меня обеими руками за воротник куртки и подтянув к своему лицу.
Теперь я знаю: все будет очень легко. Противник — идиот. Семенович еще год назад рассказывал и показывал, что захваты «за грудки» просто подарок для человека, знающего рукопашный бой и умеющего драться. Противник фиксирует себя в уязвимой позиции, и при этом его руки полностью заняты. Легкая мишень. Делай с ним все, что хочешь. Отреагировать и защититься забияка все равно не успеет.
Агрессивное движение чернявого заставляет меня окончательно «включиться». Дальнейшие события отпечатываются в сознании яркими обрывочными картинками.
Удар в четверть силы ладонями, собранными в чашки, по ушам чернявого. Он наносится снизу вверх с небольшим резким замахом. Сильное воздействие разрывает барабанные перепонки и может привести к летальному исходу. Слабое — вызывает резкую боль, дезориентацию в пространстве, полуобморочное состояние.
Чернявый резко воет на одной ноте, согнувшись и схватившись руками за уши. Рывок за куртку, подсечка, контрольный тычок костяшками кулака в солнечное сплетение, и стонущий парень калачиком сворачивается на пыльной земле.
Летящий на помощь друг получает удар ноги в корпус, откидывающий его на пару шагов назад. Хват за рукав его куртки, резкий рывок на себя, одновременно со встречным движением, и я оказываюсь за спиной нападающего. Моя правая рука мягко проскальзывает к нему под подбородок, а предплечье левой сдавливает шею с обратной стороны.
«Пять, шесть, семь», — отсчитываю секунды, ощущая, как хрипящий хулиган замолкает и медленно обмякает и тянет меня на землю. Держать в удушающем захвате можно не больше десяти секунд. Иначе возможен летальный исход. А так просто сознание потеряет на некоторое время.
Мягко опускаю бесчувственное тело на землю. Оно с глухим стуком падает на асфальт.
— Ты их не покалечил? — обеспокоенно спрашивает подошедшая Света, смотря на распростертые на земле фигуры.
— Да все нормально будет, — беспечно машу рукой, — я с ними очень аккуратно работал. Даже никому ничего не поломал. Через минут пять-десять очухаются и будут в относительном порядке.
— Тогда пошли побыстрее на остановку, — шатенка снова берет меня за руку.
— А эти потом к тебе не докопаются? — уточняю на всякий случай. — Может, дополнительно воспитательную беседу с ними провести?
— Не надо. Мне они ничего не сделают. А если попробуют пристать, просто пошлю их подальше.
Доходим до остановки. Чуть вдали от таблички с номерами автобусов и троллейбусов виднеется желтый силуэт одинокого такси с водителем, дремлющим на откинутом сиденье.
Стучу пальцем по стеклу машины. Водила просыпается, несколько секунд промаргивается и, опустив стекло, вопросительно смотрит на меня.
— Шеф, до Комитерновской подкинешь? Или ждешь кого-то? — уточняю у него.
— Свободен я. Трешка и поехали, — хрипло звучит сонный голос таксиста.
— Секунду, — разворачиваюсь к шатенке.
— Спасибо, Свет, что не забыла и уделила внимание, — улыбаюсь, рассматривая милое личико с каштановой челкой. — Предлагаю как-нибудь на днях прогуляться по городу. Можем сходить в кино, посидеть в кафе. Все, как ты пожелаешь. Договорились?
— Договорились, — девушка чуть краснеет и порывисто поднимается на цыпочки.
— Тебе спасибо, Леша, за цветы, песни и банкет. Было здорово, — шепчет она мне на ухо, обжигая горячим дыханием. Моей щеки нежно касаются мягкие губки. Затем девушка, смутившись, резко отстраняется.
— До скорой встречи, — я ответно прикасаюсь губами к бархатной коже красавицы.
— До встречи, — шепчет она, залившись густой краской.
Сидя на сиденье такси, смотрю на удаляющуюся к домам одинокую фигурку. Ладонью задумчиво провожу по щеке, до сих пор ощущая невесомое прикосновение губ девушки и стирая разводы красной помады.
27 сентября 1978 года. Среда
Рывком выпрыгиваю из блиндажа, опираясь на руки. Стартую, набирая темп на стометровке. Ноги двигаются все быстрее, увеличивая скорость. Мои легкие работают как меха, закачивая и выдыхая воздух. Передо мною первое сооружение полосы препятствий спорткомплекса «Звезда» — каменная стена. Прыгаю, отталкиваюсь ногой от шершавой кирпичной поверхности, хватаясь за ребристую вершину. Рывком подтягиваю корпус, нависая над стеной. Продолжая удерживаться, переваливаю тело на другую сторону, и только потом освобождаю руки, приземляясь. Продолжаю движение. Впереди стенка поменьше с двумя квадратными проломами — одним на уровне немного ниже пояса, другим прямо у земли. Притормаживаю и ныряю в отверстие повыше боком. Выйдя из пролома, продолжаю движение, взлетая по наклонной лестнице.
Обратный путь на землю намного сложнее, поскольку между ступеньками достаточно большое расстояние. Спускаюсь вниз, перепрыгивая с одной на другую. Слышу сзади глухой стук. Скорее всего, Чванов, идущий за мной следом, оступился и тяжело рухнул на заранее подстеленные маты. Но я не оглядываюсь, нет времени. Впереди следующее препятствие — «разрушенный мост». Вскарабкиваюсь наверх и, осторожно перебирая ногами по узкой перекладине, подхожу к первому «разлому», аккуратно запрыгиваю на него, в быстром темпе прохожу еще несколько метров. Еще один прыжок — и мост поворачивает вбок, ведя к финальной части конструкции. Последний скачок, и я сбегаю по дорожке вниз. Впереди уже деревянная стена. Еще подскок вверх, резкое подтягивание, и мое тело переваливается через препятствие. Впереди маячит очередное сооружение. С разбега запрыгиваю на канат, на скорости пролетаю мимо ямы с грязной водой, приземляясь на другой стороне. Не сбрасывая темпа, взбегаю по наклонной доске на очередную стенку и прыгаю вниз, собираясь в тугую пружину. Мои кроссовки встречаются с поверхностью. Удар отдается в пятках, но ноги, согнутые в коленях, амортизируют соприкосновение с асфальтом, подбрасывая меня вверх как пружину, а немного разведенные руки помогают удержать равновесие и оттолкнуться от земли. Выпрямляюсь.
Перед лабиринтом меня ждут ухмыляющиеся Мальцев и Потапенко. Делаю мах ногой, имитируя прямой удар носком в Вову. Он резко отпрыгивает в сторону. Мелькает громадная лапа Мальцева, пытающаяся схватить меня за плечо. Пригибаюсь, уходя от захвата.
Не прекращая движения, тараню Серегу плечом, отталкивая. Продолжаю бег, перепрыгиваю через подставленную, в последней попытке остановить, ногу Потапенко. Вижу летящего на меня сзади Сережу. Резким пируэтом вправо ухожу от него и забегаю в лабиринт. Продолжаю двигаться вперед. Круглые металлические перекладины лабиринта холодят ладони, оставляя на пальцах крошки свежей оранжевой краски. Последний рывок рукой, и я оказываюсь на финише маршрута. Облегченно выдыхаю, опустив голову. Сердце колотится как бешеное, пытаясь вырваться из груди. Футболка под курткой промокла насквозь. Холод пробирает до костей, заставляя невольно ежиться. Поднимаю глаза. Вижу
