ещё один нелицеприятный случай. Во время переправы первыми, как обычно, вошли в воду конники. Первые они были по той причине, что конное войско весь путь шло впереди, опережая плетущуюся сзади пехоту. И оказалось, что до переправы никто не измерил глубину воды. Обычно, река Пранс не глубокая, и едва ли достигает полтора метра в глубину, но в этом году из-за таяния ледников с гор сюда стекла очень большая масса воды, и в некоторых местах глубина реки начала достигать даже трёх метров. Не проверив её заранее, первые эскадроны королевских конников в полном облачении пошли вброд. Результатом такого халатного отношения стали семеро утонувших и потеря двадцати лошадей. Командующий конницей, который не обеспечил проверку безопасности переправы, получил строжайший выговор от генерала.
***
— Вызывали, генерал? — голос командора оторвал Меритара от воспоминаний и вернул в реальность.
Он внимательно посмотрел на подошедшего. Это был тот самый командор Доротоса, человек, благодаря которому армия находилась в полной боеготовности. Как и обещал генерал, после того, как войско вернулось из похода к лесу Ардариан, командор получил вознаграждение. Повысить же его в звании Меритар обязался после триумфальной победы над мятежниками. Это было сделано для того, чтобы он раньше времени не расслаблялся, и был замотивирован на предстоящее сражение.
— Да, вызывал, — скрипучим голосом ответил Меритар. — Войско в полном порядке?
Командор утвердительно кивнул:
— Всё хорошо, воины с нетерпением ждут завтрашней битвы. Они считают, что нас ждёт лёгкая победа.
— Что ж, — генерал кивнул, — это хорошо. Честно сказать, я и сам так считаю, но мой проверенный во многих боях опыт всё же велит не делать поспешных выводов, нужно быть готовыми ко всему.
Командор пригладил торчащие во все стороны волосы и тихо, как будто опасаясь, что кто-то подслушивает их разговор, произнёс:
— Я отправлял разведчиков к крепости утром, примерно полчаса назад они вернулись.
— И какие же они принесли сведения? — Меритар, подражая манере командора, тоже стал говорить шёпотом.
Командор облизнул засохшие губы и рассказал то, что поведали ему разведчики:
— Крепость выглядит совершенно необитаемой. Не видно ни дозорных на башнях, ни единого огонька в бойницах. Однако же по сооружению видно, что его ремонтировали, причём довольно-таки искусно, на вид цитадель выглядит совершенно неприступной.
— Я уверен, что они там, внутри, просто притаились, увидев огни наших костров на горизонте. То, что крепость будет заново отремонтирована, я предвидел, и мне теперь понятна тактика, которой будут придерживаться наши враги.
Генерал выразительно взглянул на командора:
— Вы молодец, и, как я уже обещал, после завтрашнего боя я поспособствую тому, чтобы ваша карьера резко пошла в гору.
— Благодарю вас, сэр.
Командор круто развернулся и отправился назад, медленно пробираясь через тесные ряды палаток.
Меритар же бросил ещё один взгляд на свои позиции, потом окинул взором виднеющуюся вдали крепость и вернулся к себе в палатку. Перед завтрашним боем командующему королевским войском нужно было хорошо выспаться и набраться сил.
***
Рассвет был омрачён свинцовой пеленой, покрывшей абсолютно всю гладь утреннего неба. Тучи, словно грозные воины, нависали над лесами и горами Денетории, где-то вдалеке постоянно гремел гром, рассекая мрачное небо яркими вспышками молний. В любую минуту на землю мог сорваться ливень.
— Чёртова погода, она как будто предсказывает недоброе! — выругался Форин.
Килан оглядел тёмное небо и глубоко вздохнул, наполнив ноздри запахом свежести, которая лёгкими струйками быстро растеклась по его телу.
— Может, оно и к лучшему, — мягко проговорил принц. — Дождь омоет наши раны.
— Или же смоет кровь с наших трупов, — горьким голосом добавил Дроу.
Это мрачное утро застало предводителей восстания на крепостной стене, откуда они молча наблюдали за тем, как впереди разворачиваются королевские полки.
Как бы не стремился Меритар подвести свою армию под стены ещё до восхода солнца, чтобы застать мятежников врасплох, — ему этого не удалось, удача опять была на стороне врагов короля. Армия разворачивала свои позиции очень медленно, и чтобы воины окончательно обосновались около стен крепости, им пришлось провозиться чуть ли не до десяти часов утра. За это время мятежники смогли оценить ситуацию и примерно прикинуть, каково же количество королевского войска.
— Их там не меньше двадцати тысяч, — проговорил Экрон, когда генералы армии мятежников собрались на совет.
— Тьма-тьмущая, — согласился со словами друга Тардор.
— Да, просто говоря, мы в заднице, — подытожил общее положение дел Форин.
Килан, до этого спокойно сидевший на своём месте, быстро поднялся.
— Именно к этому мы всё это время и готовились — проговорил принц. — Здесь собралась вся армия Осдора, лёгкого боя не будет, вы ведь знали об этом.
— Знали, — подтвердил Меагорн. — Но одно дело — представлять, а другое — увидеть всё это вживую.
— Как бы там ни было, мы сами избрали этот путь, — твёрдо проговорила Анария, — и обратной дороги у нас нет.
— Значит, будем держаться! — стукнул кулаком по столу Форин.
— Да, будем держаться, покуда сможем, а там уже пусть сами боги решают нашу судьбу, — твёрдо сказал Тардор.
Килан кивнул, как будто решая какой-то спор, возникший внутри.
— Дроу, — обратился принц к командору, — прикажи созвать общий сбор, нужно поговорить с воинами.
Командор кивнул и, быстрым движением отодвинув подол палатки, выбрался наружу.
Через несколько минут всё войско было выстроено. Когда Килан с остальными командующими выходил из палатки, крепость была погружена в абсолютную тишину. Было настолько тихо, что до слуха осаждённых отчётливо доносились обрывки фраз, которые выкрикивали где-то там, за стенами, воины короля.
Килан не спеша, оставив своих друзей позади, нетвёрдым шагом вышел на центр площадки. Изначально принц хотел произнести что-то наподобие торжественной речи, одной из тех, с которыми к солдатам обращался его отец, он даже репетировал её несколько дней подряд. Но едва выйдя на центр площадки, Килан взглянул на воинов, глаза которых были устремлены на него, и все заученные слова мгновенно вылетели у него из головы.
— Воины свободы! Друзья, — нетвёрдым голосом начал принц. — В этот тёмный и мрачный день судьба столкнула нас с очень опасным испытанием. Испытанием, которое будет стоить многим из нас, а может и всем нам, жизни.
Но чем больше принц говорил, тем сильнее голос его крепчал и становился подобен грому.
— Я не смею приказывать вам, не смею обещать хорошей жизни и несметных богатств! Это
