Погруженный в транс, не просыпаясь, Селар еле слышно выдохнул:
— Да, хозяин.
Теймар приготовил для Нэша горячую воду и полотенца.
Тусклый свет лампы тонул в клубах пара. Нэш сбросил камзол и рубашку, окунул голову в лохань с водой, потом стал на ощупь искать полотенце. Прежде чем он его нащупал, знакомая рука обернула мягкую ткань вокруг его головы; второе полотенце обвилось вокруг его талии.
— Ты и представить себе не можешь, как я по тебе соскучилась! — Нежный голос ласкал слух Нэша, как прикосновение шелка.
Нэш не сумел побороть себя. Сбросив полотенце, он повернулся к Валене и взял в ладони ее лицо. Не дав ей перевести дух, он припал к ее губам, намеренно помешав ей продолжать разговор. Они не виделись давно, и его тело откликнулось на близость Валены страстью, которой Нэш не мог больше сдерживать. Не менее жаждущая, Валена увлекла его на постель.
Руки Нэша жадно касались тела женщины, хотя ум не мог постичь реальности происходящего: Нэш ведь обещал себе, что никогда больше такого не случится. Почему она снова пришла к нему?
Однако рассудок и тело действовали независимо друг от друга. Неутолимое желание привело Нэша на грань безумия, а потом и за эту грань. Когда, обессиленный он распростерся рядом с Валеной, Нэш мог только вдыхать аромат ее тела, наслаждаться шелковистостью кожи.
— Ты тоже скучал по мне, — промурлыкала Валена; в голосе ее звучала улыбка.
— Почему ты пришла сюда? — мягко поинтересовался Нэш, не желая еще разрушать очарования.
В ответ на этот вопрос Валена приподнялась на локте и твердо посмотрела ему в глаза. Больше не было и намека на соблазн, притворство или попытку обмануть.
— Не пытайся делать вид, будто не желал меня.
— Ответь на мой вопрос.
Слова Валены прозвучали почти печально:
— Хотя ты не хочешь этого, хотя и не знаешь, что такое любовь, — ты все еще меня любишь.
Нэш несколько мгновений смотрел на нее, потом поднялся с постели, схватил халат, закутался в него и подошел к камину, по пути сделав большой глоток из фляги с вином.
— Мы все уже не раз обсуждали. У тебя своя работа, у меня — своя.
— Но это ты выбрал для меня работу. Теперь тебе не следует жаловаться.
— Твоя работа — выбор твоей собственной природы! — бросил Нэш, потом оглянулся на постель; Валена сидела на ней, не стесняясь своей великолепной наготы. Казалось, как бы он ни старался, он не мог избавиться от непонятной власти Валены. Но почему? Не настолько же он слаб! Он ведь не прикасался ни к одной женщине до тех пор, пока не встретил ее; женщины никогда его не интересовали. Телесные желания всегда были бичом других мужчин, но не его.
— Сэмдон, прошу тебя! Нам не обязательно вести себя так, словно мы враги.
— Король скоро проснется, ожидая найти тебя рядом с собой.
Валена поднялась с постели и подошла к Нэшу. Он не стал противиться, когда ее руки скользнули под халат; скоро страсть снова охватила их обоих.
— Сэмдон, разве не можешь ты побороть ревность? Я делю ложе с Селаром только ради тебя.
— Ради нас обоих.
— Так почему же я не могу делить ложе и с тобой, раз это доставляет нам наслаждение?
— А разве де Массе существует не для того, чтобы доставлять наслаждение?
Валена взглянула на Нэша глазами, в которых пламя свечи зажгло золотые искры.
— Я уже многие годы не сплю с Люком.
Нэш ничего не ответил, но и не оттолкнул красавицу. Ее прикосновения будили в нем самые разные чувства, и впервые за многие годы он чувствовал себя счастливым. Сможет ли он выдержать необходимость делить ее с другим? Не лучше ли это, чем потерять ее вообще? Конечно, лучше. Особенно теперь…
— У нас с тобой была общая мечта… — Валена поднялась на цыпочки и коснулась губами его подбородка. — Мне так не хватает участия в твоих делах. У тебя теперь нет времени, чтобы рассказать мне, что происходит. Люк, конечно, обо всем мне говорил, — но это совсем не то.
Нет, де Массе никогда не смог бы удовлетворить подобную женщину. Нэш невольно улыбнулся. Де Массе — могучий колдун, благовоспитанный красавец, и все же Валена предпочла ему Нэша — и раньше, и теперь.
— Может быть, — пробормотал Нэш, зарывшись лицом в благоухающие волосы Валены, — я немного поспешил с решением.
В ответ руки Валены снова обвили его, и Нэш забыл и о Де Массе, и о Селаре — да и обо всем на свете.
ГЛАВА 11
По какой-то причине природа никак не могла решить, чего хочет. Эйден стоял на стене замка Бликстон, спрятавшегося в глуши южного Фланхара, и следил за тем, как в небе сражаются зима и весна. Громады облаков сталкивались, купая землю то в солнечном сиянии, то в дожде, то в снеге, — а иногда и во всех трех разом.
Местные жители почему-то называли замок «Мрачным утесом». Построенная чуть больше столетия назад крепость, окруженная стеной из красноватого камня, располагалась у слияния двух рек, низвергающихся с крутых холмов к северу. Вдалеке на востоке вставала суровая стена гор, а на юге в ясный день была видна сверкающая синева моря. Замок со всех сторон окружал лес — местами густой и мрачный, местами всего лишь молодая поросль. Нетрудно было понять, почему Грант Каванах так любит эти живописные места; догадаться же, почему Бликстон прозвали «Мрачным утесом», Эйден так и не смог.
Каванах собирался подарить замок Роберту, но тот отказался, понимая, что такой подарок был бы лишь попыткой загладить вину: правитель герцогства взялся обеспечить безопасность королевы Розалинды и ее детей, но малахи сумели убить Розалинду, а принца Кенрика вернуть в Люсару. Каванах винил себя в недосмотре.
Принцессе Галиене и Самах, сестре королевы, удалось благополучно переправиться на корабле в южные земли; до Эйдена, правда, давно уже не доходило никаких вестей от их добровольного защитника, графа Кандара. Впрочем, отсутствие новостей по крайней мере означало, что беглецы не были захвачены людьми Селара. Короля мало волновала судьба дочери, но отомстить Кандару он был бы рад.
— Эй, святой отец! — Патрик вскарабкался по крутой лестнице и, пыхтя, подошел к епископу. Длинные волосы Патрика, влажные от дождя, как всегда, падали ему на глаза. — Я уже целую вечность пытаюсь до вас докричаться!
— Зачем? Что случилось? Вы что-нибудь нашли?
— Да нет. Роберт вернулся — и привез с собой Дженн. Вы и не поверите, какие новости я узнал!
Роберт давно уже выбрал для себя комнату в южной башне замка. Она располагалась на втором этаже и представляла собой огромное круглое помещение со стенами такими толстыми, что дверной проем напоминал коридор. В комнате было шесть высоких узких окон, а амбразуры прорезали стены всего в футе от пола. Половина комнаты отгораживалась гобеленом, за которым находились постель и умывальник; в центре помещения располагался тяжелый стол, обычно заваленный книгами и бумагами. В ненастную погоду и по вечерам все освещали свечи в высоких подсвечниках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
