хоть крошку без спроса своих новых друзей. Да пусть его внутренности сгниют, словно отбросы, если он нарушит данное обещание. Да пусть все его родственники сгорят огнем, а дом покроется пеплом, если…
– Достаточно, достаточно, – Луминара не смогла сдержать тихого смеха. – Я поняла.
У нее сложилось впечатление, что Тукуи не будет возражать, если с некоторыми из родственников произойдет столь безвременная и ужасная кончина.
– Ты храбрый и правдивый, но мы все равно не можем взять тебя с собой. Как Баррисс уже однажды сказала, наша миссия – очень важна и опасна, во время которой совсем не остается времени для присмотра за гостями.
– Тукуи позаботится о себе самостоятельно! Вот увидите! Тукуи не боится опасности! – закричал он и вновь ударил себя в грудь. – Тукуи пожирает опасность на завтрак! Не беспокойтесь, я буду хорошим ручным животным.
– Животным? – Луминара поморщилась. – Нет, Тукуи, ты разумен, а значит, ты не животное.
– Но почему гвурраны содержат дома иранов и омохтов… Им даруется кров, еда и защита от врагов – таких, как шанхи или другие плотоядные твари. По-моему, в нашем случае все обстоит точно так же. Если, согласно вашим словам, у меня имеется интеллект, то его явно недостаточно… С какой же, спрашивается, стати я до сих пор не нашел занятия по вкусу?
– Нет, вовсе нет… – последняя тирада гвуррана привела Луминару в некоторое замешательство.
Академические законы дискуссии здесь, к сожалению, не действовали.
– Просто… твое предложение лишено смысла, вот и все.
– Если я достаточно умен, чтобы ставить в замешательство джедаев, то в чем же несоответствие? Почему мое предложение лишено смысла? – Он улыбнулся, продемонстрировав уменьшенную копию тех острых зубов, которые имелись у проводников. – Выбор умного Тукуи таков: я хочу отправиться с вами, своими новыми друзьями, в качестве ручного животного, изучить строение планеты Ансион, а возможно, и других миров. А затем я вернусь обратно и помогу всем гвурранам.
Луминара могла побиться об заклад, что Тукуи имел собственные мотивы для этого путешествия, но то благородство и рациональное зерно, которое прозвучало в его словах… Как же отделаться от смышленого подземного жителя? Джедаев обучали законам логики, с помощью которых можно было убеждать несогласных собеседников… Обрывать скучную полемику словами «Потому что я так сказал» было верхом неприличия, бестактности и непрофессионализма.
– Джедаи не могут иметь домашних животных, – ответила наконец раздраженная Луминара.
– Это записано в каких-то правилах, учитель? – спросила Баррисс, которая влезла в спор в самое неподходящее для того время.
Луминара с болезненным выражением обернулась на падавана.
– Я уверена, что где-то есть похожие слова. В любом случае, мы не обязаны выполнять просьбы незваных гостей и иметь на них снаряжение для похода.
– Тукуи экипируется самостоятельно, – погладив рукой ладошку Баррисс, гвурран невинно улыбнулся. – Вот видите? Я хорошее животное, разве не так?
– Пожалуйста! – развернувшись, чтобы поставить на багажное отделение последний мешок с провизией, она проворчала. – Если ты, Баррисс, страстно желаешь взять на себя ответственность за жизнь и благополучие этого малыша… То он, конечно, может отправиться с нами. Но запомни, Тукуи, – добавила она, пристально посмотрев гвуррану в глаза. – Если из-за тебя возникнет хоть одна проблема: замедлишь скорость передвижения или воспрепятствуешь выполнению намеченного плана, то наше общество будет потеряно для тебя раз и навсегда. Ты вернешься к любимым холмам безо всяких споров. Согласен?
Повторив свой странный жест, активный гвурран ответил без промедления.
– Если я причиню какие-то проблемы, то гнить мне в самой вонючей воде до скончания веков. Шерсть примет красный цвет, а затем начнет медленно облезать, обнажая…
– Постарайся, чтобы он молчал, – проинструктировала Луминара падавана, – и держался подальше от меня.
– Все будет в порядке, – ответила Баррисс и, склонившись с седла, похлопала гвуррана по спинке. – Не так ли, Тукуи?
– В самом что ни на есть порядке для гвурранов, – добродушно произнес он.
Но, несмотря на радостное выражение лица падавана, в душе Луминары оставалось чувство беспокойства.
Глава 12
Оби-Ван отнесся к появлению в их обществе нелепого члена очень спокойно; более того, Тукуи порой даже веселил его. Что уж было говорить об Энакине и Баррисс, которые вскоре полюбили зверька всей душой. Несмотря на сравнительно небольшой запас слов, гвурран всегда находил тему для разговоров, а потому с ним никогда не бывало скучно. Падаваны сначала попеременно следили за тем, чтобы он ничего не натворил, но вскоре подобная необходимость отпала: новый друг действительно вел себя очень спокойно. Энергичная натура гвуррана помогала во всем: от снаряжения суубатаров после ночного сна до сбора ветвей для костра. Кроме того, Тукуи не забывал изучать все предметы быта джедаев, включая компактный зажигательный прибор и воздушный конденсатор воды. Это был страстный ученик, желающий узнать все обо всем и сразу.
Единственные, кому не нравилось общество гвуррана, были проводники алвари. Конечно, они открыто не проявляли ни отчуждения, ни агрессии – подобное поведение не сулило бы со стороны джедаев ничего хорошего. Но отсутствие желания к сближению было налицо. Бездна, что существовала между алвари и гвурранами, была непонятна Луминаре: в конце концов, это были родственники, которые произошли от единого прародителя. Внешний облик коренных жителей Ансиона отличался только размерами и количеством волос на теле, но внутренний настрой и образ мыслей разнился настолько, что в это было трудно поверить. К счастью, Киакхта и Булган постоянно видели своего дальнего родственника только в лучшем свете.
Природа вокруг ничуть не менялась, а солнце начало подниматься над северным горизонтом – тем самым, к которому они двигались на протяжении последних нескольких дней, – покрытым травой и абсолютно пустынным. Время от времени друзей начинала преследовать стая шанхов, но, видя неутомимость прекрасных суубатаров, бросали эту затею и отправлялись на поиски более легкой добычи.
– С запада на восток вдоль горизонта движется неопознанный объект, – окликнул Киакхта, и, несмотря на жару и усталость, все мгновенно повернули головы в указанном направлении.
Оби-Ван достал электробинокуляры и взглянул на указанную точку, пытаясь различить природу и намерения неизвестного существа.
– Борокии? – с надеждой спросил Энакин.
– Не знаю… – нерешительно ответил наставник. – Быть может, нам подскажут Булган и Киакхта, но, скорее, это не они. Насколько мне стало известно, старейший клан очень похож на Иивов – по крайней мере, в вопросе домашних животных. – Оби-Ван кивнул в сторону подвижной точки на горизонте. – Кто бы это ни был, они выглядят слишком внушительно. –
