Сэм потихоньку вышел из хижины, чтобы набрать из реки свежей воды. К тому времени, когда он закончил поить лошадей и мула, Эви и Симона проснулись.
Позавтракав овсянкой и сушеными персиками, они начали упаковывать свои седельные сумки. Сэм оседлал лошадей и ждал, когда женщины закончат мыть котелки и кастрюли. Вернувшись в хижину, он внезапно почувствовал тревогу.
— Все в порядке, мы закончили, — сказала Эви, засовывая котелок для кофе в мешок.
— Я приведу мула. — Сэм вышел наружу. Эви в последний раз осмотрела хижину:
— Мы ничего не забыли?
— Кажется, нет, дорогая, — сказала Симона. Когда они вышли из хижины, Сэм стоял неподвижно с револьвером в каждой руке, глаза его были устремлены на холм перед хижиной. Там выстроилось не меньше дюжины мужчин с поднятым оружием, ожидающих сигнала своего главаря.
— Прикажи своим людям опустить оружие, Моралес, или мой первый выстрел будет тебе прямо между глаз! — крикнул Сэм.
Хуан Моралес боязливо улыбнулся при виде револьверов Сэма, направленных ему в голову.
— Эй, амиго, разве так встречают старых друзей? — заискивающе произнес он.
— Назад в хижину, — резко приказал Сэм Эви и Симоне. Они немедленно послушались его, в то время как Сэм тоже начал осторожно пятиться к двери.
— Закройте ставни и не подходите ни к окну, ни к двери. — При этом он ни на секунду не спускал глаз со зловещей фигуры на холме. — Почему бы тебе и твоим людям не убраться прочь, Моралес, пока это возможно?
Угроза Сэма вызвала взрыв хохота среди бандитов.
— Тихо! — рявкнул Моралес. Он знал, Сэм Монтгомери не бросает слов на ветер, и теперь пожалел о своем решении оставить его живым; он мог подстрелить его, когда тот вышел из хижины. Однако Моралес хотел насладиться медленной, мучительной смертью ненавистного врага.
Когда Сэм услышал, как захлопнулись ставни, он бросился в дверь хижины. Тотчас началась стрельба, и пули с визгом врезались в стену.
— Ложитесь на пол, — скомандовал Сэм, пинком закрыв дверь и заперев ее на засов. Низко пригнувшись, он поспешил к койке и быстро отодвинул свободные бревна в стене. — Вы должны выбраться отсюда.
— Но как? — спросила Эви затаив дыхание. Хотя стрельба прекратилась, сердце ее бешено колотилось.
— Выходи, амиго! — крикнул главарь банды — Выпьем с тобой за старые времена, и можешь проваливать. Нам нужны только женщины.
Сэм схватил веревку для привязывания поклажи к мулу, которые Симона все еще сжимала в руке. Он начал связывать концы.
— Так значит, ты не убьешь меня? — крикнул он Моралесу, привязывая веревку к койке и опуская свободный конец через отверстие в стене.
— Убить тебя? Зачем, амиго? Мы же старые друзья. — Однако голос выдавал его.
Внутри хижины Сэм давал последние указания Эви и Симоне:
— Слушайте внимательно. Когда спуститесь вниз, сразу бегите в лес. Найдите укромное место и оставайтесь там. Они никогда не догадаются, что вы улизнули через заднюю стенку, потому что за хижиной отвесный утес, и будут понапрасну тратить время, отыскивая вас здесь, наверху.
Он не сказал им, что перестрелка вряд ли продлится долго и бандиты сразу уйдут, как только увидят, что женщин в хижине нет.
Услышав, что они удалились, двигайтесь на запад, и вы выйдете на дорогу, ведущую назад в Сонору.
Снаружи Моралес начал проявлять нетерпение:
— Зачем тебе умирать, амиго, ради двух белых шлюх, которые считают, что слишком хороши, чтобы раздвинуть ноги для тебя? Ты знаешь, что эти гринго относятся к метисам еще хуже, чем к мексиканцам.
— Уходите, — сказал Сэм женщинам. — Я попытаюсь задержать их сколько смогу.
Глаза Симоны расширились от страха, когда до нее дошел смысл его плана.
— Задержать их? Ты не можешь оставаться здесь, они убьют тебя.
— Вы должны успеть добраться до леса, прежде… прежде чем прекратится стрельба, иначе они могут заметить вас. — Сэм проверил свои револьверы и снова сунул их в кобуры. — О'кей, уходите! Больше ждать нельзя.
По щекам Симоны побежали слезы, когда она бросилась в объятия Сэма, всхлипывая у него на груди:
— Нет, я не пойду.
Сэм приподнял ее подбородок и ласково улыбнулся:
— Ты самое лучшее, что было в моей жизни, мышка.
— Не прогоняй меня, Сэм. Прошу. Я люблю тебя и не могу жить без тебя.
— Почему бы тебе не пойти вместе с нами, Сэм? — с мольбой спросила Эви, отирая рукавом слезы.
— Уже нет времени. Вас может спасти только то, что они не догадаются, где вы. Они будут у двери через несколько минут, и я не успею спрятать все это. Вы хотите, чтобы они увидели дыру и веревку?
Беспокоясь о Сэме, Симона не думала о собственной безопасности.
— Тогда пусть они изнасилуют нас, только не убивают тебя.
Сэм прерывисто вздохнул:
— Здесь по меньшей мере дюжина негодяев, и все они звери. Вы будете мертвы, прежде чем они закончат свое дело.
В доказательство слов Сэма прозвучало еще одно предупреждение Моралеса:
— Моим людям не терпится, Сэм. Многие из них уже давно не имели женщину.
Сэм наклонился и поцеловал Симону, затем несколько секунд смотрел в ее поднятое навстречу, влажное от слез лицо.
— Ты очень красивая, мышка. — Он еще раз поспешно поцеловал свою любимую. — Забери ее отсюда, Эви.
Эви взяла Симону за руку:
— Пойдем, дорогая. Я не могу уйти без тебя. Симона задыхалась от боли в сердце, когда они заставили ее пролезть в дыру. Все еще всхлипывая, она начала спускаться по веревке. Эви с волнением ждала, пока Симона не спустилась до половины. Глаза ее снова наполнились слезами при последнем взгляде на Сэма. Это был ее брат, и он готов был умереть ради них! Она должна сказать ему, но не осмелилась в последний момент.
Эви наклонилась и поцеловала его в щеку.
— Храни тебя Господь, Сэм. Я люблю тебя. Он кивнул:
— Будь счастлива, Эви. Возвращайся к Ролинзу.
— Хорошо, Сэм. Обещаю тебе всегда заботиться о Симоне.
Сэм снова благодарно кивнул:
— Иди, Эви.
Он подошел к окну и открыл ставень, в то время как Эви начала спускаться по веревке.
— Эй, Моралес. Какие гарантии, что ты не убьешь меня, если я выйду?
Стараясь убедить Сэма в своей честности, главарь бандитов осторожно вышел из-за скалы.
— Разве мы не были с тобой в одном отряде, амиго?
— Да, были, Моралес. Однако я слышал, что ты поклялся вырезать мое сердце и съесть его за убийство Диего.
Сэм закрыл ставень и поспешил к дыре, чтобы заглянуть вниз. Эви уже достигла подножия утеса. Сэм быстро отвязал веревку от койки и бросил ее в дыру, затем поставил на место бревна. Женщинам требовалось еще несколько минут, чтобы скрыться в лесу.
— Это я сказал в припадке злости! — крикнул Моралес. — Ты убил моего брата в честном поединке.
