Проснулся я всё так же на своём диване в гостиной. Память тут же воскресила разговор с Саней, и понимание что я ему нужен, заставило расслабиться. Всё нормально, жизнь налаживается, и видимо, я уже сильно стар, что бы много пить. Нужно бы пройти полное обследование. Поднявшись, направился в душ. Мысли кружили калейдоскопом. Сегодня я помнил не только кошмар, что приснился мне недавно, но и другие. Даже хриплый смех вырвался от того, что моими женами могли быть Линн и Жанна. И вообще сразу двое. А что ж не трое? Тут с одной — то не знаешь что делать, а тут с двумя.
Кстати, а то, что я женат на Нике то же бред и сон? Нужно бы узнать, так как воспоминания касающиеся младшей Порш как-то более реальны. Не хотелось, бы допустить ошибки. И от чего-то мысль, что Вероника может быть моей женой — приятным теплом согревало из нутрии.
Нужно обязательно узнать. Спросить того же Саню. Хотя что он говорил? Женитьба на одной из сестрёнок Порш? Нет, такой расклад меня не устраивает, от чего-то хочется, что бы Ника была со мной. Жаль только что она как и сестра глаз не отводит от Дамизова.
Выйдя из под тёплых струй, под мозговую мыслительную деятельность, отправился на кухню, чтобы утолить ни как не проходящую жажду. И замер в дверях. Внутри что-то тревожно сжалось. Неужели мой кошмар продолжается.
Я смотрел на сидящую за кухонной стойкой женщину, и не мог понять, как она тут оказалась, а главное — откуда у неё ключи от моей квартиры.
— Доброе утро, Игорь, — во всей своей надменной красе, Линн поднялась с барного стула и направилась ко мне, — как спалось?
— Что ты тут делаешь? — произношу я сквозь зубы, сиплым голосом.
— Пришла помочь тебе, — грустно улыбается она.
— Спасибо, но я как-нибудь сам, без тебя справлюсь. Так что тебе пора к одному из своих мужей.
Линн остановилась буквально в двух шагах от меня и больше не сокращала расстояние. А я стоял и думал, какого чёрта я вообще стою и терплю её, вместо того, что бы выставить за дверь. Ведь именно так и нужно поступить, а я не предпринимаю ничего.
Ответ пришел сам собой. Я боюсь.
Чего боюсь сам не знаю, но от чего-то смотрю на американку, как на последний оплот цивилизации. Будто уйди она — и всё, наступит конец. Какой-то иррациональный страх, связанный с ней, не отпускает, не даёт отбросить всё происходящее, жить нормально. И избавится от Линн в данный момент.
— Ты ведь уже начал вспоминать, да?
Я с непониманием уставился на блондинку, что была облачена в один из излюбленных красных костюмов.
— Не понимаю о чём ты? Или хочешь сказать, что между нами вновь что-то было?
— Ну, что-то ты помнишь точно, — улыбнулась она, отходя от меня, в сторону чайника.
— Кофе? — спрашивает Линн, удивляя меня тем, что вообще умеет делать этот напиток.
— Нуууу… можно.
Я наконец-то выхожу из ступора больше не заморачиваясь, нахождением здесь американки. Нам действительно нужно поговорить, ведь за последние десять лет мы избегали этого момента. Так почему бы не поставить точки и не забыть и отпустить.
— Давай быстренько поговорим, да меня ждёт Саня. Его нужно спасти от нежеланного брака, — хмыкнул я. ну думаю, ты знаешь.
— Именно для этого я здесь Игорь, — вновь улыбнулась Линн сдержанной улыбкой. — Что бы спасти…
Если бы не всё произошедшее между нами, я был бы рад стать ей другом. Тем более она очень предана Сане. Жаль, что в нашей ситуации это уже не возможно и никогда возможно не станет.
— Ну, так давай спасём его вместе, — предложил я, беря кружку с горячим кофе.
— Достаточно спасти тебя Игорь. Помочь тебе вспомнить. Например, что было раньше…
— Линн, — хмыкнул я, — не неси чушь, я всё прекрасно помню. Хотя есть небольшая каша в голове, но это последствие мальчишника…
— А ты помнишь сам мальчишник или хотя бы как пришел на него?
Вот этот вопрос, который я задавал себе сам, греша на контрафактный алкоголь. Я действительно ни как не мог припомнить сиё событие, и как на него попал. Да что там говорить. Я даже не мог вспомнить, чем занимался последнее время. Будто далекого прошлого не было вовсе. В памяти всплыл разговор с Саней, и я схватился за голову.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Что я ему наговорил? Откуда мне всё это знать? Что за чушь происходит?
— Не напрягайся Игорь, — вновь раздался голос Линн, мы найдём возможность вытащить тебя отсюда.
— Откуда? — не понял я, поднимая взгляд на американку, но моя кухня была пуста.
О её визите, напоминал только горячий кофе стоящий подле меня. К вопросу как она сюда попала, появился ещё один, — куда она так быстро испарилась?
В голове снова что-то помутилось. Залпом выпил всё ещё горячий кофе и, поднявшись, бодрым шагом отправился на выход. Открыл дверь, чтобы наткнуться на каменную стену.
— Какого..? — вырвалось у меня хриплое.
Ощупал шершавую поверхность кирпичной кладки, чтобы убедиться в том, что это не галлюцинация и не розыгрыш. Даже налёг на стену, но она не подалась. Видимо я впал в состояние истерики, так как начал кричать и долбить камень кулаками и ногами, сбивая костяшки рук в кровь. Вот только ничего не менялось.
Вернулся обратно в квартиру, тяжело дыша и судорожно пытаясь сообразить, — что же происходит. Потянулся за смартфоном, но и он куда-то исчез. Память подкинула воспоминания о ноутбуке, что я использовал для работы и выхода с него в интернет. Но и того не оказалось на месте. Каждый раз, когда я пытался найти ту или иную вещь, она исчезала из квартиры, пока я не оказался в одной единственной комнате сидеть на диване. Больше ничего вокруг не было. Своеобразная непонятная мне клетка.
Я всё-таки рехнулся и нахожусь в психушке. По-другому происходящее я объяснить не мог. Вопрос заключался в том — как выключить эту галлюцинацию, чтобы спросить у врачей, сколько сейчас время и какой день недели. В психиатрии ведь главный тот, кто первым надел врачебный халат.
Вернулось неистребимое чувство жажды. Даже грезился стакан воды, после того как я престал бесноваться и обреченно расслабился сидя на диване.
— Линн? — прохрипел я, зовя ту, что вроде как недавно, а может и целую вечность назад покинула меня. — Линн? — уже громче стал звать её.
Всё же она говорила, что пришла помочь. Так пусть помогает, даже если она мой очередной бред.
— Лииинн, — закричал во всё горло.
— Не кричи так, — послышался рядом её голос, — горло сорвёшь.
— Что происходит Линн?
Я, наверное, сейчас был похож на психа, но ничего не мог с собой поделать. Еле сдерживал бешеное состояние паники. Я пытался, тяжело дыша, взять себя в руки, но организм отказывался подчиняться.
— Ты умираешь, — с печалью в глазах отвечает мне идеально выглядящая блондинка, являющейся моей предсмертной галлюцинацией.
— Я не хочу. Скажи, что я должен делать, — сам подорвался, опускаясь на колени перед Линн. — Просить у тебя прощения, что был бессердечной скотиной? Так прости, я осознаю, что поступал отвратительно. Уже давно осознал, если бы не моё надменно эго, то и наша дочь была бы жива…
Поёжился от прикосновения ледяных пальцев к своему затылку.
— Линн, я обещаю исправиться, — отчего-то я стал умолять её, будто она и была смертью. — Хочешь, я даже постараюсь тебя полюбить и мы начнём все сначала, — я посмотрел в её лицо и полные грусти голубые глаза.
— Когда-то я бы отдала всё за эти слова, но уже слишком поздно, Громов. Я похоронила все чувства к тебе вместе с нашей дочерью. А теперь вспоминай. Яхта, Марков с пистолетом направленным на тебя…
В голове, возник один из кошмаров, который я видел, где Линн насмехалась над тем, кто с фанатичным огнём в глазах желал моей смерти. Момент, когда я поймал взгляд Маркова, и тут же всё стихает, погружая меня в этот момент, будто всё происходит именно в эту секунду. Омывая разум чувствами, эмоциями и воспоминаниями…
…- Не в нём, во мне, — говорю я, стоя перед тем, кто портил жизнь моему другу и его семье на протяжении долгого времени.
