и расслышала звуки музыки. Шумные господа и дамы разбились на пары и отправились танцевать. Оставаясь к толпе спиной, стискивая кулак добела, я не сразу разобрала шелест одежды.
Ее приторно-холодный голос застал врасплох:
- Йен уже сделал мне предложение. Мы поженимся, как только вас официально признают невменяемой, мадам.
Я резко оглянулась, упираясь взглядом в напудренное личико баронессы Терим. Невысокая брюнетка с красивыми глазами и ужасно надменным выражением кукольного личика, растянула губы в улыбке.
- Вы не ослышались, Мирабель. Герцогу вы больше не интересны.
- Простите? – улыбнулась высокомерной сопернице, пряча внутренний озноб и лютую неприязнь.
- Йен не проигрывает. Уж вам-то это должно быть понятно. Как-никак, состояли четыре года в браке.
- Серьёзно? – Стискивая хрустальный бокал до боли, не сводила с любовницы Йена прищуренных глаз.
- Как только Йен займет трон королевства, вас отошлют в больницу для душевнобольных. Он уже обо всем позаботился. Да, да, не удивляйтесь. Для несчастной жены будущего короля там подготовили скромную одиночную палату и ждут ее с нетерпением.
Воздуха отчаянно стало не хватать. Как я сразу не догадалась?
Вот для чего Йен распустил слухи среди высшей аристократии о якобы нездоровом поведении «любимой» жены. Не сумев выиграть пари честным образом, не добившись от беглянки Мирабель ответной благосклонности, он задумал объявить меня ненормальной и с честной совестью упечь до конца моих дней в больницу. Подданные, разумеется, поддержат молодого монарха в его отчаянии и скорби, а чуть позже, когда всё утихнет, с пониманием отнесутся к новой женитьбе на сильной и здоровой аристократке.
- Он не посмеет!
- Посмеет, - с усмешкой выплюнула Алва, удовлетворенная мелочной местью красивой сопернице. Вздернула подбородок и гордо прошествовала в сторону, где ее дожидалась матушка Йена.
Свекровь одарила меня осуждающим взглядом, перехватила Алву за руки и, словно они лучшие подруги, повела прочь от столов. Мать Йена искренне поверила сыну, будто я давно и безнадёжно не в себе. И судя по оценивающим и насмешливым взглядам, какие я ловлю на себе всё отчетливей – эту чушь охотно приняли и все остальные.
Выругавшись сквозь зубы, я вдруг осознала всю степень нависшей над собой смертельной опасности. Ужасающие перспективы мрачного будущего раскрылись перед глазами во всей красе.
Горло стиснул удушливый спазм, колени ослабели.
Бежать из Весталии! Бежать немедленно!
Пока я еще на свободе и распоряжаюсь своей судьбой.
Отставив бокал на стол, развернулась к арке с выходом, но сделала всего пять коротких шагов. Из толпы неожиданно возник незнакомый светловолосый мужчина и, заступив дорогу, протянул мне ладонь в плотной перчатке.
- Мадам, потанцуем?
Глава 30
Ответить я не успела. Стиснув за руку, он потянул в центр зала, где кружились разодетые в шелка, бархат и атлас пары.
Чувствуя себя бабочкой, залипшей в паутине хитроумного паука, я сжала зубы, немного потанцевала и как можно спокойней процедила:
- Думаю, одного круга достаточно. А теперь вынуждена вас покинуть.
Бесцеремонный светский франт стиснул в своих объятиях еще крепче и одарил дерзкой улыбочкой:
- Мадам так спешит?
- Не представляете, насколько.
- И куда позвольте узнать?
- А вот это вас уже не касается, мсье. – Я выдернула кисть из цепких пальцев, но нахал явно не думал сдаваться.
- Не спешите, прошу. Вы пропустите самое интересное, - полагая, что действует на дам безотказно, он одарил белозубой улыбкой.
- Если вы об оглашении имени королевского приемника, то уверяю, мне оно абсолютно не интересно, - процедила сквозь зубы, невероятными усилиями отстранилась от мужчины и, приподняв подол, поспешила из шумного центра.
В уме вертелись подзабытые со времен учебы в Пансионе географические названия стран и континентов нового мира. С юга к Весталии примыкали Ризанда, Эстервилль и крошечное гористое государство Блемвер. На западе простирались недружественный альянс, от какого следовало держаться подальше. А вот восток и север манили своей очаровательной природой, умеренным климатом и вполне могли дать одинокой гонимой всеми герцогине приют в случае необходимого бегства.
- Мадам, я настаиваю, - наглый до зубовного скрежета светловолосый выскочка нагнал меня у выходной арки и, опередив, заступил широкий арочный проем. – Куда вы торопитесь?
Нет, это уже переходит все границы! В моем родном мире с таким поведением он бы уже огрёб.
- Подальше от вас.
- А чем я плох? – Мужчина картинно изогнул темную бровь и склонил голову на бок. Я вдруг поймала себя на странной мысли. Казалось – незнакомец намеренно привлекает к нашей паре внимание. Надо же, сработало. Позади раздалась уверенная мужская поступь. Настолько знакомая, что стало дурно.
- Дорогая, этот тип досаждает тебе?
Властный голос Веймаера – так близко, заставил Бель внутри меня содрогнуться. Я замерла, на силу подавив желание схватиться за шею, а в это время муж обошел нас по дуге и очутился рядом с невоспитанным красавчиком, сверля того взглядом.
- Я задал вопрос.
- Вы его знаете, мадам? – Щуря глаза, поинтересовался навязчивый ухажер.
- Разумеется, она меня знает. Мы муж и жена, - холодно уведомил Йен. – Не так ли, любимая?
- А, ясно, - растеряв весь боевой запал или, быть может, искусно играя заранее отрепетированную роль, незнакомец отвесил дерзкий поклон, пожелал нам «чудесного» вечера и исчез, оставив с Йеном наедине.
- Здравствуй, Бель, - как ни в чем не бывало, муж усмехнулся. – Прекрасно выглядишь.
- Наверное, в глазах окружающих это странно. Учитывая, каким именно диагнозом ты наградил свою жену, - выдохнула яростно. Теперь выход из блистающего роскошью зала загородил Веймаер, и я опять была вынуждена топтаться у арки.
- Ты первая начала, - с показной шутливостью напомнил красавец-герцог, без пяти минут король. – Когда пустила слух о моей якобы мужской несостоятельности. Это было больно, Бель. Теперь ты поняла, что я чувствовал.
- Не знала, что вы настолько ранимы, Ваша Светлость. Впредь буду осторожней. Обещаю.
Йен похлопывал себя по бедру пальцами и смотрел так, что ноги под платьем подгибались, а всю меня пробирал морозный озноб.
- Я не согласен на развод, - отрезал резко, меняя тему. – И никуда тебя не отпущу. По крайней мере, не так, как ты себе это представляешь.
- Уже поняла. Ты скорее упрячешь любимую женушку в дом для душевнобольных. Подальше от глаз. Но разводом себя не запятнаешь.
Йен вдруг взъярился, в его глазах сверкнул огонь. Решительный шаг навстречу, он обхватывает меня за плечи и пока за спиной веселятся, развлекаются, смеются и наслаждаются жизнью на всю катушку, притягивает к себе,
