Он запел, толкнув меня локтем. Я стала совать испуганным гражданам мелочь. Одни принимали копейки от изумления, другие отбивались.
- Берите, берите, - убеждала их я. - Вы ж сами давали. Я и лицо ваше помню.
- «Рыдна мати моя, ты нычей ныдыспало…» - выводил Доброхотов с ужасающим акцентом.
- А я рубль давала, - серьезно, даже бурчливо сказала мне женщина с огромной матерчатой торбой.
- На, Саня, - Доброхотов отдал мне портмоне. - Отдавай все. Не жалко!
Мы выскочили на платформу, смеясь, как безумные, и обнимаясь, как влюбленные.
- Ну что, классно со мной, Саня? Я - лучше всех! - провозгласил Доброхотов.
Я затрясла головой, жмурясь от хохота. Я уткнулась носом в его рубаху. В эту секунду мне хотелось сбежать с ним на край света. Поверив в такие секунды, люди влюбляются. Но я давно разучилась оплачивать любовью секунду. Мне просто не хотелось ее отпускать (тот же эффект вызывал кокаин). Я встала на цыпочки и начала целовать его. Мне давно не было так по-глупому весело. Я отдала «добрым людям» все деньги из его кошелька - долларов пятьсот или больше.
За это я и не любила наркотики. Утром, когда наступал отходняк, ты понимал, что растратил отпущенное тебе веселье, как зарплату за вечер. Выпотрошил все. Ничего не осталось. И неизвестно, когда ты снова начнешь улыбаться. Наркотики не дарили веселье - они оптом брали его из тебя.
Дома и мне, и Доброхотову стало хреново. Ни у него, ни у меня не было реального повода для праздника. Он реально остался без денег. И хотел компенсировать их. Мной. Или моим «Ты лучший. С тобой классно!»
Интересно, Андрей знал, что я целовалась с Доброхотовым?
Целовалась вразнос. Целовалась все триста метров по эскалатору вверх. Целовалась так, что, если б Сашик и Оля не ждали нас наверху…
* * *
Я подняла глаза. Над столом стояла Марина с листком в руках. Я сняла наушники.
- Что ты делаешь?
- Расшифровываю интервью Доброхотова. Я говорила…
- Он работает в театре «Трех паяцев»?
- Ну да.
- А ты знаешь, что у них пропал актер?
- Актер, - повторила я. Это сошло за ответ.
- Андрей Фирстов. Вчера он не пришел в аэропорт. Лучше бы ты взяла интервью у него, - испустила Марина редакторский вздох. - Об этом уже куча статей в Интернете.
- И что там написано?
- Он не предупредил никого - просто исчез. Режиссер театра говорит, что через сутки подаст в розыск. Еще говорят, ему предложили работу в Киеве… Неизвестно какую. Я к чему говорю. Ты была позавчера на спектакле с ним. Может, напишешь?
- Я знала его.
Марина не отреагировала на прошедшее время. Она была слишком удивлена:
- Андрея Фирстова? Знала? Насколько?
- Мы с ним… Друзья. - Я проглотила «были».
- И ты не взяла у него интервью? Мы б дали его на обложку!
- Андрея? Зачем?
- Ты что, не знаешь? Он снялся у Трыкина! В главной роли. Арко! Фильм скоро выходит. Он есть в Интернете. Я смотрела… Это потрясающий фильм.
- Кинофильм?
- О нем сейчас все говорят. Ты работаешь в телеиздании. Как ты можешь не знать?
«Как ты можешь не знать, если вы с ним друзья?» - прописалось в подстрочнике.
Марина не верила мне. Не верила в нашу близкую дружбу.
Я понимала ее. Я и сама не верила…
Как я могла не знать Андрея настолько? Когда он звонил мне в последний раз? Что говорил? Что я ему отвечала? Не помню, не помню, не помню… Я не считала звонки. Не смаковала фразы. Я не была влюблена в него.
Время имеет забавное свойство сжиматься и разжиматься с учетом фактора важности. Андрей не был важным. Когда я говорила «Я видела Андрея недавно» - я имела в виду полгода назад. Когда я говорила «Я не видела Костю давно» - я имела в виду на прошлой неделе.
Кажется, Андрей упоминал, что снимается где-то и это хорошая роль. Он снимался и раньше - в телефильмах. Они прошли незамеченными. И я не придала значения. Нет, просто не слышала его - как Женя, говорил со мной, не слыша меня. Как Арина, я говорила с Андреем лишь о себе. А он звонил мне не для того, чтоб похвастаться…
Он звонил, чтоб поговорить обо мне?
- Вы общались с ним во время гастролей? - зашла Марина с другой стороны.
- Да. Он был у меня в гостях.
- Фирстов? У тебя дома?…
Все головы повернулись ко мне. Они что, все тащат кино из Инета?!
- Так, может, ты знаешь, где он? - спросила Марина. Я знала. Но я не собиралась удивлять их еще больше.
- Может, ты знаешь, какую работу ему предложили?
- Вести телешоу.
- На каком канале?
- Не знаю.
- Узнай. Напиши об этом статью.
Я покачала головой. Я ничего не знала про Андрея - за двадцать шесть часов я выяснила только, насколько я ничего не знала о нем.
- Я не смогу.
- Почему?
- Я не могу писать здесь. Я не могу так. Не могу сосредоточиться. Все говорят, все стучат по клавиатуре…
«Так увольняйся», - три года я ждала эту фразу. И не дождалась.
- Так работай дома, - сказала Марина.
- За гонорары? - Остаться без зарплаты, стать внештатником - равносильно увольнению.
- Пиши больше. Ты ж так быстро пишешь. Ты будешь зарабатывать больше. А здесь ты просто сидишь. Ты не создана для штата.
Я посмотрела на нее изумленно. В ее словах не было нелюбви ко мне, только непонимание: почему я веду себя так глупо?
- Так я могу идти домой?
- Сколько тебе нужно времени, чтоб написать о Фирстове?
- Точно не знаю… Я позвоню вам.
Забытая свобода.
Сколько лет я боялась, что, обретя ее, почувствую страх: «Что мне делать с моей жизнью?»
Но я почувствовала только дикую странность ситуации.
Я пришла, чтоб уволиться, и Марина предложила мне оптимальный способ ухода. И послала туда, куда я хотела пойти - узнать, что случилось с Андреем.
Как будто стоит тебе сделать шаг - туда! - все репетиции снова назначат под твой приезд, все кресла окажутся свободными. Стоит угадать свой жанр, все люди начнут послушно подавать тебе нужные реплики…
Или ты просто начнешь слышать их реплики?
Глава двенадцатая
Смерть прекрасна. Только в ней одной и может жить любовь… Жан Ануй. «Эвридика»
Прежде чем уйти, я зашла в Интернет.
Я никогда не набирала «Андрей Фирстов» в поиске. У него был даже сайт - сделали поклонницы. У него были поклонницы!
В одном Женя был зряч - Андрея заметили. О нем говорили, как о Событии… Он снимался в нескольких фильмах. Репетировал два спектакля. Я знала перечень действующих лиц. Там не было место для Доброхотова. В мгновение Андрей вышиб его с первых ролей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
