цветовую форму твоего корабля, понимая, насколько она для вас важна.
Камера продолжает облёт и я замечаю выполненную тонкой, изящной вязью надпись – на сей раз – справа, у самого носа.
«La Jamais Contente»
Хм…вроде это значит – всегда недовольная?
Что это, кому могло прийти в голову так назвать свой корабль?! И череп этот…
– Мы решили оставить эту надпись считая, что она наилучшим образом будет соответствовать твоему психологическому портрету.
– Угу, козлы круглые, будет! И…Пинок вам будет – при встрече!
– Мы выяснили, кто был последним обладателем этого корабля, – продолжает меж тем Рыж.
– Оказывается, это была очень известная личность.
– Кто?
– Но я не буду лишать тебя удовольствия самому узнать это. Найти верное решение или ответ самому – это же так приятно! Не благодари, это ничто по сравнению с твоей помощью нам.
– Гады!
– И, зная как строги в вашем обществе законы обладания вещами, я сообщаю тебе, что прежний владелец не будет претендовать на твой корабль.
Камера прекращает нарезать круги вокруг корабля и движется влево, быстро опускаясь к мшистой поверхности.
Там, между двух, подозрительно квадратных возвышений – мох, покрывающий их не может скрыть ровных и прямоугольных форм, лежит кучка хлама.
Наплыв и я узнаю, скорее даже угадываю, проржавленные части шлема. Небольшой поворот и передо мной скалится тусклыми зубьями забрала, кусок шлема. Чуть в стороне ржавеет какая-то полоска металла, рядом – половинка широкого кольца, некогда бывшая замком пустотной перчатки. Её я узнаю сразу – слишком характерные пазы защёлок проходят по всей её длинне.
– Мы не знаем, что тут произошло. – нарушает молчание Рыж.
– Мы не стали проверять груз, место покоя разумного – священно.
Хм…а ящиков погибший вытащил из корабля прилично – камера поднялась выше и я успел заметить не менее трёх квадратных и приглаженных мхом холмиков. Около одного из них стоит Рыжик, и его макушка слегка возвышается над их верхней плоскостью. Примерно мне по пояс, прикидываю я. Интересно…
Затерянная в космосе планета, корабль с характерной окраской и некие ящики. Весьма и весьма интригующе, не правда ли? Вот только скелета попугая тут не хватает, каррамба! Или пиастры? Что там джентльмены удачи рычат в подобных случаях?!
– Сейчас мы уже на пути к Матери, – меж тем продолжил Рыж.
– Она передает тебе пожелания удачи и, передаю дословно, «замысел Древнего велик, Посланник. Не сопротивляйся его пути». Прощай, Посланник. И – спасибо тебе за корвет. Он удостоится великой чести – быть домом Великой Матери. Прощай!
– Не забывай нас! – пискнул наполовину всунувшийся в кадр Зол.
– Может ещё и свидимся!
Шарики смолкли и начал медленно таять и выцветать. Секунд десять и уже ни что не напоминало о виденной мною записи.
– Эээйййй, стой! Куда ты? А координаты планеты? – запоздало спохватился я, но увы – было поздно.
Гады круглые!
– Комп? – неуверенно позвал я. Кто этих чужих знает – Что они с бортовым компом учудили? У них своя логика, у нас – своя.
– Слушаю, – послышался стандартный, мёртвый голос компа.
– Запись повтори.
– В инфо базе видеозаписей не обнаружено.
– Это как? Вот же только что, ты сюда проецировал?! – я ткнул рукой в пульт.
– Проектор не активен.
Так…узнаю их штучки.
– Видео фиксация рубки ведётся?
– Да.
– Врубай! – я протёр ладони друг о друга. Ишь – самыми умными себя возомнили.
На лобовом стекле тут же загорелся экран. Судя по ракурсу – съёмка велась откуда-то сверху.
Посреди рубки лежал…я. Ну да, а кого ещё, интересно, я там ожидал увидеть? Вот я приподнялся, потянулся и каким-то детским жестом протёр глаза.
Встал.
Огляделся.
Ещё раз потянулся – и направился к креслу пилота.
Уселся, протянул руку к пульту…и замер в идиотской позе с вытянутой над пультом рукой.
Секунда…три…пять – я, который на экране, пребывал всё в той же позе.
Я, который не на экране, покосился на таймер, ожидая, что это брак съёмки или что я как-то поставил запись на паузу. Нет – циферки в нижнем правом углу, показывающие продолжительность записи, продолжали быстро сменять друг друга. Я на экране не шевелился.
Я уж было собрался попросить комп ускорить воспроизведение, но тут экранный я, пошевелился убрал руку и закрутил головой.
– Эээйййй, стой! Куда ты? А координаты планеты? – произнёс я с экрана, и я в кресле воровато оглянулся, будто кто-то мог услышать этот растерянный вскрик.
– Комп, достаточно.
Картинка пропала.
Мде… Лихо они меня, лихо. И хвостов не найти. Гипноз? Или та дрянь, которой меня усыпили – она не только усыпила, но и внушила мне это «видео»?! В любом случае – я могу только гадать. Да и стоит ли? Они получили мой Корвет и свалили. У меня есть этот Питон и воспоминания о планете где его нашли. А толку от этой памяти? Ну, что я знаю? Планета с атмосферой. Вращается вокруг оранжевой звезды. Есть жизнь. Атмосфера, если судить по туману – хлор. Охренеть как много информации… Возможно, если плотно засесть за справочники, я и смогу выделить системы, отвечающие таким требованиям. Но, блин…сколько неучтённых факторов. Рыж был на Петровиче. Сколько времени он туда летел? А, если они прыжковый модуль улучшили? И – сколько времени они новую Базу копали? Одновременно и полетели за Питоном и копали? Кроме того – они что, специально искали планету с Питоном? Или с любым кораблём, а эта – Ля Джамаис…ну – вечно недовольная, им просто подвернулась? Тогда может они и не искали специально? Нашли в той же системе, где и База? Фуххх… Непонятно.
Не, ребята… Так искать клад старого пирата, а я был уверен, что это именно клад – бесполезно. До старости буду подобные планеты перебирать.
Уж лучше своим делом заняться – этот корабль улучшать.
Обидно, конечно – всё с нуля, всё заново… Но – теперь хоть какой-то опыт есть. Не буду как слепой котёнок тыкаться. Сейчас определимся с модулями и планчик набросаем. Сами. Без помощи инженеров – они то, каждый на себя одеяло тянут.
Я активировал правый, справочный экран, и погрузился в изучение установленных на корабле модулей.
Итак…
Ну… В принципе могло бы быть и хуже. Практически все модули, за исключением системы жизнеобеспечения и сенсоры были топовые. Они были лучше стандартных, но до верхней планки не дотягивали солидно – и этому было объяснение. Предыдущий владелец корабля постарался по максимуму облегчить свой корабль. С инженерами он знаком не был и поэтому увеличивал дальность прыжка самым простым способом – устанавливая самые лёгкие модули. Если
