что Кулун и сделал. По крайней мере, можно утешать себя тем, продолжала размышлять Луминара, что наркотик не является смертельным. Баиунту мог согласиться на совместный сеанс сна, но не смерти.
Теперь-то ей все стало понятно. Их соблазнили, завлекли, а затем привели в состояние полной недееспособности – но зачем и с какой целью? Очень скоро все остальные Кулуны откроют двери, дождутся того момента, когда транквилизатор развеется, а затем приведут в чувство вождя и наложницу. Что же касается прежних «гостей», то об их судьбе приходилось только догадываться. Догадки, насколько знала Луминара, редко вели к логическим умозаключениям, а сейчас она себя чувствовала настолько усталой, что не могла совсем ничего соображать. Ей хотелось только одного – длинной-предлинной ночи.
Одна часть мозга визжала о пробуждении; борясь с действием духов, Луминара старалась держать на весу голову. Последнее усилие увлекло за собой остаток энергии в небытие; даже джедаи не могли совершить невозможного. Даже световой меч не был способен противостоять зачаровывающему всепроникаюшему непреодолимому благоуханию эссенции палуруву…
Глава 13
Так вот где этот маленький безобразный дизат! Взять его! Тукуи не понимал, почему двое Кулунов преследуют его, но он не собирался так просто отдаваться в руки врагам. Оба высоких алвари держали в руках странного вида неизвестное оружие, и хотя он точно не знал, чего же собственно хотели кочевники, гвурран решил поскорее ретироваться.
Скорее всего, произошло что-то страшное. Если бы мистресс Баррисс не пострадала, она не позволила бы этим двум раззадоренным Кулунам с горящими глазами бежать следом на протяжении битых десяти минут. В последний раз мистресс Баррисс находилась в компании друзей, которые мило беседовали с вождем племени Кулунов. Каждый выглядел так, будто им приятно и комфортно подобное времяпрепровождение. Что же случилось? Что изменилось?
Хотя торговцы были Кулуны, а не алвари, и жили на равнинах, а не холмах. Скорее всего, этой шайке бандитов не следовало доверять с самого начала.
Если эти предположения были правдой, то в беду могла попасть также сама мистресс Луминара. Конечно, джедаи являлись очень сильными воинами, но назвать их богами не поворачивался язык. Их силу невозможно сравнить с Мийвонллом, богом ветра, или Капченагой, богом грома. Конечно, люди сильнее и умнее гвурранов, но их все равно можно сломить и даже убить. Кулуны тоже большие, а значит, у них могли иметься самые разные способы умерщвления.
Но, если бы друзей начали убивать, он без сомнения услышал бы крики. Насколько ему стало известно, мистресс Баррисс с товарищами – это крепкие орешки, которые никогда не сдадутся без битвы. Неужели их сумели как-то обхитрить? Даже среди гвурранов ходили рассказы-страшилки о том, как страшные купцы заманивали к себе беззаботных покупателей, а затем делали с ними такое… Вся шерсть на теле становилась дыбом.
Внезапно что-то яркое и горячее просвистело мимо его груди, опалив шерсть. Он рванул изо всех сил в сторону; если Кулуны и имели длинные ноги, то их предназначение заключалось в том, чтобы сидеть в седле да способствовать продаже различных товаров, перемещая торговца от одного лотка к другому. Если гвурраны и были способны делать одно дело на свете лучше всего остального, то таким занятием являлся бег. Лица из окон домов смотрели на него с удивлением и недоумением; некоторые из обитателей также вышли на улицу, чтобы помочь в ловле чудного зверька. Он обскакал их всех, будто бы играя с семьей в известную игру бло-би, из которой он всегда выходил победителем. Тем не менее Тукуи прекрасно понимал, что сейчас это была никакая не игра. За спиной послышался новый грохот и вспышка. Небо над головой осветилось ярким заревом.
Выбравшись из лагеря, он со всех ног бросился в дикую прерию. Высокая трава замедляла движение, но она являлась и прекрасным убежищем. Гвурран решил, что оказался в безопасности – до тех пор, пока в нескольких метрах не заслышал копыта садаина.
– Сюда! – закричал Кулун. – Я видел, как дизат бросился сюда!
Да никакой я не дизат! хотелось крикнуть в ответ, но благоразумие на этот раз взяло верх. Столь глупое поведение могло стоить ему жизни, а жизнь могла… также еще пригодиться. Хотя бы для того, чтобы вызволить друзей из беды. Тукуи принялся озираться по сторонам в поисках укрытия, но прерия в отличие от холмов редко предоставляла жертвам подобные подарки. Голоса преследующих Кулунов стали еще ближе. Еще несколько мгновений – и они окажутся прямо над ним. Небо за спиной вновь осветила вспышка. Это была магия, которой обладали только лишь городские торговцы. Неужели, в отчаянии подумал гвурран, эта ночь у меня последняя? Как же я расскажу соплеменникам обо всех чудесах, происшедших со мной в дороге?
Именно в этот момент загнанная жертва заметила перед собой нору кхолота. Она была приличных размеров, а потому юркий Тукуи без особенно труда протиснулся внутрь и затаился. Неужели Кулуны решатся шарить даже под землей? Нет, этого не может быть. Гвурран принялся спускаться вниз, где ход значительно расширялся, позволяя ему продвигаться все быстрее и быстрее. Через несколько мгновений Тукуи оказался в овальной норе, превышающей по размером его тело более чем в три раза. Это был тупик. Между жертвой и преследователями оказался приличный слой почвы, а потому крики Кулунов несколько поутихли. Прекрасный тайник имел всего один-единственный недостаток.
Нора была уже занята семейством кхолота.
Тукуи замер. Кхолоты, конечно, были травоядными – им нравились травы, злаковые, древесные листья, но никак не гвурраны. По крайней мере, бедный зверек на это надеялся. Две плоскомордые взрослые особи, покрытые светло-зеленой шерстью, неодобрительно взглянули на незваного гостя. К счастью, в норе не оказалось детенышей – в ином случае он и не смог бы так далеко пробраться. Огромные острые резцы, предназначенные для срезания травы, недобро поблескивали в темноте. Тукуи догадался, что участь травы может сейчас постигнуть растительность на его лице… Да и само лицо тоже.
Как только хозяева начали приближаться, он затаил дыхание. Кхолоты фыркали и обнюхивали пространство, в то время как гвурран огромным усилием воли пытался подавить дрожь. Плотно закрыв глаза, он решил прикинуться куском экскрементов доргума, который случайно скатился по пологому ходу в нору. Звуки цокающих садаинов и переговаривающихся наездников все еще слышались с поверхности земли. Тукуи не знал, какое количество времени ему придется пролежать в столь неудобной позе.
Издав пренебрежительное фыркание, которое Тукуи расценил как проявление обиды, пара кхолотов прошествовала мимо и отправилась вверх по тоннелю. Их реакция показалась гвуррану более чем странной.
