Ну, выходим мы его, а он всё равно нас предаст. Типа: не он такой — жизнь такая.
И что бы я сейчас для него ни сделал, только усилю вражду между нами. Он будет выздоравливать и вынашивать кошмарные планы мести.
Но — добивать?
Эх, видно, судьба решила, что мне слишком повезло сегодня с Шасти, чтобы прибить Байсура наверняка.
— Господин Йорд… — влез я и замялся, лихорадочно вспоминая имя. — Может у… сиятельного… Нишая найдётся немного времени, чтобы осмотреть Байсура? Колдуны обладают широкими медицинскими познаниями.
Седой Йорд поднял голову и уставился на меня как на выходца из мира Эрлика. Он уже и забыл, что я-то пока живой.
— А ну — прочь! — раздался резкий голос Шасти, разгоняющий воинов лучше палки.
Она всё-таки подошла к тихонько воющему Байсуру.
Йорд зыркнул на меня злобно, но при колдуне спорить не стал.
— Я, разумеется, посмотрю, — сказала Шасти, улыбаясь так, что скорпион зашевелился у неё на щеке. — Человеческая желчь — незаменимый ингредиент для многих хороших зелий.
Шасти оскалила чёрные зубы, и Йорд шарахнулся от тела Байсура.
Девушка же опустилась на колени и стала ловко ощупывать неудачливого самоубийцу.
— Не так и сильно он переломан, — сказала она наконец. — Рука. И, может быть, рёбра тоже. Но если нутро не отбито — выживет. А если отбито внутри — то ещё лучше. — Скорпион снова зашевелился на её щеке. — Желчь человека хороша для мазей, кровь пойдёт на эликсиры. Несите его ко мне в юрту!
Йорд посмотрел на воинов, старательно отводивших глаза, и указал мальчишкам на тело Байсура:
— Несите его в юрту колдуна!
Мальчишки, в силу безбашенного подросткового возраста, колдуна боялись гораздо меньше, чем старшие. Им просто воображения не хватало понять, что он может сотворить с человеком.
Они покорно, но без особой охоты — все согласились ещё вчера, что Байсур должен сегодня погибнуть — ухватили парня за одежду.
— Стоять, чернь! — засмеялась Шасти. — Так вы его только добьёте! Кай, — она обернулась ко мне. — Беги-ка в юрту, принеси войлок. Отнесёте его на войлоке.
Я решил продемонстрировать покорность и исполнить команду напрямую: бегом кинулся в юрту.
— Какой послушный стал! — буркнул мне в спину Йорд.
Шасти рассмеялась резким колючим смехом Нишая. А я вытащил войлок и помог мальчишкам перевалить на него Байсура.
Мы с Буркой, Багаем и одним из безымянных пока черноглазых мальчишек подняли Байсура и понесли в юрту.
— А остальных когда опечатаете, господин колдун? — с вежливым поклоном спросил Йорд.
— Утром поговорим, — буркнула Шасти и заторопилась следом за нами.
— Желчь вырезать спешит, кровопийца! — прошипел ей в спину один из воинов. — И кровь сливать, пока труп не остыл.
Вайгальцы очень любили своих колдунов.
Мы втащили Байсура в юрту, положили у очага, где было светлее. Шасти вошла следом и скомандовала:
— Оставьте тело у огня и пошли прочь!
Багай — куда же без его комментариев — взял себя за горло, демонстрируя, что сейчас Байсуру придёт хана.
— Так даже лучше! — прошептал он. — Вот помучается теперь, пока помрёт!
— Зря он сделал, что не разбился, — согласился незнакомый парнишка.
— Это я виноват, — едва слышно выдохнул Бурка. — Я велел волку лететь вниз.
— Да ну, — отозвался я на автомате. Не сообразил, что мальчишки, помогавшие нести Байсура, уже ушки навострили. — Ты же не приказывал ему сбросить всадника?
— Нет. Но Байсур, наверное, испугался, что волк сейчас вернётся обратно в лагерь, и спрыгнул.
Ага, значит, Бурка предполагал не самоубийство, а побег. А он-то ведь всё видел от начала и до конца. И глаз у него верный, звериный. Безо всяких человеческих сантиментов.
— Может, Байсур и хотел взлететь, чтобы спрыгнуть? — предположил я. — Это самый простой способ самоубийства. Не парься!
Я пытался успокоить волка. Хотя понимал, что с мотивом Бурка скорее всего угадал. Байсур, хоть и дурак, всё-таки трусоват был прилично.
Подумал, наверное, что самый лучший момент дать дёру — пока я у колдуна в юрте. Не вижу — вроде как и сделать ничего не смогу. Так ребёнок при игре прячется, закрывая глаза ладонями.
Шасти села рядом с Байсуром, а мы пошли наружу. Она умница, может, и вылечит этого идиота.
Казалось бы, добрая новость: парень заплатил за свою глупость, но остался жив. Но радости у меня не было.
Мстить я не собираюсь. Выжил Байсур, значит, повезло дураку — вот так я это понимаю. И мне уже поздно менять принципы.
Но вот вылечит Шасти Байсура, и что с ним делать? Тоже печать накладывать, чтобы подчинялся мне по приказу магии, раз добром не хочет?
Ну, тоже вариант. Ладно, пускай живёт.
Вот же Шонк стонать будет. Ведь он уже мысленно продал баранину, причитавшуюся Байсуру, а монеты в карман положил!
Выбравшись из юрты, мы обнаружили, что в лагере стало пустовато.
Воины, что привезли колдуна и обустраивали здесь всё, быстренько собрались и слиняли в город. Колдун-то отвлёкся, и камни вокруг его юрты можно было уже не перекладывать.
С нами остались — два стражника и два воина со своими волками. Стражники для битья, а воины, наверное, для охраны нас, баранов и птиц.
Для этих четверых и для Йорда была поставлена вторая юрта. И она достаточно далеко отстояла от юрты колдуна, чтобы не тревожить «сиятельного Нишая».
А вот нам ещё предстояло сегодня поставить и свою, большую, и хозяйственную, малую, юрты. Иначе спать придётся на земле под открытым небом.
О чём сейчас с вымученным весельем рассуждал Йорд, выстроив мальчишек, как сумел: кривым полукругом.
Йорд попытался привлечь к нашему обучению и воинов, но
