еще мне надо подумать.
Ну-ну. В силу жизненного опыта и профессии я на редкость циничная тварь и не верю в стремительное перевоспитание. Но чем черт не шутит. Посмотрим.
А пока, подозвав Ховарда, я попросила проследить, действительно ли юная госпожа поднимется к себе или останется подслушивать под дверью.
Кстати! Может, она решила под шумок улизнуть из дома и побежать к своему ненаглядному? Я взглядом намекнула дворецкому на подобное развитие событий, и тот понимающе кивнул. Отлично.
Вошедший в столовую Джонас выглядел, примерно как мы с Кеннетом, — утомленным и возбужденным одновременно. Кажется, это состояние называется взбудораженным?
По нетерпению, пылающему в глазах, чувствовалось, что ему не терпится вывалить на нас что-то интересное и, надеюсь, важное.
Но сначала молодой мастер чинно поздоровался, сел за стол, даже закинул себе в рот пару тарталеток и хлебнул сока. Ерзая от нетерпения, я все же едва заметно улыбнулась, наблюдая за парнем. Похоже, он очень не хотел показаться деревенщиной и старался соблюдать местный этикет, раз уж его допустили в высшее общество. Наедине со мной друг детства вел себя гораздо проще.
Но как оказалось, причина столь многозначительной степенности заключалась в ином. У Джонаса произошел внутренний прирост собственной значимости.
— Со мной согласились встретиться, — стараясь сохранять на лице невозмутимость, произнес он. И даже паузу попытался выдержать, но молодой темперамент взял верх. — Сам глава гильдии порекомендовал! — Скрыть восторг уже не получилось, парень просто им фонтанировал. — Уж ему-то отказать не посмели. Так что через три дня у меня встреча с правнуками мастера, сделавшего родовой артефакт Майбаров. Мне позволят взглянуть на его записи!..
Мы с Кеннетом натянуто порадовались, потому как, с одной стороны, новость отличная. Еще немного — и мы выясним, задействовали ли заговорщики дубликат или вообще применили нечто иное.
Муж, правда, упоминал о какой-то магической экспертизе, по итогам которой и было принято решение в его виновности. Но, уверена, королева сумела бы повлиять на экспертов, финансово или как-то иначе, неважно. Однако если в ход был пущен дубликат, тогда действительно все указывало именно на Кена. Надо было лишь скрыть то, что артефакт Майбаров мирно стоял на полке. И тут пригодились перечница и Селестина…
— Кстати, может, ты поможешь решить еще одну проблему? — Я с надеждой взглянула на Джонаса.
Конечно, он был готов решить все, что в его силах. Поэтому я вкратце пересказала ему историю создания зонта и фонаря и попросила очень осторожно попытаться выяснить, кому теперь принадлежит этот интересный набор.
— Все страньше и страньше, — признал парень, машинально запустив руку в и без того всклокоченную шевелюру.
Я хмыкнула про себя — в этом мире точно нет книги про Алису в Стране чудес и нет переводчика, талантливо исковеркавшего русский язык по примеру оригинала. А похожее слово нашлось!
— Я узнаю все, что можно, — пообещал Джонас и, как всегда, не стал терять времени: — С вашего позволения, Оливия, лорд… В свете открывшихся обстоятельств… — Он не договорил, потому что и так было все понятно. Сейчас побежит с расспросами к старым мастерам гильдии. Главное, чтобы наше расследование никак не отразилось на его будущем.
Мы с Кеннетом вышли провожать Джонаса в холл. Едва за ним закрылась дверь, Ховард, повинуясь моему взгляду, быстро доложил, что молодая госпожа не покидала своих покоев.
И тут неожиданно объявились новые гости. Нас удостоил визитом сам господин Бонд.
Глава 52
— Соблаговолите ответить на несколько вопросов, лорд Оттон Гемс, — скупо кивнув нам обоим, сразу перешел к делу королевский уполномоченный.
Кеннет в ответ кивнул ему не менее сухо и величественно. И сделал приглашающий жест в направлении библиотеки.
Я мельком глянула на Ховарда, получила подтверждающий кивок и спокойно пошла следом. Дворецкий за всем присмотрит. А мне было очень интересно, что за вопросы господин Бонд собирается задать моему мужу и почему он так нарочито игнорирует меня.
— Итак, о чем вы хотели поговорить, сударь? — Вот поразительно, как Кеннет умеет соединить в одной фразе вежливость и ледяную неприязнь.
Впрочем, с Бонда весь негатив стек как с гуся вода. Он наверняка привык к высокородным подследственным. Профессионал. Уважаю.
— Я хотел поговорить о вашем бывшем управляющем, лорд. Вы знали, что ваш служащий находится в родстве с господином Альфредом Томпсоном?
— Не может быть! — Кеннет от изумления на долю секунды потерял свой холодно-вежливый вид. Но быстро оправился и отрицательно помотал головой.
У меня между лопатками зачесалось от любопытства. Кто такой этот Альфред? Судя по реакции мужа, он об этом Томпсоне, или как там его, слышал. А вот о родстве со своим управляющим точно не знал.
Кажется, королевский уполномоченный пришел к тем же выводам. Удовлетворенно кивнув, он сделал пометку в каких-то своих бумагах.
— Как здоровье вашей молочной матери? — как бы между делом, продолжая больше смотреть в бумаги, чем на собеседника, поинтересовался Бонд. — Надеюсь, вы успели ей помочь?
— Успел, — коротко ответил Кеннет. Делиться подробностями он явно не собирался.
Но Бонду и этого хватило. Он почти незаметно усмехнулся и посмотрел наконец на меня:
— Я ведь, кажется, предупреждал вас, сударыня. Сидите дома, занимайтесь мужем и не лезьте в неприятности. Я выразился непонятно?
Положив руку на локоть вскинувшегося Кеннета, я мило улыбнулась королевскому уполномоченному:
— А в чем дело, сударь? Разве я что-то нарушила? Вы меня в чем-то обвиняете?
— Должен признать, вы способны обмануть многих, в том числе и моих служащих, — прищурился господин Бонд. — Однако не меня. Что вы делали в поместье Оттон Гемсов? Только не надо сейчас уверять меня, что вы никогда там не бывали.
— Не буду.
Я не переставала улыбаться и даже не чувствовала себя при этом радужной идиоткой. Мне действительно нравилось, как ловко мы с Кеннетом все провернули.
— Но разве это противозаконно — сопровождать собственного супруга во время поездки в родовое имение? Кстати, это теперь мое имение. Могу ездить туда, когда и сколько захочу.
— Вы однажды доиграетесь, сударыня, — укоризненно покачал головой Бонд, и его очки не менее укоризненно блеснули. — Лучше бы вы не мешали мне делать мою работу. Это может плохо кончиться.
— Да оно и началось не слишком хорошо. — Мне не удалось до конца избавиться от проказливого настроя, только улыбаться перестала. — Кстати, сударь, а вы никогда не интересовались, как именно светит родовой артефакт Майбаров? Очень рекомендую уточнить этот момент и почитать показания свидетелей, заметивших сияние в покоях моего мужа. Вам понравится.
Бонд на это лишь хмыкнул, но я была уверена: после того как выйдет от нас, сразу же побежит
