я знал, что ты говоришь, — просипел я, разминая отбитое плечо. Томас смолчал.
Вода в реке забурлила. Похоже, Тритерий заметил вспышку и решил посмотреть, кто пришел на его территорию.
Когда из реки выскочил гибкий, трехметровый гуманоид, Томас с сожалением посмотрел на недопитую банку, осмотрел покрытие экстрим-парка, покачал головой и впихнул стекляшку мне в ладонь.
— Hold my beer[7].
Обратно в реку Тритерий рванул гораздо быстрее, чем выпрыгивал из нее, но Мэтью молниеносно настиг псевдобога прямо в воздухе и нанес жуткий рубящий удар сверху вниз.
Грохнуло так, что я присел. Щит Тритерия отразил удар, но монстра впечатало в водную гладь с такой скоростью, что будь на его месте обычный человек, ему переломало бы все кости. Меч игрока вспыхнул, и Мэтью упал в реку.
— Надеюсь, этот мужик знает, что делает, — прохрипел я.
Битва двух существ с уровнем гораздо выше сотого была эпичной. Основное действие происходило под водой, но и того, что я видел, было немало: вода шипела, бурлила, исходила клубами пара. Временами в воздух взвивались водяные щупальца, чтобы устремиться обратно в воду. Тритерий высвободил все свои припрятанные скиллы, носился по всей реке, как угорелый, но постепенно стал сдавать.
Бой длился не меньше четырех минут: я даже заскучать успел. Сперва я болел за Томаса и ждал, пока тот покажется на поверхности, чтобы отдышаться, но тот из-под воды не вылезал. И так как темп битвы не стихал, а игрок не спешил умирать, я сделал вывод (длинно): воздух американцу нужен гораздо меньше, чем обычным людям. Вряд ли доспех Томаса оснащен кислородным баллоном: вероятно, игрок неплохо прокачал живучесть.
Закончилось всё очень эпично. Сперва вода в реке расступилась, обнажая илистое дно. Американец заорал:
— Van punch!
И ударил противника так быстро, что самого удара я не увидел, смотрел только как из реки вылетел Тритерий: псевдобог пролетел нехилое расстояние, переворачиваясь в воздухе, как брошенная морская звезда. Полет закончился на берегу, по которому прокувыркался земноводный. Мэтью Томас же просто телепортировался к псевдобогу, который пытался встать на четвереньки после полета.
— Достойная бит…
Договорить псевдобог не успел. Сверкнула полоса стали, и голова Тритерия упала рядом с телом.
Шкатулка появилась не сразу. После смерти Тритерия мир будто выцвел, посерел. Угасли звуки, запахи, и на расстоянии метра от трупа появился сгусток черноты, который разросся до куба, пока не оформился в абсолютно черную коробку лута.
С коробкой Томас поступил очень странно: мужик разогнался и пинком закованной в сталь ноги отправил коробку в реку.
— There will be some shit, — пояснил мне американец. И грянули фанфары.
Внимание! Глобальное сообщение! Величайший подвиг на планете Земля!
Мэтью Томас.
Уровень: 223.
Стал первым человеком, убившим бога!
Мэтью Томас получил право на исполнение любого желания!
Охренеть… Я осознал, что стою на расстоянии удара от того, кто пишет историю: от знаменитого на весь мир человека, изрядно проредившего величайших монстров и взявшегося за богов.
И этот человек рыгнул, почесал затылок и забрал у меня из руки банку.
— Thank's man. I don't know if I can make you human, but it's worth a try, right? You're not bad, I see you fought the water monster. Yes, and desires — that's still shit, they do not work nine times out of ten. Help people, man. Live normally and remember me[8].
Произнеся всю эту долгую непонятную тираду, Мэтью Томас ушел в себя. Спустя несколько секунд прилетело заключительное сообщение.
Мэтью Томас хочет бездарно потратить желание на возвращение мертвяка в мир живых! Одобрено!
— Good luck, man.
Мэтью отсалютовал мне банкой, глотнул из горла и с хлопком исчез.
— Что за…
Я свалился на землю от неожиданно нахлынувшей слабости. Сперва я подумал, что на бутылке был яд, а потом думать вовсе не осталось сил. Меня начало корежить. Странный и очень неприятный зуд нарастал в черепе, груди и позвоночнике. Хорошо, что это длилось всего секунды три. Плохо, что после трех секунд зачесалось все тело.
Я попытался дотянуться когтями до лица, чтобы сорвать кожу, пробить кости черепа и хорошенько почесаться изнутри, но тело скрючило судорогой и одновременно — слабостью. Я даже пошевелиться толком не мог. Даже заговорить. Я бы кричал, вопил, если бы мог. После того, как я привык к мертвячьему телу, где повреждения воспринимались сознанием как техническая неполадка, испытывать боль и зуд — ужасно.
Потом была страшная ломота по всему телу, когда мышцы требовали нагрузку, а я не мог даже пальцем пошевелить. Затем начали втягиваться когти. И хотя ощущения были куда мерзотнее всего предыдущего, они ни в какое сравнение не шли с уменьшающимися, втягивающимися в пасть клыками.
Очень жаль, что Мэтью ушел и даже не отоварил меня по затылку напоследок… Вырубил бы или убил — без разницы, суть одна — не чувствовать этих жутких ощущений…
— Поздравляю, дружище, — прохрипел я после того, как все наконец закончилось, — Теперь ты жив. Правда, умирать было в разы приятнее…
Рана на груди заросла — это меня приятно
