например, задержать шпиона и предателя в момент передачи важных сведений или в момент совершения диверсии. Вот с этими доказательствами мы и пойдем к Быкову, а он вынесет решение, что делать с крысой. Прикажет расстрелять — шлепнем. Прикажет «простить и отпустить», значит, так и сделаем.
— Отпустим на все четыре стороны?
— Вот именно, Стив.
Стивен вновь замялся, затем произнес:
— Лев Исаакович, разрешите еще кое-какие соображения высказать?
— Валяй! — благодушно разрешил политрук, — для того и собрались.
— Я все время думаю об этом происшествии с потерявшимися машинами. И у меня что-то не стыкуется в голове…
— Продолжай.
— Как я понимаю, резидент сумел подкупить Ковтуна и передал ему подробные инструкции, где и когда покинуть колонну, и куда направляться…
Политрук задумчиво кивнул головой, но никак не прокомментировал высказанную мысль.
— А вот что было потом? Каким образом он ухитрился покинуть колонну незаметно? Ведь его напарник, Борман, вполне мог заметить, что свернули не туда. Но это ладно, Вадим не был слишком уж внимательным и ответственным человеком, скорее всего, беспробудно дрых на пассажирском сидении и все проспал. Но как быть с остальной колонной? Видимость была отвратительная, двигались друг за другом, фактически ориентируясь по габаритным огням. Следовательно, вся колонна должна была поехать следом.
Политрук внезапно оторвал взгляд от дороги.
— Ну вот, наконец-то начинаешь мыслить в правильном направлении. Однако я тебя разочарую, эту версию я тоже проверил. Видимость, действительно, была отвратительная, а оба фонаря прицепа МАЗа оказались разбиты.
— Может быть, позже, при перестрелке? — уточнил Стив.
— Нет, — помотал головой Чекист, — раньше. Я поговорил с Иванычем, он категорически заявляет, что фонари работали вплоть до остановки на заправку перед бурей. А когда тронулись в путь, оказалось, что «стопаки» не горят. Останавливать колонну из-за такой мелочи никто бы не позволил, вот он и махнул рукой — потом разберемся.
— А кто ехал вслед за Иванычем?
— После нападения ящериц я распорядился присматривать за МАЗом, поэтому вслед за Иванычем в колонне ехал «Тайфун».
— А в кабине?
— Пауль и Шибарин, конечно. Еще кто-то из ваших дежурил у пулемета, не помню фамилию, и пара — тройка штурмовиков свободной смены в салоне. Броневик почти всегда полон под завязку с тех пор, как КрАЗ угробили.
— Ну вот…
— А что вот? Хочешь сказать, что это подтверждает твои слова о виновности кого-то из командиров?
— Это не я сказал, это факты так говорят.
— Твои факты к делу не пришьешь. И потом, это ни разу не факты, а всего лишь подозрения. Сбиться с пути и заблудиться во время песчаной бури не преступление, а проступок, досадная оплошность, стоившая жизни нескольким членам экспедиции. Если мы с этим пойдем к Быкову, он нас и слушать не станет. Подозревать мы можем кого угодно, но нам нужны улики и доказательства преступной деятельности подозреваемого, а не наши домыслы и умозаключения.
— Так а что же делать тогда?
— Думать! Включать голову на полную мощность. Думать все время. Непрерывно! Не расслабляться ни на минуту. Не важно, чем ты занимаешься — ешь, спишь, идешь по дороге или стоишь в строю на вечернем разводе — ты не должен прекращать анализировать информацию.
Стивен кивнул:
— Я понял.
— Ну если понял, то начинаем работать! Память хорошая? Запоминай! Если не очень — записывай.
— Я запомню!
— Первое, тебе нужно составить список всех происшествий, начиная с самого первого дня экспедиции. Не важно, подозрительные они или нет. Пункт второй. Составь список потенциально возможных диверсий. Проанализируй, в чем наибольшая уязвимость конвоя? Чем нам может навредить резидент?
— Вы считаете…
— Думай, как враг. Что он может предпринять, чтобы уничтожить или задержать экспедицию?
— Я понял.
— Вот и прекрасно. Двигаемся дальше. Пункт третий.Сравнить список под номером один и под номером два.
— Да, — согласно кивнул Стивен, — это я уже и сам догадался.
Гейман усмехнулся и продолжил:
— Хватит пока? Или еще?
— Давайте еще, у меня хорошая память.
— Пойдешь на перевязку, попроси у Лидии Андреевны список личного состава с пометками, кто и чем болеет, с какими симптомами обращались за помощью. Особенно обрати внимание на подозрительные диагнозы — пищевые отравления, интоксикации, аллергические реакции, инфекции и т.п. Одним словом, все что может вызвать даже малейшие подозрения.
— Пункт номер пять, — Гейман не собирался останавливаться, — сбегай к механикам и возьми у них список всех транспортных средств конвоя, все зафиксированные поломки с самого начала экспедиции, а также полный список оставшихся запчастей. Мой уже устарел. Если начнут возмущаться, скажи, я послал. Пусть ревизию делают. И соответственно дальше — пункт шестой, требуется самый глубокий анализ: какие из транспортных средств могут быть выведены из строя в самое ближайшее время, чтобы нанести максимально возможный вред экспедиции? Тут придется подумать, состояние машин принимать в расчет или нет. Пункт седьмой…
— Сравнить между собой пункты пять и шесть… — быстро вставил Стивен, — если кто-то выводит машины из строя целенаправленно, он делает это строго в соответствии с планом.
— Пока хватит, — задумчиво процедил политрук, — срок исполнения сутки.
Стивен ошарашено поднял взгляд на Чекиста.
— Сможешь выполнить быстрее, значит доложишь о выполнении раньше. Работай, комиссар!
Стив сглотнул внезапно ставшую горькой слюну.
— Я не успею.
— Постарайся, — отрезал политрук, — сиди и думай. Если память хорошая, большую часть работы можно сделать в уме.
Глава 18
Лидия
25 февраля 32 года (вечер)
* * *
Какая же все-таки сволочь — этот долбанный Чекист! Все-таки обманул и ни черта толком не объяснил людям. Мало того, он даже не появился на построении. Быков самолично вручал памятные подарки «потеряшкам» и зачитал приказ о награждении Стивена внеочередным званием. Это того самого парнишку, что крокодил за ногу тяпнул. Потом было несколько минут разглагольствований в обычной манере Эмиссара, какие мы герои, и что от нас зависит спасение человечества.
И лишь в самом конце зачитал по бумажке инструкцию к сегодняшнему переходу: в случае поломки нельзя самостоятельно покидать кабину транспортного средства, следует немедленно сообщить об аварии по рации и ждать помощи от специально подготовленной группы.
Ух! Как я разозлилась!
И что это меняет? А как же те ребята — механики? Они ведь все равно в воду полезут.
Пошла выяснять отношения, готова была
