Полина с миской в руке битый час слонялась по кораблю, заглядывала во все щели и так надрывно причитала: «Кис-кис-кис», что лучше бы орала кошка.
– Ну что, нашлась? – поинтересовался Станислав, когда девушка вернулась в пультогостиную.
– Нет. – Полина печально уставилась в миску. – Видно, выскочила из корабля, когда мы выходили посадочную площадку осматривать.
– Замечательно! – Капитан с нескрываемым облегчением откинулся на спинку кресла. – Теперь, главное, обратно не запустить.
Девушка провокационно захлюпала носом:
– Наверное, она несколько часов скреблась в шлюз, плакала от отчаяния…
– Я плакать не буду, и не надейся, – разрушил ее коварные замыслы Станислав. – Ничего с ней не сделается, прибьется к другому кораблю.
– А вдруг ее там не будут так любить, как мы?
– Так – будут, – заверил капитан. – Тед, Дэн, вы закончили с завтраком? Тогда готовьте корабль к взлету.
– Пойду еще в грузовом отсеке посмотрю, – совсем убитым голосом сказала Полина.
Надежды, что кошка окажется там, почти не было: отсек во время стоянки не открывали ни изнутри, ни снаружи, там остались только елка да несколько контейнеров с инструментами и тканями, которые Дэн перекинул в самый конец трассы. Придется платить неустойку за опоздание, зато из них ничего не вылупится и не разбежится.
Девушка отсутствовала долго – корабль успел и подготовиться, и взлететь, и выйти из атмосферы, и уже начал генерировать червоточину, когда наученный горьким опытом капитан спохватился, что инструкция по технике безопасности опять вопиюще игнорируется.
– Полина, ну где ты застряла? – сурово окликнул он в комм. – Возвращайся в каюту и пристегнись. И ты, Тед, тоже! Я все вижу.
Пилот со вздохом активировал систему фиксации, не сковывающую движений, но заставляющую чувствовать себя мухой в паутине силовых и синтетических нитей.
Полина же помедлила и боязливо доложила:
– Станислав Федотович, у нас проблема. Подойдите сюда, пожалуйста. – Судя по голосу, девушке этого отчаянно не хотелось, но расплаты было не избежать.
– Отложить прыжок, – обеспокоенно скомандовал Станислав, поднимаясь из кресла. Тед и Дэн непонимающе переглянулись.
Полина встретила капитана возле двери.
– Вот, – трагично простерла она руку, – любуйтесь!
Капитан добросовестно полюбовался елочным горшком, слегка запотевшим куполом, раскидистыми ветками и пышной желтой хвоей.
– Это еще что за осенние мотивы? Она же вроде вечнозеленой должна быть.
– Видимо, на нее вчерашнее отключение системы так подействовало, – предположила Полина, не поднимая на капитана глаз: елка была поручена ее заботам, а вчера девушка даже не заглянула в грузовой отсек. Может, удалось бы остановить пожелтение, переставив контейнер в автономно охлаждающуюся кладовку. – Ели плохо переносят жару, а тут еще космический перелет, изменение гравитации, светового режима…
– Короче, чтоб я еще когда-нибудь связался с живым грузом! – обреченно констатировал Станислав. На Полину он не злился: с этими рудокопами и меракийцами елка напрочь вылетела у всех из головы. – Она совсем концы отдала?
– Нет, просто сбросит эти иголки и новые отрастит. За месяц-другой.
– Нам же ее послезавтра заказчику сдавать!
Девушка удрученно молчала, видимо красочно представляя себе этот момент.
– Ладно, пошли отсюда, – наконец решил Станислав. – Иначе червоточина закроется и придется заново энергию тратить.
– А как же елка?
– Что-нибудь придумаем, – пообещал капитан.
* * *
В грузовом отсеке было темновато и прохладно, что заставляло с тоской вспоминать Шии-Раа.
– Все-таки капитан у нас – настоящий зверь, – проворчал Теодор, обмакивая кисточку в банку. – Ладно когда в армии к приезду начальства приказывают все столбы красить, но чтобы елку! Хорошо хоть не зубной щеткой.
– Мажь ровнее, – шикнула на него Полина, все еще угнетенная чувством вины и своей агрономической несостоятельности. – А то она у тебя пятнистая получается.
– Я же предлагал взять пульверизатор.
– Тогда бы и ствол прокрасился, а нам нужны только иголки.
– Они от кисточки осыпаются! Надо было все-таки нитрокраску брать или масляную. Она бы их заодно закрепила.
– Ты что, – ужаснулась Полина, – тогда елочка точно загнется! А с пищевым красителем незаметно перелиняет, и все.
– Прямо сказать, – Теодор отстранился, критически рассматривая результат, – какая-то она избыточно зелененькая для такой облезлой. Более мрачного оттенка не нашлось?
– Мне и так при взгляде на нее плакать хочется. – Девушка послюнила палец и стерла зеленое пятно с концевой почки.
– Да, не оправдала ты высокого доверия Анастасии, – ухмыльнулся пилот. – Слушай, а чего Дэн с тобой не пришел? Станислав Федотович его тоже чем-то загрузил?
– Кисточек только две было. Да и елочка маленькая, мы с тобой и так постоянно лбами сталкиваемся.
– Ну, просто постоял бы рядом для компании, все равно ж делать нечего: корабль на курсе, до станции сутки лету…
Полина задумчиво прикусила кончик кисточки.
– По-моему, он не уверен, что эта компания нам нужна. Или наша – ему.
– Нужна, – убежденно сказал Теодор. – Когда он чем-то увлекается и забывает «свое место», то все в порядке. Интересно, что же такое с ним на «Черной звезде» делали, если он до сих пор от нас шарахается?
– Подозреваю, что, если мы это узнаем, нам нас вообще убить захочется, – вздохнула девушка.
Через час художественная роспись елки и заодно художников была закончена.
– Все, пусть теперь сохнет. – Пилот бросил кисточку, вытер руки тряпкой и встал. – А я пошел вытряхивать Дэна из этого дурацкого свитера.
– Обожаю экстремальные виды спорта! – восхитилась Полина.
* * *
Из каюты Дэн вышел в клетчатой рубашке Теодора, которая была ему велика и только усугубляла общую нахохленность.
– А где твой свитер? – удивился Вениамин, успевший привыкнуть к ядреному сочетанию рыжего и бурого. С черно-синим Дэн сочетался лучше, только уж больно неожиданно.
– Он пал в неравной битве, – высокопарно объявила девушка.
– Вы могли просто попросить меня его снять, – с тихим упреком сказал навигатор. – А не сдирать в разные стороны.
– А вдруг ты отказался бы?
– Да, но разве нельзя было хотя бы попробовать? В чем мне теперь ходить? – Дэн поднял руку, и длинный просторный рукав обвис сломанным крылом.
– Мы тебе именную футболку купим, – пообещал Теодор. – С первой же зарплаты.
Рыжий вздохнул и принялся обреченно закатывать рукав. Судя по текущему положению дел, ему предстояло доносить за пилотом еще не одну рубашку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
