«Белом Орле». Люди Блэка из Сан-Франциско. Ларри Фаррадэй, адвокат Блэка. Наши новые друзья из Саратоги, Пиа Кассаветис и её напарник.
Родители Ника. Сестры Ника.
Кевин Лоулесс. Алекс Холмс, сын адмирала.
Все беженцы-видящие, примкнувшие к нашим рядам.
Мы до сих пор не знали, скольким из них грозила опасность.
Неужели моя сестра реально будет сидеть в стороне и позволит Брику убить всех моих друзей?
Она поможет ему убить всех моих друзей?
Она убьёт Энджел? Юми? Хирото?
Я не могла думать об этом. Если просто допустить такую мысль, это уже вызывало у меня тошноту. Мне хотелось закричать, выбить этот образ из головы. Вместо этого я прикусила язык, пока не ощутила вкус крови, и потрясла головой, чтобы привести мысли в порядок.
К тому моменту, когда я вновь смогла видеть, Блэк прижимал меня к себе.
Его рука, обхватившая меня сзади, крепко обнимала.
Он прижимал меня спиной к своей груди.
Я чувствовала в нём жар, беспокойство за меня, за наших друзей, жаркую убийственную ярость на Брика. Я чувствовала, что он тоже задаётся вопросами о Зои, но старается делать это тихо, так, чтобы я не услышала. Проблема в том, что сейчас я слышала всё. Я сомневалась, что через его разум проходило что-то, чего я не слышала… не чувствовала… или не видела.
Я осознала, что все остальные тоже притихли.
Все думали о словах Блэка.
— Нам надо раскрыть это дело, — сказала я. — Нам надо решить эту загадку.
Все посмотрели на меня.
Я почувствовала, что все согласились.
Блэк крепче прижал меня к груди.
— Я до сих пор не думаю, что тут ничего нет, — твёрдо сказал Блэк. — Как бы ни ненавистно было признавать это… я всё ещё верю, что нам надо в чём-то разобраться. Это слишком заморочено… даже по меркам Брика. Если он просто хотел убрать нас с дороги, он мог бы выстрелить в нас дротиками и запереть где-нибудь. Ему не надо было так утруждаться. Но что бы там ни было, это не может быть простым убийством. Кажется, Брик вообще не упоминал убийство в изначальной записи, так? Он назвал это преступлением. Загадкой. Но не убийством как таковым.
Очередная пауза.
— Неважно, что это, — сказал Джакс.
Он казался решительным и согласным с Блэком.
— Он проведёт нас через это. Подозреваю, что он уже показал нам больше, чем мы осознаём… мы просто смотрим не под тем углом, — Джакс сжал ладонь Кико, посмотрев на Ника, затем на Декса. — Нам надо продолжать осматривать дом и искать улики. Нам нужно успокоиться нахер. Мы разберёмся… И это придурок-вампир нас отпустит.
Он бросил на Ника быстрый взгляд.
— …Без обид.
Ник пожал плечами.
— Он правда придурок. И вампир.
— Тогда нам просто надо сделать то, чего он от нас хочет, — сказал Декс. — Супер. Мы окажем услугу вампиру-убийце, и он нас отпустит. Это создаст прекрасный прецедент при условии, что мы выберемся отсюда живыми.
— Но что это может быть? — раздражённо спросила Кико. — У кого-нибудь вообще есть идеи? В чём ему надо помочь разобраться?
Она жестом указала на комнату, и я моргнула от солнечного света, глядя на газоны за трёхэтажным домом. Я поймала себя на желании посидеть в этом саду, может, с чашечкой кофе и книгой.
— Всё это случилось так давно, — сказала Кико с нескрываемой досадой. — Как мы должны что-то раскрыть, если это случилось так давно? Он по ложечке выдает нам улики без контекста. Мы не можем никуда пойти, чтобы получить новые сведения. И мы можем проводить интервью только с фальшивыми людьми на темы, которые вообще могут быть неправдой.
После слов Кико воцарилось молчание.
Я нахмурилась, стараясь подумать.
Кико права. К этому времени мы должны были знать больше.
Мы отстойно справлялись.
Я посмотрела на остальных.
— Зрение, — сказала я наконец. — Ему нужно наше зрение видящих. Это единственное, что имеет смысл. Он сказал, что ему нужно, чтобы мы это сделали, так? Единственное, что есть у нас, но нет у него — это зрение видящих.
— И для чего нам использовать своё зрение видящих? — спросил Даледжем.
Он казался таким же раздражённым и скептически настроенным, как Кико.
Он показал вокруг так же, как Ник, копируя его манеру — сознательно или нет.
— …Кико верно сказала. Эти люди не настоящие. Нечего тут читать. Нечего узнавать. Даже если бы мы могли их прочесть, мы бы читали вовсе не их. Мы бы, скорее всего, читали Брика или того, кто запрограммировал это дерьмо для него.
— Может, это и неправда, — Джакс поднял палец. — Мы же говорили о фотографиях, верно? Может, это как с фотографиями у нас дома? Может, мы сумеем использовать изображения этих людей, чтобы отследить их. Или прочесть…
— Они мертвы, Джакс, — нетерпеливо сказал Даледжем. — Нечего отслеживать. Или читать.
— Да, я это понимаю. Но мы могли бы совершать временные прыжки или…
— Нет, — Блэк покачал головой и показал на небо, имея в виду органическое поле, которое окружало дом. — Нет. Для этого нам нужны верхние структуры. Мы не сможем сделать это, не вырубив себя. Это поле помешает. Временные прыжки сродни пространственным прыжкам. Ни те, ни другие мы не можем совершать, оставаясь в пределах поля вокруг дома. Мы не можем покидать дом. Брик хочет держать нас здесь. Внутри. Постоянно.
— Для этого должна иметься причина, — выпалила я. — Как и у всего остального. Иначе он убрал бы поле, верно? Он запер бы нас иным способом. В конце концов, разве важно то, что мы не можем связаться с нашими друзьями, если мы всё равно не сумеем выбраться? Что от этого толку, серьёзно? Мы не можем им помочь. Мы, скорее всего, не могли даже предупредить их. Брик мог легко заполонить весь курорт своими людьми ещё до того, как мы очнулись в этом месте.
Остальные повернулись и уставились на меня.
— Может, поле работает только в одну сторону, — сказал
