Он обнял ее и с нежностью посмотрел в зеленые глаза.
– Хочешь от меня избавиться?
Прикосновение Маккуса вызвало у нее трепет. Файер казалось, что у нее внутри порхают бабочки.
– Нет, сэр, я просто честно выполняю условия нашей сделки, – еле слышно ответила она.
Файер не знала, как реагировать на резкую смену его настроения. Каждый раз, когда речь заходила о том, чтобы он начал подыскивать подходящую невесту, Маккус словно замыкался в себе. Ей хотелось думать, что ему настолько приятно ее общество, что он и не мечтает о том, чтобы место Файер заняла какая-нибудь другая леди.
– Куда мы направляемся? – спросил Маккус, следуя за ней.
– Леди Денингз ждет нас на лужайке. Там должны состояться соревнования. Гости могут выступить либо участниками, либо зрителями. – Файер нахмурилась. – Если маме вздумается проявить упрямство, то мне придется демонстрировать свое умение стрелять из лука.
Маккус потрепал ее по плечу, выказывая сочувствие.
– Ты боишься оказаться в проигрыше?
Она сжала губы, услышав в его вопросе оскорбительный намек.
– Благодарю вас, мистер Броули, за то, что вы так верите в меня. Но, честно говоря, мне бояться нечего, потому что еще в детстве я научилась прекрасно управляться с луком. Я всегда хотела быть лучше Тэма. Во всем. И папа меня поддерживал.
Волнуясь, она прикусила губу.
– Что-то тревожит тебя? – спросил Маккус. Он всмотрелся в ее лицо, желая найти ответ на свой вопрос. – Наверное, твой брат все еще злится, не в силах забыть, что застал нас тогда наедине?
Поскольку Тэм уже давно позабыл о своих обидах, Файер решила не вдаваться в подробности. Она не хотела говорить о том, что Тэм пришел в большую ярость, узнав, что она посвятила Маккуса в семейные тайны, а не оттого, что его сестра позволила себе какие-то вольности.
– Нет, у нас все в порядке.
Она не собиралась открывать истинную причину своего беспокойства, опасаясь выглядеть в его глазах трусихой.
– Я видела экипаж леди Хипгрейв. Конечно, здесь ожидается много гостей, да и поместье огромное, но я знаю, что нам суждено снова столкнуться.
Файер догадывалась, что выглядит просто смехотворно. Она презирала себя за то, что слишком часто думала об этой коварной искусительнице. Маккус больше не мог выдержать. Он притянул девушку к себе, не заботясь о том, что их могут увидеть. Файер закрыла глаза, наслаждаясь силой и теплом его тела.
– Ты не одинока, – напомнил он и нежно провел рукой по ее волосам. – Леди Хипгрейв очень хитра. И она поймет, что приближаться к тебе, когда ты окружена родственниками и друзьями, небезопасно. Утешься тем, что она не посмеет нарушить границы приличий.
Файер кивнула, услышав в словах Маккуса твердую уверенность, и мысленно повторила их, словно заклинание против злой ведьмы.
* * *
– Я же говорила, что одобрение герцогини обеспечит тебе всеобщее внимание, – высокомерно произнесла Файер спустя несколько часов. – Я заметила, что и мисс Найт, и мисс Греффис не сводили с тебя глаз. Как чувствует себя мужчина, которому стоит только взглянуть на леди, и она уже тает?
Маккусу было приятно, что Файер ревнует его. Если она была расстроена оттого, что он провел час в обществе четырех красивых леди, которые наперебой добивались его внимания, то так тому и быть, решил он. Однако надо было отдать должное Файер, которая внешне ничем не выдавала своего настроения и хорошо скрывала переполнявшие ее чувства.
– С чего ты это взяла? – спросил он. – Каждый раз, когда я пытался встретиться с тобой хотя бы взглядом, ты веселилась в окружении дюжины поклонников.
Он и сам не заметил, как начал ревновать свою королеву.
Праздник продолжался целый день. Даже после наступления сумерек никто из гостей не торопился идти спать. Многие перешли в дом, где были распахнуты окна и двери. Дамы и господа слушали музыку, танцевали и наслаждались чудесным вечером.
Файер попросила Маккуса собрать перед поездкой небольшой чемодан. Он не стал спрашивать о подробностях и молча подчинился ее просьбе. Его багаж везли во втором экипаже, в котором ехали горничные герцогини.
Оценив грандиозность праздника, Маккус понял, что Файер нисколько не преувеличивала, когда говорила о том, что приемы, которые устраивали Денингзы, очень популярны в обществе. Казалось, что все и думать забыли о том, что близится ночь. Никто не хотел уезжать из поместья. В доме было достаточно спальных покоев, чтобы разместить огромное количество гостей. Лишь немногие леди и джентльмены почтенного возраста уже отошли ко сну, желая набраться сил перед завтрашними развлечениями.
– А что ты ожидал от меня? – вспылила Файер. – Ты окружил себя этими русалками и думал, что я буду спокойно наблюдать, тихо страдая в углу? Мы договорились, что тебе лучше подыскивать невесту самостоятельно. Кроме того, я постоянно вижу возле себя леди Хипгрейв, и мне кажется, что нам нужно побеспокоиться о том, чтобы она не заподозрила, насколько мы близки. Конечно, нам нечего волноваться, поскольку в роли твоей покровительницы выступает сама герцогиня.
– Я должен тебя предупредить, что герцогиня намерена меня женить.
Решительность, с какой мать Файер взялась исполнять роль свахи, пугала Маккуса. Ее светлость высказалась довольно откровенно, заявив Маккусу, что если ему не понравится ни одна из представленных ему сегодня леди, то она обязательно познакомит его завтра с дюжиной других.
Файер отвернулась и небрежно пожала плечами.
– Моя мать может быть очень настойчивой, если ей что-то взбредет в голову. Боюсь, что уже осенью тебе придется подумать о свадебных расходах.
Маккус сохранял бесстрастное выражение лица.
– Я окажусь в очень неловкой ситуации, став должником обеих дам Солити.
Файер одарила его дерзкой улыбкой.
– Герцогиня не привыкла к тому, чтобы кто-то становился на ее пути.
Они стояли, прислушиваясь к звукам музыки, доносившейся из дома. Когда Маккус посмотрел на Файер и встретил взгляд ее зеленых глаз, все леди, с которыми познакомила его герцогиня, исчезли из памяти. В горящих глазах Маккуса читалось желание обладать этой девушкой, и любой, кто увидел бы их в эту минуту, не обманулся бы насчет намерений молодого человека.
Файер была облачена в воздушное платье цвета морской волны. Он был очарован ее изысканным нарядом. Ее локоны цвета корицы с огнем были уложены в корону, украшенную венком из жимолости. Маккус вдыхал ее аромат и чувствовал, что от страсти теряет голову. Ему хотелось забрать ее прямо из бального зала и овладеть в ближайшей комнате.
Файер не знала, что Маккус провел свободное время с пользой для себя: он не только флиртовал с леди, но и приводил в действие свой план мести. Файер не замечала ничего, так как все ее помыслы были заняты тем, чтобы подобрать ему подходящую невесту. Он покачал головой. Да, он ценил ее усилия, но с сожалением признавал, что его возлюбленная весьма далека от истины. Его желания оставались для нее тайной за семью печатями.
