А вот людей не было. Пока что навстречу морской пехоте не попалось ни одного человека. Все вокруг словно вымерло. Встреченные магазины были заперты, всюду были закрыты ставни и опущены жалюзи.
– Куда же они все подевались? – спросил Вилемеев, ни к кому специально не обращаясь. – Смылись, что ли?
– Навряд ли, – откликнулся сидевший рядом на броне Гасилин. – Скорее уж попрятались. Не знают, чья берет. Потому затихарились и ждут, когда вокруг стрелять перестанут…
Мысль была здравая, поскольку канонада действительно была слышна ощутимо и это нервировало.
Прежде никто из ехавших по дороге прямиком в неизвестность морпехов такого никогда не слышал. На учениях, конечно, бывало, бахало, но не так сильно. Все же понимают, что там бывает все больше разная пиротехника и условные убитые-раненые.
Позади них, там, где остались основные силы десанта, особо сильно не бабахало, что вселяло некоторый оптимизм, а вот там, куда они ехали, в направлении Копенгагена стоял прямо-таки гул. И что там такого происходило – большой вопрос.
По прикидкам Вилемеева, их маленькая колонна прошла около двадцати километров, когда впереди показался сине-белый дорожный указатель, сообщавший, что впереди у них город Кеге (или Коге – написано было по-датски, латинскими буквами с какими-то закорючками и «умляутами», поэтому как это точно произносится, никто не знал).
За указателем, по краям дороги потянулись одно– и двухэтажные домишки. Судя по тому, что их количество увеличивалось, а впереди маячили здания повыше и какие-то, явно неизбежные для этих мест, шпили, они въезжали в этот самый город.
– Стой! – скомандовал ехавший на танке лейтенант Черепнев.
Шедший головным «ПТ-76» замер, порыкивая дизелем на холостых оборотах. БТР остановился, едва не упершись острым носом ему в корму.
– Все с брони! – скомандовал Черепнев, покидая танк. – Двигаемся цепочкой за техникой, расстояние между машинами пятьдесят метров! И всем смотреть по сторонам во все глаза!
Морпехи спешились и, взяв оружие на изготовку, разобравшись по отделениям, двинулись за техникой. Лейтенант с радистом Низовцевым и первым отделением пошли головными, за кормой танка, а второе отделение, в котором был и Вилемеев, медленно двинулось вперед, прикрываясь броней «шестидесятки».
Темп их продвижения при этом сильно упал, но через пару минут Диме Вилемееву и остальным стал ясен до слез этот тактический ход. Похоже, взводный услышал это первым, а затем и все вокруг различили где-то впереди отчетливые звуки автоматической стрельбы из стрелкового оружия.
Это уже нервировало по-настоящему, и Вилемеев ощущал, как дрожит палец на спуске РПК.
– Народ, ну и где, интересно знать, эти чертовы ВДВ? – поинтересовался отягощенный своим «РПГ-7» Гасилин. Ему не успели ответить, поскольку совсем рядом, среди аккуратненьких, в стиле здешнего уроженца, сказочника Андерсена, домишек вдруг начали палить – как минимум из автоматов. Угадывались короткие очереди «АКМов», перемежаемые звуками явно неизвестного для слуха морпехов оружия. Потом послышался рев двигателя и характерный железный лязг траков по асфальту.
– Ложись! – заорал Черепнев. – Всем приготовиться!
Морпехи залегли, ощетинившись стволами.
Перед «ПТ-76» показались бегущие вдоль улицы зеленые человеческие фигуры и одна небольшая гусеничная машина знакомого облика, тоже облепленная людьми. Некоторые фигуры палили куда-то себе за спину.
При ближайшем рассмотрении оказалось, что бегущих было что-то около сотни и на них были такие же зеленые, с серо-желтым лиственным рисунком типа «березка» маскхалаты, как и на морпехах. Только касок они не носили – на головах голубые беретки и шлемы, похожие на танковые, но без радиогарнитуры. В руках автоматы, несколько «ПК» и «РПК», две или три не заряженных трубы «РПГ-7», прочего снаряжения минимум. В гусеничной машине опознали «БМД-1» с белой «парашютно-самолетной» эмблемой ВДВ на лобовой броне и бортах, а облепляли ее люди в таких же голубых беретках, светившиеся свежими окровавленными повязками на разных частях туловища. Человека четыре лежали на броне без движения и выглядели как мертвые. «ПТ-76» и БТР сдали немного в стороны, чтобы БМД могла проехать.
Многие из морпехов, точно так же как и младший сержант Дима Вилемеев, подумали о том, что наблюдают по-своему редчайшую картину – как отходят непобедимые советские ВДВ, про которых из книжек и художественных фильмов известно, что они вроде бы никогда и нигде не сдаются и не отступают, поскольку не приучены…
– Вы кто такие? – заорал один из бегущих – голубой берет с офицерской кокардой, планшет на боку и бинокль на груди выдавали в нем явного командира.
– 336-я гвардейская бригада морской пехоты Балтфлота, – ответил взводный. – Командир взвода лейтенант Черепнев! А вы кто?
– 7-я гвардейская воздушно-десантная дивизия, – мрачно сообщил человек с офицерской кокардой, остановившись и с трудом отдыхиваясь. – 307-й отдельный десантно-штурмовой батальон. Был… Командир батальона капитан Круглов. Вы чего здесь делаете?
– Комбриг послал вам навстречу, – ответил Черепнев предельно честно. – Решил, что вас могут отрезать и окружить…
– Дурацкая была идея, лейтенант. Основные ваши силы далеко?
– Километров четырнадцать-пятнадцать отсюда…
– Тогда вот что. Давайте-ка все назад! – сообщил назвавшийся капитаном Кругловым офицер и добавил: – И быстро!
– Почему? – удивился Черепнев, явно не ожидавший услышать такое из уст офицера ВДВ.
– Потому что танки там, чудило! – объяснил капитан.
– Какие танки?
– Ясный перец – датские. А у меня уже и людей меньше половины, и патронов с гулькин хрен, не то что всего остального. Прям хоть в смотровые щели им пукай, чтобы сдохли…
– Боезапас там, товарищ капитан. Пополняйте и отходим.
БМД, воняя соляром, проехала мимо них, обходя технику морпехов.
Подходившие десантники разбирали цинки с патронами и гранаты.
– Отходим! – скомандовал Черепнев.
– Впереди! – вдруг оглушительно заорал стоявший за кормой «ПТ-76» сержант Фахрутдинов.
– Что впереди? – уточнил Черепнев. Но ему не успели ответить – вдоль улицы секанула длинная очередь из чего-то мощного, похоже – из крупнокалиберного пулемета. От ближних домиков и асфальта очень красиво полетели какие-то куски, звонко завизжали срикошетившие от домов и дороги пули. Но, что самое плохое, очередь достала-таки рядового Муниева и двух десантников. Они как подкошенные рухнули на асфальт, и по безжизненности их поз было понятно, что они убиты…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
