этим, отметил я. — Дети аристократов и простонародья».
Помимо них на курсе хватало и нейтральных детей горожан и более зажиточных слоев населения. Они просто не хотели ни с кем конфликтовать, а потому старались не лезть в это.
Думая об этом, я отметил, что если бы не появилась Фиделия, подобного раскола бы не произошло. Та же группа Кира возникла лишь как ответ на то, что Фиделия собрала вокруг себя свиту и начала показывать зубы.
Ничего хорошего в этом, разумеется, не было. Руководство школы если и понимало, то ничего не могло сделать. Ректор государственного учебного заведения, вероятно, имел ограниченные полномочия.
Среди этого расслоения для меня положительным моментом было то, что «поставить» себя удалось верно. Для всех однокурсников я был словно пик горы — далекий и недостижимый.
«Только Кир, похоже, думает иначе», — добавил я, встретившись взглядом с амбалом.
Тот и не подумал отвести глаза, показывая непокорность. На этот раз я не стал играть в гляделки и отвернулся.
«И все же дела идут неплохо, — подумалось мне. — Хоть я и все еще ограничен в возможностях действовать, это намного лучше, чем было при пробуждении в этом мире».
Неожиданно ко мне подошла Крис с какой-то подружкой. В руках девчонка держала лист плотной бумаги.
— Вик, — несмело обратилась она. — Алисия нам дала расписание и сказала сообщить всем.
Она протянула листок.
— Та-а-ак, — я взял у нее расписание. — Сейчас глянем.
Каждый учебный день был одинаков. Длинный урок по одному предмету, за ним следовал обед, после чего был не менее длинный урок по другому предмету. Остаток дня юные маги делали домашнее задание, отдыхали либо посещали дополнительные занятия. Последнее пока для нас, первокурсников, было недоступно.
— Общее физическое развитие, — прочитал я первый урок на завтра. — Затем вновь основы магии.
— Алисия попросила передать, чтобы надевали комплект тренировочной одежды, — добавила Крис, и, помявшись, добавила. — Ну, мы пошли.
— Погоди, — остановил я девушку и оглядел ее более внимательно. Выглядела та вполне себе нормально, только была чуть-чуть сконфужена.
— Как у тебя дела? — спросил я. — Все хорошо?
— Д-да, — опустила глаза Крис.
Её симпатичный вид, маленький рост и скромное поведение делали ее донельзя милой. Так и хотелось защитить от кого-нибудь.
Однако я одернул себя. Ну, вот опять подростковые закидоны дают о себе знать.
— Если будут какие-то проблемы, обязательно подойди ко мне, — улыбнулся я. — Чем смогу, помогу.
— Хорошо, — ответила Крис и позволила себе несмелую улыбку. — Спасибо.
Они с подружкой отошли в сторону, а я еще раз осмотрел гостиную. Часть моих однокурсников еще толпилась у зеркала. Некоторые ходили по коридору с полотенцами, щетками и мылом, готовясь ко сну. Их примеру последовал и я. Завтра будет уже полноценный учебный день и следует быть к нему готовым.
* * *
Следующим утром зарядки не было. Её заменил урок, который должен был длиться до обеда. Поэтому, умывшись и надев специальную удобную тренировочную форму, мы легко позавтракали и пошли на улицу.
Стоило выйти из замка, как ветер бросил в лицо листья. Поймав один из них, я заметил, что тот уже слегка пожелтел. Хоть вокруг еще было зелено и тепло, осень потихоньку начинала вступать в свои права.
Выйдя на улицу, мы пошли в обход замка. В очередной раз я отметил, какие живописные пейзажи окружают Харден. Я точно помнил, что в прошлой жизни любил гулять на природе.
«Замотался, — подумал я. — Надо будет обязательно восстановить эту привычку».
Когда мы подошли к тыльной части замка, то были удивлены двумя моментами. Первое — это то, что здесь находилось довольно много старшекурсников. Находясь в отдалении, они стояли без дела. Будто просто кого-то ждали. Уж не нас ли? Вторая странность была еще более удивительной…
— Это еще что такое? — послышались удивленные возгласы моих однокурсников. Похоже, они впервые видели такое. Выглядело это и правда странно — грязевые рвы и нелепые строения из досок.
«Полоса препятствий», — отметил я.
Эта фраза чуть было не сорвалась с моего языка, но я вовремя прикусил его. Не стоило демонстрировать специфических знаний, особенно когда твоя легенда — потеря памяти.
Полоса препятствий будто прямиком из лагеря армейской подготовки заняла сотню метров территории за замком. Осматривая это изобретение чьей-то злой фантазии, я невольно вспомнил имя преподавателя в расписании уроков. Оно отличалось от остальных.
«Сержант Хоук, — мысленно повторил я. — Может, какого отставного военного пригласили магов тренировать?»
Думая об этом, я заметил, как со стороны замка к нам приближается довольно колоритный персонаж. С деревянным протезом вместо одной ноги, весь в шрамах, он к тому же имел повязку на одном глазу. Это делало его похожим на какого-то пирата из приключенческой книги.
Как только появился преподаватель, наблюдавшие за всем старшекурсники подошли чуть ближе, хоть и продолжали соблюдать дистанцию.
«Что-то у меня странное ощущение», — подумал я, оценивая ситуацию.
Из-за протеза походка мужчины выглядела странно, будто через каждый шаг он подпрыгивал. Видимо, это и его вид показались моим сокурсникам забавным, потому что из толпы подростков послышались смешки. Все бы ничего, но именно в этот момент затихли галдящие девчонки. В резко образовавшейся тишине смешки прозвучали хоть и негромко, но достаточно ясно, чтобы услышал подошедший преподаватель.
Отреагировал он мгновенно. Мужчина подобрался, будто сгруппировавшись перед схваткой. В одно мгновение он из какого-то полукомичного пирата начал походить на матерого волка.
«Что-то сейчас будет», — понял я.
Начинать знакомство с демонстрации неуважения — это очень плохая идея. Вдвойне плохая, если это ветеран, явно повидавший в жизни кровь. Надо было как-то исправлять ситуацию.
— А ну, построились перед преподавателем! — громко произнес я.
Видимо что-то поняв, однокурсники проявили чудеса скорости и послушания, в считанные секунды выстроившись в ровную шеренгу. Все это время сержант Хоук, словно дикий хищник, с легким прищуром единственного глаза наблюдал за происходящим.
Старшекурсники, ставшие свидетелями ситуации, затаили дыхание. И теперь я, похоже, понимал причину их сбора здесь.
Некоторое время преподаватель стоял и присматривался к нам, прежде чем заговорить.
— Можете обращаться ко мне «сержант Хоук», — произнес он. — Кому тут мое появление показалось смешным? Выйдите из строя, я вас еще посмешу.
Воздух как будто похолодел. Мы все молчали. Разумеется, тот, кто усмехнулся, и не подумал выйти.
— В армии за неуважение к старшему наказывали плетью, —
