— Успокойтесь! Она будет директором, а вот на должность главного редактора я пригласил высокопрофессионального человека, специалиста высшей категории. Знакомьтесь! Леонид Игоревич Березкин! — представил Руслан интеллигентного вида мужчину в очках и строгом костюме.
— Березкин? — раздался в зале шум, так как этого человека в журналистских кругах очень хорошо знали.
— Он возглавлял крупные издательства, а теперь согласился руководить вашим изданием.
Леонид Игоревич произнес прочувственную речь о том, как он счастлив руководить таким талантливым коллективом.
— Поприветствуем Леонида Игоревича, нового главного редактора, громкими аплодисментами! — Голос Руслана вывел Марусю из глубокой задумчивости.
Коллективу, похоже, понравились планы Березкина. Все двинулись в комнату, где был накрыт фуршетный стол. Руслан подошел к Марусе.
— Ты чего такая кислая? Что-то случилось? — поинтересовался он у Маруси. — Все прошло отлично. Ну, пришлось мне потравить анекдоты, пока тебя ждал, но ничего… Леонид Игоревич сделает все как надо, ты будешь преуспевающей женщиной! Учись у него управлению, и у тебя тоже получится!
— Я постараюсь, если Тоня все не испортит…
— А где она, кстати? — спросил Руслан. — Что-то я ее не вижу.
— Она возомнила себя владычицей морскою, — туманно пояснила Маруся.
— Я понял. Это бывает с непривычки, но потом должно пройти, когда голова благодаря жизненным тяготам и заботам приземлится на плечи. Расслабься… Выпей!
— Я не могу… я уже выпила. Пойдем со мной, я посмотрю, как Тоня, — попросила Маруся.
— А где она?
— В комнате охранников. Отдыхает…
— Хорошо, но мы еще должны поприсутствовать на фуршете, — сказал Руслан и поспешил за Марусей.
— Спасибо тебе, очень много для меня делаешь. — Маруся вспомнила, что забыла его поблагодарить.
— Мне в радость, — ответил он.
Они вошли в комнату охранников и приблизились к дивану. Антонина лежала с застывшим лицом в какой-то неестественной позе. Марусю охватило нехорошее предчувствие, сердце у нее заколотилось, и она схватила подругу за безвольно повисшую руку:
— Тонечка!
Руслан приоткрыл Антоне веко, пощупал пульс и констатировал:
— Она мертва. Черт…
— Что? — замерла Маруся. — Не может быть!
— Убедись сама… — сказал Руслан, с испугом посмотрев на Марусю.
Та опустилась на стул, ноги ее не держали.
— Я ничего не понимаю… Это я виновата! Проклятое наследство! Эти деньги! Мы напоили ее, чтобы она не молола на собрании чепуху, вот ее сердце и не выдержало! Я преступница! Тоня! Тонечка! — Маруся билась в истерике.
— Ты ни в чем не виновата.
— Это я напоила ее до смерти, а потом еще охранник огрел электрошокером! — Маруся зарыдала.
Руслан взял ее за руку и заглянул в глаза:
— Какой алкоголь? Какой электрошокер, Маруся? У нее из груди торчит нож! — сказал он, крепко прижав ее к себе.
Глава 17
Маруся думала, что от пережитого сойдет с ума. Ее колотила нервная дрожь, она не верила, что Тони больше нет.
— Бедная моя, бедная подруга… Такая несуразная, глупенькая, но очень добрая… Она так радовалась, что стала богатой, строила невероятные планы… И такой страшный конец, — плакала она на плече у Руслана.
Вскоре сбежались сотрудники. Охранники закрыли дверь в свою комнату и никого не пускали.
Если бы не Руслан, не его поддержка, Маруся не знала бы, как выдержит все это. Он был рядом постоянно. Прибывшие следователи по горячим следам ничего не выяснили. Сотрудники были на общем собрании, но некоторые выходили из зала, кто в туалет, кто перекурить, кто ответить на срочный и нужный телефонный звонок… Люди творческих профессий в жесткие рамки не вписываются. Таким образом, подозревать можно было половину сотрудников издательства, потому что треть мелькала под камерами туда-сюда, а еще из актового зала был запасной выход, которым никто обычно не пользовался, но неизвестно, выходил ли кто-нибудь сегодня. Там камеры видеонаблюдения не было. Нужно было понять, кто входил в комнату охранников. И тут выяснилось, что именно камера, направленная на дверь охранников, была выведена из строя. Отпечатков на рукоятке ножа убийца не оставил, как ни странно, но удар был нанесен так, что крови было очень мало, поэтому ее могло и не остаться на одежде убийцы. Однако убийца все же намочил палец в тонкой струйке крови Антонины и сделал ей два мазка на лице из углов рта вверх, словно она улыбалась.
— Это явно маньяк, психически неуравновешенный тип, — сразу же предположил следователь Дмитрий Иванович, и на это трудно было возразить.
Марусю, Руслана и Лилю отвели в редакцию криминальных новостей и допросили.
— Вы понимаете, что являетесь главными подозреваемыми? — спросил Дмитрий Иванович, обращаясь к Марусе и Лиле.
— Мы? — удивилась Лиля. — Не надо выдумывать… Я вообще под следствием. Еще выясняют, точно ли я была непричастна к злоключениям своей матери, а тут еще такое!
— И все же вы подозреваемые номер один… Вы могли вернуться в каптерку и прикончить несчастную, — предположил следователь.
— Знали еще два охранника, да нас многие видели… Я не запомнила никого, потому что стыдно было в глаза смотреть, — сразу же ответила Лиля.
— Что характерно, судя по тем записям, что мы имеем, ни Маруся, ни Лиля не покидали актовый зал, — подал голос один полицейский.
— Это не стопроцентное алиби, как выяснилось, — отмахнулся Дмитрий Иванович.
— Да почему именно мы? Мы что, другого места найти не могли? Вы охранников проверьте, один из них шарахнул бедную женщину электрошокером! Форменный идиот! — снова возмутилась Лиля.
Маруся же сидела совершенно безучастно, она никак не могла свыкнуться с мыслью, что не стало ее Тони. Остальное ей было абсолютно все равно.
— Зачем охраннику ее убивать? — спросил следователь.
— Просто потому что псих! А нам зачем? — огрызнулась Лиля.
— Лично у вас во время спора возникла личная неприязнь, — ответил следователь. — Есть свидетели, проходившие мимо. Они слышали, что погибшая нелестно отзывалась о вашей матери, да и вообще вела себя не слишком спокойно…
— Стану я обращать внимание на бредни пьяной и не очень умной, извини, Маруся, женщины! — фыркнула Лиля.
— А у вас так вообще прямой интерес, — посмотрел Дмитрий Иванович на Марусю. — По завещанию господина Терехова вы с гражданкой Нефедовой имеете право на собственность в равных долях. Теперь вы единственная владелица. Чем не мотив?
— Не говори ничего без адвоката, — дал совет Руслан.
