Но нас с полковником Крячко ждут дела в Москве. Вы уж не обессудьте, но мы и правда сегодня уедем. До свидания.
Генерал Смирнов не стал удерживать сыщиков. Да и особой горечи при расставании господа полковники в нем не заметили.
Уже у самой двери кабинета Гуров спохватился, обернулся и спросил:
– Вы ведь не будете возражать, если мы воспользуемся вашей машиной, чтобы доехать до гостиницы? А до аэропорта мы на такси доберемся.
– Да, конечно, какие могут быть возражения! – воскликнул генерал.
Когда сыщики вышли из управления и сели в машину, Крячко покрутил головой и воскликнул:
– Да, не ожидал я от тебя такого! Ты ведь там, в кабинете, целое представление устроил.
– Я и сам не знаю, как на это решился, – сказал Гуров. – Оно как-то само все сложилось. И потом, меня уж больно разозлило, как наши здешние друзья до последнего цеплялись за эту мысль про Кавказ. Уже ведь все стало понятно, а наш друг Поддубный все думал, в каком ауле искать вожака банды. А он был его земляком! Вот я решил их немного проучить.
– Кажется, при этом ты обидел нашего гостеприимного друга-генерала, – заметил Крячко. – Поэтому он так холодно с нами расстался.
– Ну да, ведь он сам притащил нас сюда, чтобы мы боролись с кавказской заразой, – сказал Гуров. – А она цвела у него под боком. Они просто мысли такой не допускали. А ты куда это заворачиваешь? Дорога в гостиницу вон там.
– Но мы же не поедем в аэропорт на голодный желудок! – заявил Крячко. – И так уже два дня питаемся черт знает чем. Надо зайти в кафе, заказать хороший обед.
– Должен тебя слегка разочаровать, друг мой Стас, – сказал Гуров. – Я сознательно вводил в заблуждение генерала Смирнова, говоря ему насчет аэропорта, и тебя заодно обманул. Я тут посмотрел расписание. Получается, что для нас удобнее будет ехать поездом. Он отходит через полтора часа. Так что обедать мы с тобой будем уже в вагоне-ресторане.
– Вон оно что, – протянул Крячко. – Ты сегодня превзошел сам себя по части заметания следов. Ладно, пусть будет вагон-ресторан. Но все же фляжку коньяка я в дорогу куплю. Не знаю, чем там у них поят гостей в их ресторане, а отметить такое успешное завершение дела считаю необходимым.
Спустя два часа друзья уже сидели в вагоне-ресторане и изучали меню. Водки, привычной им, в меню не оказалось, так что коньяк, купленный Крячко, оказался весьма кстати.
После того как сыщики выпили по стопке, причем так, что никто вокруг этого не заметил, и приступили к отбивным, Крячко сказал:
– А я, признаться, думал, что дело закончено, когда мы задержали этого красавчика. Мне казалось, что он и есть вожак. Кстати, в его внешности есть что-то кавказское.
– Ничего подобного, не выдумывай, – сказал Гуров. – Я спрашивал, знаю, что у него есть родные в Средней Азии, но не на Кавказе. Это ты тоже поддался общему заблуждению. Но я, как ты заметил, не спешил тебя просвещать. В конце концов, я тоже не был до конца уверен в своей правоте. Только когда красавчик раскрыл мне все карты, я понял, как был прав, когда доверял своей интуиции больше, чем страницам уголовного дела. Себе нужно верить в первую очередь, друг мой Стас!
– Учту эту твою мудрость и намотаю ее на ус, – сказал Крячко. – Ну что, еще по одной? За успешное проведение этого расследования! За интуицию Льва Гурова!
– Да, за интуицию! – поддержал его лучший друг.
Кодекс крови
Пролог
За окном стоял обычный, ничем не примечательный ноябрьский день. Листьев на деревьях уже почти не осталось, но морозом в воздухе даже и не пахло, хотя иногда по ночам температура опускалась ниже нуля. Низкое, тяжелое небо, сплошь затянутое облаками, весь день висело над столицей, готовое пролиться очередным дождем, но на землю до самого вечера так и не упало ни капли.
Гуров затушил сигарету в пепельнице, закрыл окно и вернулся к своему столу, чтобы закончить отчет по последнему расследованию.
Дело было пустяковое и рутинное. Таких убийств в последнее время происходило немало. Единственной причиной, по которой оно было передано в главк, оказались подозрения аналитиков в том, что это преступление является звеном в серии других убийств из-за сходных способов совершения преступления.
Подтверждения этому Гуров не нашел, а вот убийцу смог вычислить, хотя ему для этого и потребовалось около месяца довольно кропотливой, но скучной и однообразной работы. Теперь подозреваемый находился под арестом. Дело можно было передавать в прокуратуру для дальнейшего рассмотрения в суде. Осталось только подготовить отчет для генерала Орлова.
Именно этой рутинной работой сейчас и занимался сыщик. Он старался закончить отчет побыстрее, чтобы успеть вернуться домой еще до того, как у Марии закончится репетиция в театре.
До выходных оставался лишь один рабочий день, и Лев Иванович уже строил планы на то, чем займется вместе с женой в субботу и воскресенье. Он собирался отвезти ее на Клинско-Дмитровскую гряду, где были прекрасные светлые сосновые леса с моховой подложкой. Один из офицеров главка, недавно побывавший там, говорил, что в этих лесах еще можно набрать грибов-морозиков.
Гуров не считал себя хорошим грибником, все же решил, что это хороший способ провести с женой день на свежем воздухе. Тем более что на субботу и воскресенье метеорологи обещали ясную погоду. Даже если и не удастся найти никаких грибов, то побродить по сосновому лесу в такую пору будет просто приятно.
Лев Иванович прекрасно знал, что Мария любит погулять на природе, тем более что ей это редко удается. Вот он и решил закончить расследование дела и в выходные отвезти жену в сосновый лес.
Сыщик уже с улыбкой на губах представлял, как Строева удивится сегодня, услышав его предложение, и в этот момент его грезы разбились о громкие вопли, донесшиеся из коридора. Там кто-то начал громко материться, затем упало что-то вроде стула, и грохнула захлопнувшаяся дверь. В рядовых отделах полиции частенько случалось всякое. Однако для главка, где обычно было тихо и спокойно, подобное происшествие являлось чем-то из ряда вон выходящим.
Сыщик вышел в коридор, чтобы узнать, в чем дело.
В главке Гуров делил кабинет со Станиславом Крячко, которого сегодня не было на месте. Соседнее помещение занимали майор Светлов и подполковник Коробов. Именно его Лев Иванович и увидел в коридоре. Этот худощавый полицейский пытался справиться с довольно крепким мужчиной, который крыл подполковника матом и пытался вырвать
