— Охотно выполню вашу просьбу. Мне точно известно, что он жив и здоров. Ваш брат — настоящий патриот, он избран членом комитета в Мериленде, его уважают повсюду. Он помогает формированиям одеждой, снабжает хлебом и другими продуктами. А вот его брат… не знаю его имени, имеет совсем другие политические взгляды… Вот ведь как бывает в жизни… Она порой складывается так, что брат может воевать со своим братом, — задумчиво произнес он.
— Мне трудно судить своих братьев, время покажет, кто из них прав. — Мегги не была искушена в тонкостях политических разногласий. — Могу ли я попросить вас передать ему от меня письмо? Если вам, конечно, не сложно это сделать.
— Конечно, почему нет? Сделаю это с большим удовольствием, — с готовностью отозвался начальник обоза. — Пока мы тут будем отдыхать, кормить лошадей, вы сможете сочинить своему брату послание. — Лицо Мегги засветилось радостью.
Наступил полдень, процедуры были закончены, больные накормлены. В палаточном госпитале дремали ополченцы, а Мегги присела у окна и стала писать письмо брату.
Через несколько дней Харви читал довольно путаный и наспех написанный рассказ Мегги о своих злоключениях.
Его лицо помрачнело, когда он узнал о предательстве Адама. Старший брат так отвратительно ведет себя по отношению к сестре. Харви всегда казалось, что тот питает к Мегги нежные братские чувства, а тут такое… Как он мог дойти до такой низости, думал он и не мог найти ответа. Для него было очевидно, что Адам, как и его отец, остался сторонником господства английской короны. «Моя сестра нуждается в помощи!» — сделал он для себя вывод.
Харви пригласил своего лучшего друга и помощника Эдди.
— Через пару дней нам предстоит поехать в Ньюберг. Там была вынуждена остановиться в госпитале моя сестра, которая разыскивает меня, — объяснил он Эдди. — Кто бы мог представить, что Мегги, оставшись без средств существования, будет жить среди ополченцев и помогать больным и раненым! — задумчиво добавил он.
— Что должен сделать я? — спросил Эдди.
— Проверь, как обстоят наши дела. Собери обоз с продуктами — не ехать же нам с пустыми руками к больным. Купи теплые вещи для женщин, потому что она со своей горничной. Как только все будет сделано, дай мне знать. На заседании комитета мы обсудили самые насущные проблемы, и я смогу отлучиться на несколько дней. Моя сестра ждет помощи.
— Хорошо, сэр, все будет сделано лучшим образом. — С этими словами он удалился выполнять распоряжения.
В этот день в госпиталь поступили новые, раненые, Мегги едва успевала накладывать повязки, выполнять распоряжения врача. Ее волосы были аккуратно спрятаны под белую косынку, по лицу струился пот, щеки раскраснелись от тяжелого физического труда и спертого воздуха. В палатке пахло кровью, мужским потом. Все тело девушки ныло от усталости. Наконец поток неотложных дел иссяк. Мегги, едва передвигая ноги и тыльной стороной рукава вытирая пот с лица, двинулась к двери, чтобы подышать свежим воздухом. Присев на скамейку у входа, она расслабилась, сняла белую косынку, встряхнула рыжими волосами, которые каскадом упали на ее хрупкие плечи.
Не прошло и пяти минут, как вдалеке показался обоз. Ополченцы переглянулись: никто не говорил о том, что будет пополнение продуктов…
Приближающийся обоз, впереди которого был экипаж, запряженный тремя лошадьми, сопровождала группа всадников. Выглядел он как-то необычно. Легко раненные и обслуживающий персонал высыпали из палаток, с любопытство наблюдая за его приближением.
Кто- то стал выкрикивать приветствия, другие почтительно сняли головные уборы, третьи стояли в замешательстве. Мегги, не успевшая отдохнуть, с трудом встала на натруженные ноги и стала всматриваться в приближающийся обоз. Экипаж подъехал прямо к дверям палатки, где находилась Мегги. Едва остановилась тройка лошадей, как из экипажа выскочили высокий светловолосый джентльмен и второй, рыжеволосый. Первый был в хороших сапогах и легком плаще нараспашку, из-под которого просматривалась модная одежда современного молодого человека на английский манер. Второй был одет несколько проще, но тоже прилично. Лицо светловолосого излучало радость ожидания чего-то очень приятного. Он миролюбиво поклонился всем присутствующим и встретился взглядом со своей сестрой. Он протянул свои огромные руки в ее направлении и бросился к ней, широко улыбаясь. Мегги подалась вперед, узнав брата, и кинулась навстречу. Ее ноги подкосились, она чуть не упала, но чьи-то заботливые руки подхватили ее, и она оказалась в тот же миг в его объятьях.
— Мегги, дорогая моя, я приехал к тебе, — говорил он возбужденно. — Твой брат явился по первому твоему зову! Ну, дорогая, успокойся, — пытался успокоить он заплакавшую девушку. — Теперь все позади, дорогая моя! — поглаживал он ее по голове. Что-то екнуло у него внутри, когда Харви представил себе милую свою сестренку, которую все баловали и не отказывали ни в чем, среди ополченцев. Не давала покоя мысль: как мог Адам предать это милое создание? Ради чего? Зачем ему было подвергать сестру опасности?
— Мегги! — он сильно прижал ее к себе, оторвав от земли. — О Боже! Мегги! Я так часто вспоминал тебя. Правда, я думал, что ты с мамой у нашего родственника… Мне о вас рассказывали Адам и Оскар, друг Алекса. Он мне намекал, что у тебя с ним… Ну, об этом потом…
Собравшиеся испытали облегчение, поняв, что их медсестра встретила своего брата.
— Мегги! Я искренне рад нашей встрече, — говорил он, обнимая ее вновь и вновь. — Теперь у меня голова болеть не будет, что ты где-то потерялась. Ты в порядке? — Харви немного отодвинулся от нее, чтобы хорошенько ее рассмотреть. Мегги с мокрыми от слез глазами, растрепавшимися золотистыми волосами вновь прильнула к нему, словно ища поддержку.
Через некоторое время Харви наконец удалось успокоить сестру. Глаза Мегги засияли, светло-рыжие волосы как облако обрамляли ее милую головку.
Больные по-новому взглянули на свою сестричку: они и не ожидали, что она такая красивая и благородного происхождения.
— Как она похорошела! — говорили одни.
— Всегда было видно, что эта девушка — настоящая леди, — говорили другие.
— Она с такой любовью ухаживала за тяжелобольными, — шептали многие. — Он ее, конечно заберет с собой, а жаль…
— Мегги, я при первой же возможности приехал за тобой, — сказал Харви, в подтверждение этих предположений. В толпе пронесся вздох… Лица больных помрачнели. У Мегги снова навернулись слезы на глаза. Ей было жаль расставаться с госпиталем, который стал для нее настоящим убежищем, но ей так хотелось домашнего уюта…
