заставило обычных обитателей этого стола сбежать пораньше.
— Наконец-то одна, — сказал Алекс с ухмылкой, как только Мэтти сбежала.
— Никто не может очистить комнату лучше тебя, детка, — сказал я.
Губы Алекса дрогнули.
— Детка?
Я закатила глаза, чтобы скрыть собственное неловкое замешательство.
— Ты назвал меня красивой, так что я решила попробовать это.
Он широко улыбнулся, но его взгляд был прикован к моим губам.
— Мне это нравится. Мне нравится, называй меня как угодно.
Его губы встретились с моими в поцелуе, достаточно крепком, чтобы заставить меня ахнуть. Не только потому, что он целовал меня посреди столовой, но и потому, что моя разбитая губа все еще заживала, и это было немного больно.
И все же ничто в этом мире не могло заставить меня прекратить целовать Алекса.
— Увидимся сегодня на тренировке? — спросил он, когда мы наконец расстались. Его дыхание было затрудненным, и я могла видеть явные доказательства его возбуждения, натягивающиеся под форменными брюками. То, как он смотрел на меня, пока его большой палец поглаживал мою щеку… честно говоря, это было так, как будто я была единственной девушкой во всем мире.
— Ни за что на свете не пропустила бы это, — пробормотала я в ответ, мой голос сочился желанием. — Почти уверена, что вся команда Академии Арбон — моя любимая вещь в этой школе.
О да. Команда академии по праву называлась Члены Королевской семьи. Высокомерие глубоко укоренилось в этих семьях.
Брови Алекса поползли вверх.
— Вся команда?
В моем сознании пронеслись образы горячих, потных, мускулистых парней, гоняющих мяч, и я прикусила губу. Да, чувак. Вся долбаная команда. Но это заговорили мои бушующие гормоны, поэтому я снисходительно улыбнулась Алексу и нежно поцеловала его в губы.
— Ладно, конкретно один игрок. Ложь.
Однако улыбка на лице моего парня сделала эту небольшую натяжку в правде стоящей.
— Я провожу тебя на урок, — твердо сказал он, когда мы взяли наши сумки и рука об руку вышли из столовой. Шепотки следовали за нами, как пчелиный рой, но мне было насрать.
Я улыбнулась, переполненная уверенностью от его публичного проявления привязанности. Клодетт и ее приспешники пытались сломить меня, и у них, блядь, не получилось. Они все могли бы поцеловать мою чертову задницу.
— Нет, все в порядке, — сказала я ему, — Твой класс далеко не рядом с моим, и со мной все будет в порядке. Иди и учи материал, я буду на своем обычном месте сегодня днем. — Я посетила всего три его тренировки, но уже думала о своем месте в спортивной зоне как о своем месте. Да, я падала сильно и быстро.
Алекс колебался, но что-то в моем лице, должно быть, убедило его, потому что он смягчился.
— Хорошо, но напиши мне, когда будешь за своим столом. — Я кивнула, и затем он поцеловал меня еще раз, как будто никто не видел, прежде чем направился к своему классу.
Мгновение я стояла там, прижимая пальцы к губам и наслаждаясь жаром, который он во мне разжег. Однако шепоткам не потребовалось много времени, чтобы испортить мне настроение, так что я отправилась в свой класс.
Глава 20
— Ушастые милые котята, — вздохнула Мэтти, ссутулившись на сиденье рядом со мной и обмахиваясь веером. — Я говорила тебе недавно, как сильно я люблю этот вид спорта? — Ее глаза были прикованы к полю, а щеки приобрели розоватый оттенок.
Я издала смешок, защелкивая колпачок на своей старой школьной чернильной ручке и закрывая ею свою рабочую тетрадь. Доступ к электронным книгам с помощью устройства для чтения на ладони был благословением для моих ноющих плеч, но теперь, когда у меня был доступ к бумаге и ручкам, я немного полюбила писать домашнее задание от руки.
— Я не могу себе представить почему, — ответила я с сильным сарказмом. — Но ты же знаешь, что котята — это уже детеныши кошек, верно? Не существует такого понятия, как котенок.
Мэтти оторвала взгляд от игроков ровно настолько, чтобы озадаченно нахмуриться.
— Что?
Я вздохнула. — Неважно. Кстати, как ты здесь оказалась? Я думала, у тебя по пятницам проходят дебаты. — Прошло пять дней с тех пор, как Алекс поцеловал меня в столовой, и с тех пор мы были горячей темой в академии. Хотя мне нравился тот факт, что он не боялся, что его увидят со мной, что он не скрывался со стипендиаткой, как будто я была грязной тайной, это отчасти заставляло меня чувствовать себя неловко. Мне показалось, что это было не столько спонтанным выражением его чувств, сколько политическим ходом. Заявление о праве собственности.
Мэтти пожала плечами.
— Да, мне не хотелось идти. Подумала, что тебе может понадобиться здесь компания.
Я рассмеялась и выгнула бровь, глядя на нее, но она даже не смотрела на меня. Ее взгляд вернулся к полю, где ребята разделялись на две команды для тренировочного матча. Завтра у них была важная игра против — Цинхуа, конкурирующей школы из королевства Пекин.
Очевидно, игроки достаточно разогрелись, а на арене поддерживалась достаточно приятная температура, что вместо того, чтобы пометить одну команду тегом, они выбрали что-то гораздо более сногсшибательное. Футболки против голых торсов. Ага. Всего в двадцати ярдах от нас было одиннадцать восхитительных, накачанных членов королевской семьи, снимающих свои футболки.
— Срань господня, — пробормотала я, заставляя свою челюсть сохранять правильное положение на моем лице и не упасть на землю.
Мэтти издала смешок.
— Видишь, я знала, что тебе нравятся плохие парни.
Мои щеки вспыхнули, потому что она точно знала, куда я уставилась. Раф. Или, более конкретно, множество красочных татуировок Рафа, которые, казалось, обтягивали его четко очерченные мышцы способом, который должен быть незаконным. Он был так далек от утонченного принца, и мне это в нем чертовски нравилось. Если бы только его характер был лучше…
— О, я бы не назвала Нолана плохим мальчиком. Его просто неправильно поняли. — Я сказала это так невинно, переводя взгляд на близнеца Мэтти достаточно быстро, чтобы, когда она обернулась и уставилась на меня, я смотрела в правильном направлении.
На самом деле, если подумать, у Нолана было действительно потрясающее тело. Черт возьми, было ли это требованием быть богатым? Быть невероятно сексуальным и обладать способностью расплавлять женские трусики на высоте пятисот футов?
— Гадость, девочка, — возразила Мэтти, сморщив носик, — не пялься на моего близнеца, если не хочешь пялиться и на меня тоже. Она дразняще подмигнула мне, так что я понял, что она, по крайней мере, отчасти шутит. И все же. Нолан был сексуальным.
— Как бы то ни было,
