хрусталя.
— Или вампиры, — пробормотал он.
Ник бросил на него жёсткий взгляд, затем как будто решил проигнорировать.
— Они не в числе погибших, — заметил Ник, показывая рукой на трупы. — Я не вижу здесь чудаковатых родственников Брика. Я также не видел их на других местах убийств.
— Не такая уж и загадка… да? — Джакс нахмурился, держа руки на бёдрах.
Он глянул на Кико, затем заметил, как Ник и Декстер сверлят друг друга взглядами, и отвернулся.
Вместо этого он сосредоточился на мне.
— Я думал, мы тут должны что-то раскрыть? — произнес Джакс. — Что тут раскрывать, бл*дь? Вполне очевидно, кто это сделал.
— Очевидно ли? — Блэк хмуро посмотрел на другого видящего. — Пока что мы не видели самих убийц. Только трупы. И хвастовство двух фриков, которые предположительно жили здесь. Мы даже не знаем, были ли они всё ещё здесь, когда это случилось. Если посмотреть на одежду…
Он показал на женщину с белой шалью и, похоже, хлопковым платьем.
— …То между этой и той первой записью в гостиной прошло как минимум двадцать лет. Стиль платьев сменился на более крестьянский. Сюртук мужчины более облегающий и короткий…
Мы все проследили за его указывающим пальцем, и я осознала, что он прав.
На мужчине также не было парика.
Лишь кожаный шнурок, которым мужчина связал свои тёмно-каштановые волосы в хвостик.
Должно быть, XVIII век подходил к концу.
— То есть, мы даже не знаем, живут ли здесь эти двое или уже нет, — сказала я, нахмурившись.
— И у этих ребят никак не спросишь, — заметил Джакс.
— Но всё равно весьма вероятно, что это они, разве не так? — Ник нахмурился, скрестив руки на груди. — По крайней мере, Брик явно намекает, что это они. Иначе зачем включать их как единственных, кто способен говорить? И зачем программировать записи так, чтобы они рассказали нам то дерьмо о Луизиане и пропавших детях? Они предельно ясно дали понять, что убивали людей в Новом Орлеане. И вообще, а кто ещё мог убивать? Нам не дали других подозреваемых. Нам даже не дали мотивов, если не считать какого-то чокнутого дерьма про пиратов. И мы не можем провести свои беседы. Мы даже не можем нормально изучить дело, пока застряли здесь.
— Может, это сделали вампиры, — пробормотал Декстер рядом с ним.
Ник повернулся, впервые наградив его сердитым взглядом.
— Да перестань ты, Декстер. Иисусе. Ты видишь на них следы укусов? Вампиры обычно не забивают людей молотками.
— А некоторых и не забили молотками, — парировал Декс, показывая на женщину с разорванным горлом. — Как по мне, весьма по-вампирски.
Ник посмотрел на мёртвую женщину и пожал плечами.
— Опять-таки, мы обычно так не делаем.
— Почему? Потому что вы такие цивилизованные?
— Потому что у нас есть клыки, придурок, — рявкнул Ник. — И так слишком много крови тратится впустую.
Воцарилось молчание.
Даледжем посмотрел на меня и на Блэка, чья рубашка оставалась распахнутой.
Он нахмурился. На мгновение показалось, будто он собирается что-то сказать, но Блэк, должно быть, сообщил ему что-то своим пристальным взглядом, потому что Даледжем отвернулся.
— Вы ещё что-нибудь нашли? — спросила я у остальных. — Есть что наверху?
— Колыбелька, — Кико бросила на меня мрачный взгляд. — Наверху. В детской.
Я поморщилась.
— Хочу ли я знать?
— Какую именно часть? — кисло спросил Ник.
Подумав об этом, я осознала, что реально не хочу знать.
Но всё равно спросила.
— Виртуальные образы были?
— Нет, — Ник покачал головой. — Ничего. Мы прошлись несколько раз. Но он оставил старую деревянную игрушку. Она напоминала какую-то птицу или…
— …Или летучую мышь, — перебила Кико.
Она переглянулась с Ником, и я невольно заметила, какими нормальными теперь казались их отношения. Я гадала, не это ли тревожило Декстера.
— Не только это, — сказал Джакс, наградив меня тяжёлым взглядом.
Я посмотрела вниз и увидела, что Джакс держит Кико за руку.
Я чувствовала, как они все осознают, что мы занимались сексом.
Они очень остро осознавали этот факт.
Я также чувствовала, что это раздражало большинство из них, особенно видящих.
— Вот уж действительно, — пробормотал Джем.
— Может, мне просто не нравится быть третьим лишним, — проворчал Декс.
Я моргнула, глянув на Декстера.
Он хмуро посмотрел на меня, затем на остальных.
— Что? Это же правда. Разве нет?
Я осознала, что он прав.
Мне тут же захотелось его обнять.
Я ощутила шепоток ревности от Блэка и пихнула его локтем, рассмеявшись.
— Дурак ты, — сказала я ему.
Его пальцы крепче сжали моё плечо.
— Нам надо выбираться отсюда, — пробормотал он. — Мы по большей части адаптировались, но всё ещё под кайфом от этих чёртовых тортов. Мы понятия не имеем, что они делают с нашими друзьями… и живы ли те вообще. Нам надо выбираться отсюда к чёртовой бабушке и помочь им.
Я ощутила, как слова Блэка ударили по чему-то в моей груди.
Моё сердце.
Они ударили по моему сердцу.
Все остальные тоже нахмурились от слов Блэка.
Мы все чувствовали стоявшую за ними реальность, которую Блэк воплотил в жизнь, заговорив. Я знала, что он прав. Торты до сих пор влияли на нас. Я обманывала себя, думая, что большая часть их воздействия ушла. Но, должно быть, что-то изменилось.
Опасность, грозившая нашим друзьям, впервые повлияла на меня на примитивном уровне.
Я не настолько витала в облаках, чтобы не понимать, в какой они опасности.
От слов Блэка меня накрыла безудержная паника.
Пока я смотрела на Блэка, перед моим мысленным взором встали их лица.
Энджел. Ковбой. Мэнни. Ярли.
Холо. Люс. Туз. Мика.
Мэджик. Пёс. Фрэнк. Девлин. Истон.
Их так много, что всех и не перечислишь.
Все остальные люди из Нью-Мехико, все обитатели резервации, все, кто работал в
