к этому убогому сыну Скуратова. Не верил в то, что его папочка даст требуемое мной разрешение. Глава СБ Российской империи не дурак и прекрасно понимает, что его кровиночка так и в могилу может отправиться. Не будет он им рисковать. А вот подлянок от этого…. Парня нетрадиционной ориентации я вполне мог ожидать. Хотя, возможно, это ошибка. В любом случае, надо посоветоваться, в первую очередь, с Гвоздевым и Шемякиным и, как правильно заметила Елена, сообщить императору.
Решив таким образом для себя эту ситуацию, я окончательно успокоился. А если смотреть на всю нашу дружную группу, казалось, что девушки больше меня переживают на этот счет. Так что по пути пришлось еще и их успокаивать. Наконец добравшиеся до нас Шемякин и Гвоздев, выслушали мой короткий рассказ и только покачали головами. Но, как я понял, они тоже не слишком серьезно восприняли угрозу такой кровавой дуэли. Тем не менее, в поместье, скорее всего, будет разговор на эту тему.
А меня, тем временем, постепенно развозило все больше и больше. На прощание со всеми меня хватило, а потом, едва я устроился в мягком кресле своего флайера, как сразу погрузился в сон.
Глава 24
Морские пещеры Пелопоннеса
Проснулся я на своей большой постели вместе со своими двумя невестами. Черт возьми, как же хорошо просыпаться в таком окружении. Полуобнаженные, мирно сопящие красавицы по обе стороны от меня явно провоцировали на веселое начало утра. Чем я немедленно воспользовался. Возражать ни Варвара, ни Наоми не собирались, и мы весело провели час времени во взаимных бурных ласках. Полностью удовлетворенные друг другом, вместе приняли душ, после чего девушки отправились к себе наводить «марафет».
Встретились мы уже за завтраком, где к нам присоединились Исидо, Виль, Гвоздев и Шемякин.
После того, как первый голод все утолили, мои верные слуги перешли к расспросам.
— Вы вчера очень коротко рассказали, господин, о происшествии с Николаем Скуратовым, — начал Шемякин.
— А чего о нем рассказывать? — пожал я плечами, — лучше пусть Павел расскажет о том, приходило ли приглашение от Николая Скуратова на празднование его дня рождения?
— Господин! — в голосе моего главы дипломатического отдела было праведное негодование, — я каждое утро просматриваю корреспонденцию. Ее сортируют два наших секретаря и все письма, в том числе и приходящие по электронной почте на сайт Рода, и в социальную сеть, постоянно мониторятся.
— То есть ты хочешь сказать, что тебе даже никто не звонил от Скуратовых? — моему удивлению не было предела.
— Конечно же, нет, господин! Если бы мне позвонили, я бы сразу доложил вам! — Тогда не понимаю, какой смысл Николаю врать?
— Мне тоже это непонятно, господин, — признался Гвоздев.
— Возможно, кто-то специально провоцирует его на конфликт с вами, — вдруг добавил Шемякин, — и делает это очень грамотно. Характер Николая Скуратова всем известен. Если он вбил себе что-то в голову или ему помог кто-то это сделать, этот молодой человек будет переть как танк, пока его либо не остановит отец, либо, в данном случае, не остановит шпага…
— Знаю я, кто этот провокатор… — поморщилась Годунова, — брат мой, скорее всего.
— А разве он дружен с Николаем? — удивленно посмотрел на нее Шемякин.
— Судя по всему, теперь подружился, — хмуро заметила Варвара.
— Как мне кажется, — заметил я, — ничего страшного не случилось. Отец ему никогда не разрешит дуэль.
— Господин, — печально покачал головой Гвоздев, переглянувшись с Шемякиным, — Николаю Скуратову никто не указ, и тем более отец. А вот если вы его покалечите в дуэли или, не дай Бог, убьете, то наживете себе смертельного врага. Это он сейчас относится к вам как к рядовой помехе, которая путается с императором. Вам ни в коем случае нельзя вступать с ним в конфликт.
— Да я же сказал ему, что без разрешения отца не буду устраивать смертельную дуэль, а на учебной Арене ничего страшного не произойдет.
— Это вы правильно сделали, господин, — кивнул Гвоздев, — Скуратов, естественно, не даст такого разрешения, но, вполне возможно, его сынок придумает какую-нибудь каверзу. От него можно всего ожидать.
— Ну, для каверз, — улыбнулся я, — у меня Виль имеется.
Моя телохранительница с серьезным видом кивнула.
— Все равно, мы усилим охрану, — задумчиво произнес Шемякин, — и не только вас, но и ваших невест…
— Это еще зачем? — нахмурился Исидо, — странно все у вас в России. Что может Николай Скуратов сделать? Похитить Наоми? Не думаю, что кому-то нужен дипломатический скандал.
— Как бы вам объяснить, — после небольшой паузы ответил ему Гвоздев, — Николай — неадекватный человек. Вероятно, с психическими отклонениями. Скрыть такое, увы, не возможно. Если бы не отец, он бы давно загремел в психиатрическую клинику. Он привык, что ему все сходит с рук. Это может привести к дипломатическому скандалу. Но даже если Николая показательно поместят в «психушку», где докажут, что он не мог контролировать свои действия, ничего не изменится… пока Алексей Скуратов у власти, все может случиться.
— Да… — покачал головой японец, — похоже, надо привозить из Японии телохранителя.
— Это еще зачем? — теперь уже вскинулась Наоми, — сами справимся.
— Нет, сестра, Акиру привезу обязательно… Тогда мы будем спокойны.
— Не надо Акиру…
Чего это Наоми побледнела? Кто такая Акира?
Последнюю фразу я произнес вслух.
— Познакомишься, — скупо улыбнулась Наоми, — тут проще один раз увидеть, чем рассказывать.
— Она была нашей телохранительницей до того, как мы в Академию отправились, — пояснила Наоми, — суровая женщина.
— Суровая женщина, — передразнил ее Исидо, — эта женщина — одна из лучших куноити Японии. Нашему роду просто повезло. И чувствую, что действительно стоит ее привезти сюда.
— Давай сначала с отцом обсудим, — заметила Наоми, — тогда и решим.
Исидо только пожал плечами.
— Забыл предупредить, — посмотрел я на Гвоздева и Шемякина. Трубецкой в следующее воскресенье хочет у нас собрание устроить…
— Уже знаем, господин, — сообщил мне Гвоздев, — он связался сегодня утром со мной. Все подготовим.
На этом деловые разговоры закончились, и оставшееся время до отлета в Академию мы провели вместе: я, Исидо и мои невесты. Оторвался лишь один раз. На разгор по плантелу с императором. Тот кстати тоже скептически отреагировал на саму возможность подобной дуэли, но попросил держать в курсе если не дай бог что-то изменится. Ну а по возвращении в коттедж, вновь погрузился в привычную атмосферу «учеба-игра-учеба-игра». Но теперь стало сложнее с учебой. Слава Богам, экзамен в первом семестре был только один, но зато какой. Общая магия.
По остальным предусмотрены только зачеты, за которые я не переживал. А вот понедельник и вторник для меня оказались настоящим сумасшествием. После уроков ко
