— Я не одна, Харви, со мной Элен, моя горничная, видишь вон ту девушку? — она кивнула в сторону, где стояла Элен. — Это очень надежный человечек, она мне помогала в самые трудные моменты в моей жизни… Об этом мы поговорим потом, хорошо?
— Элен! — позвала она подругу. — Подойди к нам. Это мой брат Харви.
— Очень рада с вами познакомиться, Мегги о вас много рассказывала… — Краска залила ее лицо. Наблюдательная Мегги посмотрела на свою спутницу совсем другими глазами…
— Спасибо вам, Элен, что вы не бросили Мегги в трудную минуту. Моя сестра, видно, очень довольна вами — это многого стоит, она всегда была строга в выборе подруг. Хотите поехать вместе с нами? — спросил он учтиво и наклонил свою голову набок. — Мегги будет легче обживаться в моем доме.
Девушка подняла удивленное лицо и как-то странно посмотрела на него, Харви показалось, что он заметил слезы благодарности в ее глазах.
— Но, Харви… Поверь, мне жаль оставлять больных… — робко попыталась возразить Мегги.
— Не спорь со мной! — сказал он с несвойственной ему строгостью. Он взял ее руки в свои, повернул ладонями вверх, глазами показывая на загрубевшую кожу. — Я правильно решил, не так ли? — обратился он почему-то к Элен. — Ты добросовестно выполняла свой долг, ухаживая за больными, а теперь я должен выполнить свой — помочь сестре обрести покой. Тебе надо отдохнуть от всех постигших тебя невзгод. Вообще, это не подлежит обсуждению… А пока давайте возьмемся за разгрузку обоза, — обратился он к Эдди.
В ответ на его слова толпа снова загудела. Больные, кто мог чем-то помочь, двинулись к телегам и стали переносить продукты на склад.
— А вам, мои дорогие, — приказал Харви девушкам — надо собираться в дорогу, — и тоже отправился к обозу.
Мегги заметила, что Элен как-то странно опять вскинула свой взгляд на Харви, словно никого, кроме него, не было вокруг.
Эдди принес сумку с вещами для Мегги и Элен в палатку и подключился к разгрузке повозок.
Вечером больных сытно и вкусно накормили, люди стали вспоминать родные места. Многие несколько месяцев находились вдали от дома, не видели жен и детей. Военные действия, по-видимому только начинались, отчего всем стало грустно.
Что их ждет в будущем, думала Мегги, всматриваясь в знакомые лица. Ей тоже было грустно, потому что родной дом потерян, семья раскололась на две части, новый очаг, о котором она мечтала, не построен. Разве могла ее воспитательница миссис Морланд предположить такой исход событий?! Во времена учебы в Англии казалось, что все будет по-другому… Встреча с Харви очень ее радовала, напоминая о старых добрых временах, об ушедшем детстве, юности, которые пронеслись так быстро… На ее юную голову обрушилось столько всего, что она чувствовала сейчас себя очень повзрослевшей. С достаточно грустными мыслями Мегги отправилась в путь с братом, как только забрезжил рассвет…
За окном экипажа расстилался равнинный ландшафт, изредка перемежающийся перелесками. В отдельных местах паслись отары овец, завезенных из Англии. Табуны лошадей пощипывали остатки засохшей травы.
ГЛАВА 23
Вернувшись от Мегги, Оскар стал обдумывать, как ему поступить. Отправиться с ней на Юг прямо сейчас или доделать начатые работы по возведению дома, а потом забрать ее туда. Но девушке надо скорее покинуть этот город. Он склонялся к тому, чтобы приехать в новый дом с молодой женой. Тогда все будет сделано должным образом. Но события в стране разворачивались стремительно. Он был твердо уверен в том, что колонистам следовало объединиться и бороться против английского главенства над колониями. И скорее всего по политическим взглядам примыкал к радикалам. Но не все разделяли такую позицию. Реакционеры высмеивали тех, кто произносил крамольные речи. Умеренные желали того, чтобы «сапожники и портные» не вмешивались в политику, а джентльмены по ту и эту стороны Атлантики взяли на себя миссию договорится и разрешить конфликт, возникший между Англией и ее колониями. Но движение протеста уже всколыхнуло широкие народные массы. Жизнь в штатах бурлила, повсюду шли стычки, часто заканчивающиеся драками и поджогами.
Против Англии развернулись акции, такие, как «чайная» — своеобразный бойкот против «отравы», преподносимой в Америке как вредный для здоровья напиток, привозимый из Индии. Патриоты должны были пить кофе.
Оскар понимал, что без вооруженного конфликта в ближайшем будущем не обойдется. Так как все-таки поступить? Брать ли Мегги с собой на южные плантации? Там ей будет безопаснее или здесь?
Его размышления были прерваны появлением человека из Гринвуда, который сообщил, что его просил немедленно приехать Чарли Хупер. Последний занимал высокое положение в комитете колонистов, выступавших против господства английской короны в Америке. Между ним и Оскаром существовали доверительные отношения, и время от времени он отчитывался ему за некоторые поручения.
В голове мелькнула мысль: «Как это некстати!» — Но пришельцу он ответил:
— Как скоро я должен явиться к господину Хуперу? Мне необходимо решить кое-какие дела здесь…
— Дело очень срочное, и лучше выехать прямо сейчас! Видите ли, сэр Оскар, мне пришлось задержаться в городе Хартворде, — сказал гонец, — теперь надо торопиться.
— У меня здесь есть неотложные дела, понимаете? — озабоченно произнес Оскар.
— Сэр, уверяю вас, что важно явиться вовремя, дело в том, что вам надо непременно присутствовать на собрании.
Оскар не заявлял еще нигде о своих политических пристрастиях, избегая этого преднамеренно. Английский граф, не замешанный в политике, был удачной фигурой в политической борьбе. Он мог свободно передвигаться по штатам, выполняя разнообразные поручения.
Его соседи-колонисты хорошо к нему относились и скорее всего догадывались, что он против господства английской митрополии, но не подавали вида.
Оскару ничего не оставалось, как собраться в путь и уехать той же ночью. Приехав в Ньюберг, он направился прямо к своему недостроенному дому и был приятно удивлен, что работы продвигались довольно быстро. Одновременно высаживались кустарники, привезенные из Бостона, разбивались клумбы, в которые весной надо было только высадить цветы. Некоторые комнаты дома были полностью готовы к вселению. Мебель он заказал заранее, но она еще не прибыла. Дав соответствующие распоряжения, он приказал форсировать достройку дома. Потом посетил свое хозяйство, проскакал на лошади по полям, охватывая все зорким взглядом и давая советы и указания.
Выжимая из лошади последние силы, он отправился в Гринвуд. Вечером того же дня он явился к Чарли Хуперу. На пороге дома его встретил хозяин.
