Ну что ж, — вдруг сказал председатель комиссии. — Поздравляю, это испытание вы прошли. Пять баллов, товарищи?
Он посмотрел влево, там кивнули, посмотрел вправо, там тоже.
Глава 20
8 июля 1971 г.
Выйдя из аудитории, сразу увидел наших, стоящих кучкой. Семён не ушёл, остался поддержать товарищей. Подошёл к ним.
— Вроде отстрелялся. — сказал я и обратился к Семёну. — Как у тебя всё прошло?
— Отлично. — спокойно ответил он. — А ты?
— Молодец. Я тоже на отлично.
— А у меня тройка! — грустно сказала Регина. — С билетом не повезло. И вопросы задали дополнительные очень сложные.
Мы с Семеном сочувственно покивали головами. Жаль, конечно. Девчонка интересная.
— Ну ничего, — сказал Семен, стараясь утешить девушку. — В другой вуз подашь документы. Поступишь. Общаться все равно сможем, если в одном городе учиться будем. Так ведь?
Регина грустно кивнула и слегка улыбнулась. Сейчас ей лучше пока не надоедать. Переживает за оценку сильно. Помочь мы все равно мало чем можем в такой ситуации.
— С удовольствием остался бы с вами, но мне ещё сегодня со второй женой отца знакомиться. — сказал я товарищам. — Всем удачи! Надеюсь, ещё увидимся.
До дома добрался, когда ещё не было двух часов. Никого не застал, подумал, что неплохо бы приготовить чего-нибудь поесть. Порывшись в холодильнике и на полках кухонных шкафчиков, решил замутить пиццу.
Тарас прекрасно себе представлял, что такое обойти все этажи центрального детского мира или универмага. На это нужен целый день. На каждый магазин. Особенно, если выбросят что-то стоящее, надо же будет очередь отстоять.
Поэтому, как только привёз девчонок в Детский мир, он сразу показал, где он будет их ждать через три часа. И сразу авторитетно объяснил им, что если не ограничивать самих себя по времени, то здесь можно неделями торчать. Поэтому, не распыляться и не забывать, зачем пришли.
— Если реально выбросят что-то очень нужное для дома для семьи, — напутствовал он Диану и Галию. — и будут ограничения в одни руки, то зовите, я буду здесь. И занимайте сразу три раза с небольшим интервалом.
— Зачем? — не поняла Диана.
— Сначала мы все к тебе в очередь подойдем, возьмём что там дадут каждому в руки, потом к Галие все подойдем, потом вы ко мне.
— Как сложно всё! — воскликнула Диана. — Зачем столько одного и того же покупать?
— Так на всех родственников и близких. — терпеливо объяснял Тарас. — Например, ты сейчас наткнешься на хорошие духи, ну не знаю, ландыш, например. Ты купишь, допустим, не только себе, но ещё Галие и моей Кире. А завтра они наткнутся на что-то и купят на всех. Понимаешь? Чем больше у тебя дефицита, тем лучше. Можно будет поменяться, это же хорошо?
— Хорошо… — буркнула недовольная Дианка, представляя, сколько придётся стоять, чтобы несколько раз купить намеченное.
Они с Галией отправились бродить по этажам. В детском магазине оказались, в том числе, секции с хозтоварами, с посудой и книгами, ничего интересного. Если выкидывали какой-то дефицит, то работники торговли ставили несколько столов и торговали с них дефицитом отдельно, организовывая очередь так, чтобы она не мешала торговле секций.
Первая же очередь, на которую наткнулись девчонки, вилась по этажу, выходила на лестницу и спускалась на два этажа вниз. Пока они с лестницы дошли вдоль очереди до её начала, лица их всё больше и больше вытягивались от удивления. Святославские девчонки представить себе не могли столько народу сразу в одном месте. Тем более они не могли представить себе очередей такой длины. Масштаб московских очередей поражал так же, как и масштаб всего остального здесь.
В начале очереди они обнаружили детские цигейковые шапки-шарики. Две работницы торговли очень шустро отпускали товар. Одна рассчитывалась с покупателями, вторая подавала и заворачивала шапки в бумагу. Очередь шла быстро. Никто товар не рассматривал, не мерил, все его и так знали. Давали одну шапку в руки. А когда у одной женщины из очереди оказались дети-двойняшки, так она паспорт продавцам показала, ей продали две шапки.
Девчонки как завороженные смотрели, как быстро работают продавцы, руки не делали лишних движений. Та, что считала деньги, счетами не пользовалась, считала в уме. Понаблюдав за ними немного, девчонки пошли дальше, понимая, что стоять полдня за шапками, пусть и меховыми, они не станут.
Им надо было найти подарок для мальчишек, и они пошли искать отдел игрушек. На втором этаже, выйдя на балкон, они увидели те самые часы-избушку с личиком. Диана пришла в восторг и уговорила Галию подождать десять минут, пока не пробьет одиннадцать часов и не выскочит кукушка.
Народу собралось много, несмотря на утро, все ждали.
Наконец часы ожили, глаза у избушки задвигались, появилась кукушка, а с боков избушки открылись дверцы и из них появились куклы.
Настоящее представление. Девушкам понравилось. Но время шло, а ничего ещё куплено не было. Вскоре девушки вполне освоились и стали толкаться у прилавков, как будто всю жизнь это делали. Купили маленькому сыну Тараса мягкого мишку. Это Галия придумала, у неё самой такой был, она лет до восьми с ним спала. А старшему купили деревянные кубики с буквами.
Наконец, они спустились к месту сбора, где, скучая, ждал их Тарас.
Он радостно подскочил, увидев их, и предложил сразу выдвигаться в ГУМ, но девчонки потребовали перерыва. Надо было передохнуть перед следующим марш-броском.
В ГУМе всё было точно также. Но девушки уже были морально подготовлены к виду огромных толп людей и гигантских очередей. Они уже действовали осмысленно и целенаправленно.
Каждый раз, как они видели очередь, одна вставала в неё, а вторая шла смотреть, что дают.
Вскоре им повезло наткнуться на очередь за польской помадой. Давали не больше одной штуки в одни руки. Галия не сильно впечатлилась, у неё была хорошая импортная помада нескольких оттенков, а Диана пришла в восторг и поставила в очередь и подругу, и отца.
Тарас не стал спорить, тем более, что неплохо было бы и самому сегодня прийти к жене не с пустыми руками.
Они набрали этой помады, несмотря на то, что она была отнюдь не дешевой, по максимуму. Зачем, потом
