– Да нет, – Тед был озадачен не меньше остальных, – мы только чашки расставлять начали…
Станислав осмотрелся. Романтический полумрак, в котором еще все видно, но уже можно не стесняться, открытый шлюз, а за ним – ярко освещенный пустынный космодром. Все вроде в порядке.
– А на «Плясуне» что, заварка кончилась? – сердито осведомился капитан. Чайные церемонии пилота были его личным делом – пока не мешали спать остальным.
– У них капитан злой.
– А я, можно подумать, добрый!
– Ну, – Тед виновато почесал встрепанную макушку, – Ритт сказала, что ее прошлого гостя он заставил сделать то, зачем тот пришел. То есть выпить пятилитровый корабельный чайник. Свежевскипевший. Прямо из носика.
– Иди пей, – велел Станислав, но следить за выполнением приказа не стал, развернулся обратно к каюте. Мало ли что взбрело в голову этой девице. Может, вспомнила, что забыла реактор на холостой ход перевести. Или ее запоздало осенило, что чай был только предлогом.
– Кошка, – неожиданно сказал Дэн, уставившись в угол.
– А? – Капитан проследил за взглядом навигатора и действительно увидел хвостатую безбилетницу. Она упоенно с чем-то играла, то подбивая добычу лапками, то напрыгивая сверху. – Маша, свет!
Полинин визг оказался пронзительнее визга Ритт, к тому же раздался под самым ухом.
Потолок, стены и колонны усеивали мелкие, даже с виду скользкие и противные на ощупь существа. Видно, одно из них свалилось за шиворот, а то и в декольте незадачливой гостье и принялось там копошиться или даже кусаться.
Полина резко замолчала, присмотрелась и охрипшим голосом выдала:
– Ух ты какая прелесть!
«Прелесть» попривыкла к свету и начала медленно, вразнобой двигаться. Экипаж боязливо сплотил ряды.
– Откуда их столько набежало? – Станислав попытался сосчитать тварюшек, но сбился на четвертом десятке, не дойдя даже до противоположного конца одной стены. – Вы что, с открытым шлюзом чаевничали?
– Нет, это слишком интимный процесс, – обиделся Теодор. – В смысле, хотелось посидеть в тишине и уюте. Это Ритт, убегая, открыла.
Вениамин присмотрелся к одному из существ. Четыре двупалые лапки, короткий гребенчатый хвостик, тупая мордочка с клювообразной пастью, как у черепахи.
– Думаю, они набежали не из шлюза. – Докторский голос дрогнул от волнения. – Полина, ты открывала каюту с меракийцами?
– Да, жарко же было, – беспечно призналась зоолог. – Я побоялась, что они перегреются и погибнут.
– И не закрыла?
– Так ведь Михалыч совсем недавно… ой!
– Следующая стадия? – уточнил Дэн, отгоняя кошку от полузадушенной добычи.
Вениамин кивнул:
– Видимо, повышение температуры пришлось им по вкусу.
– Ловите их скорее! – спохватился Станислав. – Пока они по всему кораблю или, хуже того, космодрому не расползлись. А то еще нам впаяют штраф за биологическое загрязнение территории!
Следующие полночи команда добросовестно изображала битву за урожай на какой-нибудь отсталой планете. Ползали юные меракийцы медленно, зато умели высоко и внезапно прыгать, поэтому приходилось проявлять чудеса ловкости, чтобы закинуть в ведро с крышкой одного пленника, взамен не выпустив десяток. Капитанский приказ запоздал – беглецы обнаруживались в самых неожиданных местах: на верхней полке аптечного шкафа и нижней стороне стула, в посудомойке, на пульте, под диванчиком и даже в унитазе, куда Вениамин заглянул совсем с другой целью. Несколько штук Дэн подобрал уже на ступеньках трапа.
За четыре часа, по примерным подсчетам, удалось собрать около пятисот прыгунов.
– Личинок в цистерне было куда больше, – обеспокоенно заметил Вениамин, поглядывая на решетку вентиляции. Станислав тоже давно мечтал забить ее досками и раздать экипажу индивидуальные баллоны с масками.
– Может, большинство осталось в каюте? – предположила Полина. – Мы ее еще не осматривали, только дверь сразу закрыли.
– Что ж, давайте глянем, – пошел впереди капитан.
В цистерне по-прежнему кишела жизнь. Только немножко другая. Водоросли отрастили листики (уже изрядно пощипанные), мох разобрался по кучкам, каждая своего оттенка и со скрывающимся в центре обитателем – только усы торчат, на дне ритмично открывали и закрывали отверстия шаровидные существа, похожие на огромные глаза с ртом вместо зрачка. Между ними змеилось что-то тонкое и кольчатое – то ли щупальца, то ли отдельные черви. В толще воды плавало еще несколько сотен прыгунов, но, присмотревшись, Полина заметила, что головы у них крупнее и угловатее, задние лапки мельче раздвоенных передних, зато хвост длиннее. Когда девушка наклонилась к самой воде, меракийцы боязливо сбились в кучку и занырнули поглубже.
– Как будто совершенно другой вид, – изумился Вениамин, когда Полина все-таки выудила одного на всеобщее обозрение. – Как тритоны и лягушки. Даже глаза по-разному устроены.
– «Лягушки» тоже немножко отличаются друг от друга. – Девушка перевернула существо кверху брюшком, чтобы получше его рассмотреть. – У тех, что сидели на потолке, более плоское тело и сухая кожа. А пойманные на полу быстрее двигались и иногда шипели.
Теодор попытался заглянуть в ведро, но тут же получил прыгуном в глаз и поспешил захлопнуть крышку.
– Высыпать их обратно в цистерну?
– Нет, они явно наземные. Просто выпусти, пусть скачут, травку щиплют. Вон какая уже вымахала. – Полина посмотрела на потолок с гордостью садовника, демонстрирующего гостям богато увитую плющом беседку.
– А как мы теперь сюда заходить будем? Они же сразу разбегутся!
– Значит, не будем, – отрезал капитан. – Чтоб до самого Мерака никто к этой двери не прикасался, ясно? Делать нам больше нечего, только по ночам полтысячи лягушек выгуливать!
Команда повторно прочесала корабль, отловив еще три десятка беглецов, и сочла утечку меракийцев ликвидированной. Станислав лично убедился, что дверь «зоопарка» заблокирована, а вентиляция переведена в автономный режим, и вернулся в свою каюту. Медленно, устало разделся, по армейской привычке сложив вещи складка к складке, хотя куда охотнее просто бросил бы их на стул. Лег, с блаженным вздохом вытянулся во весь рост и закрыл глаза. Страдальчески поморщился. Открыл глаза. Сел, откинул одеяло и выудил из-под себя слегка помятого, но бойко дрыгающего лапками прыгуна.
– Чтоб ты сдох, – нежно пожелал ему капитан и, содрогнувшись от мысли, что нужно снова вставать, одеваться и идти к опечатанной каюте, малодушно кинул добычу в чашку из-под чая и накрыл блюдцем.
* * *
Кошки хватились утром. Первую половину ночи она активно участвовала в охоте, путаясь под ногами и играя найденными прыгунами в мячик, а потом как-то незаметно исчезла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
