нашего класса как раз последним — фехтование, так что буду ждать тебя там. А сейчас пора по кабинетам, если не хотим опоздать.
Едва мы с Ярославом разошлись, как кто-то схватил меня за рукав. Обернувшись, я увидел незнакомую девушку. С лишённым эмоций лицом, она смотрела на меня, крепко вцепившись в мой пиджак.
Глава 21
Спарринг
— Ты что-то хотела? — поинтересовался я, когда пауза затянулась.
Но девушка продолжала молчать, а потом протянула мне сложенную записку и тут же убежала.
— Что это сейчас было?
Нет, меня удивила не записка, и даже не способ, которым она его передала. А то, что над головой девушки не было звезды.
За последние дни я уже так привык, что мог сразу узнать кто стоит передо мной, что сейчас отсутствие звезды над ней сильно смутило меня.
Может, она не обладает магией? Но тогда там должно было быть хотя бы имя. Вон даже у животных оно есть.
Пока я размышлял об этом, прозвенел звонок.
— Ну вот, теперь ещё не хватало на первый урок опоздать. А у нас ведь алхимия. Такими темпами Нортон меня опять после уроков оставит.
Сунув записку в карман, я побежал в аудиторию.
* * *
Алхимия оказалась не таким уж и сложным предметом. Довольно сильно напоминающим химию из моего прошлого мира. Здесь так же имелась периодическая таблица элементов, и хоть сами они отличались, но принципы их построения совпадали. Те же формулы, соединения.
А выделяя компоненты из одних веществ и совмещая их с другими элементами, получались новые вещества. В общем, та же химия. Разве что, в расчётах нужно было учитывать ещё один показатель, а именно количество маны, которое нужно добавить, чтобы получившееся вещество приобрело магические свойства.
В общем, для меня, как человека, проучившегося пять лет в химическом вузе, здесь не было ничего сложного. И, конечно, это не удалось скрыть от глаз учителя. С первых же минут он подметил, что я справляюсь с его задачками быстрее остальных.
— Приятно удивлён, — подойдя к моей парте, улыбнулся Альберт. — У тебя оказывается такая склонность к алхимии. Не хочешь плотнее заняться моим предметом?
Вот дела. Сам предмет мне и правда понравился, вот только учитель совсем не импонировал, как и идея сидеть у него на дополнительных занятиях. Если ли бы учителем был кто-то другой, я бы ещё подумал, но Нортон — просто пугал меня.
— Благодарю за предложение, но боюсь, Вы переоцениваете меня. Я всего лишь выполняю то, что вы просили. Да и для алхимии нужен большой запас маны, а у меня с этим, как Вам известно, не очень.
— Ну, этого мы ещё не знаем наверняка…
— И всё же. Сейчас магия для меня — что-то недоступное. Возможно, когда я освоюсь со своей силой, то подумаю над Вашим предложением ещё раз.
Нортона явно не устроил такой ответ. Но настаивать (по крайней мере сейчас) он не стал и просто продолжил урок. Правда, теперь мне стал давать задачи посложнее нежели всем остальным. И даже простил моё опоздание.
И хоть от дополнительных занятий я отказался, скрыть свой интерес к этому предмету было очень сложно. Её применение оказалось настолько обширно, что сложно найти сферу, в которой она не использовалась. Опытные алхимики могли легко преобразовывать одни вещества в другие, укреплять материалы, или разрушать их. В общем, весьма полезные навыки.
* * *
После алхимии пришло время магическая ботаники. Хотя я бы назвал его зоология. Да, мы изучали местные волшебные растения, только они больше походили на животных.
Говорящие цветы; ползающие, будто змеи, лианы; и растения-питомцы с которыми нужно разговаривать, а если у тебя плохое настроение — они напевали успокаивающие мелодии, помогающие уснуть и убирающие все тревоги.
Расскажи мне кто-нибудь, что в этом мире такие существуют, я бы точно не поверил, решив, что надо мной издеваются. Благо, в природе такие представители флоры встречались редко и считались диковинными, так что отыскать их не так просто. Но делать это всё же приходится.
Оказывается, компоненты, из которых делают многие лекарства, можно добыть только из этих растений. Так, например, в порошок для выращивания зубов обязательно входили листья лезвенной осоки, растущей в самых труднодоступных местах.
Поэтому, для сбора таких растений создаются специальные ботанические отряды, в которые входят самые крепкие и стойкие маги. Ведь добраться до мест их обитания — это целый квест, включающий разные испытания и сражения с монстрами. В общем — настоящее приключение. Но я от такого был далёк. Хватило мне уже одного сражения в лесу, когда я чуть не умер…
Зато Оскар как услышал про это, прямо загорелся идеей вступить в такой отряд.
— Ваше рвение очень похвально. Вот только учеников в такие отряды не берут. Это слишком опасно, — пояснила учительница. — Поэтому придётся сперва закончить академию.
Бёрнса такой ответ явно расстроил.
— Зато у нас будут полевые тренировки, — попыталась подбодрить его учительница. — Если хорошо себя на них проявить, то можно получить рекомендательное письмо, с которым вас могут взять в такой отряд на старших курсах в качестве практики. Так что постарайтесь хорошо себя проявить.
Значит, у нас ещё и полевые тренировки будут. Интересно куда нас отправят? Впрочем, не думаю, что будет что-то опасное. Скорее всего попросят убить парочку слабых монстров и что-нибудь собрать.
— Простите, — поднял руку Томас. — А как часто будут эти тренировки, и что на них нужно делать?
— Раз в триместр каждый класс отправляют в лес, где вы должны выполнить поставленные перед вами задачи. Но не переживайте. Вся программа рассчитана на ваш уровень и знания, так что никаких проблем не возникнет. К тому же с вами будут ваш классный руководитель и несколько старшекурсников.
— Они хоть не будут ограничивать наши силы? — возмутился Оскар.
— Нет, конечно. Их задача лишь подстраховать вас на случай непредвиденной ситуации.
— Вот и отлично! Главное, чтобы под ногами не путались! — улыбнулся Оскар. — Не терпится скорее отправиться на эту тренировку!
— А нельзя от неё отказаться? — Тут же поинтересовался Корбетт.
— Ты что⁈ — Бёрнст уставился на него как на сумасшедшего.
— Меня несильно прельщает идея несколько дней бродить по лесу в поисках какого-нибудь существа. Ещё и защищаться от нападения монстров придётся. Там-то барьер не действует.
— Так это ведь самое интересная часть учёбы! —
