Время двигалось вперед. Алекс не была уверена, сколько они шли так, но должно быть прошло никак не меньше часа. Джошуа был очень осторожен. Время от времени он останавливался и прислушивался. Никто из них не разговаривал, оба сохраняли свои силы на случай, если бы им пришлось бежать или драться. Она не обращала внимания на обеспокоенные взгляды, которые Джошуа продолжал бросать на нее, и старалась выглядеть бодрой и энергичной всякий раз, когда чувствовала его взгляд на себе. Но это было нелегко.
Все тело ломило, и испытываемая боль давала о себе знать. Алекс чувствовала себя так, как если бы вся она была одним большим пульсирующим сгустком боли. Ее лицо было разбито, в голове стучало. Мышцы ног горели от непривычных нагрузок, ступни были растёрты. Она догадывалась, что на каждой ноге у нее было не по одному волдырю. Насколько помнится, ее сапожки не предназначались для такого рода походов, плюс к тому, они были почти новыми и ещё не успели разноситься. Не удивительно, что после того, как она весь вчерашний день провела на ногах, ее ступни пришли в жалкое состояние.
Казалось, пистолет в её руке стал весить целую тонну, и она продолжала сгибать и разгибать руку, стараясь ослабить напряжение. Алекс и дальше не собиралась убирать его. Их враги были слишком близко, чтобы она могла рисковать этим.
Все, что ей хотелось бы сделать сейчас — это лечь в грязь и уснуть. Прямо сейчас она, наверное, могла бы уснуть даже стоя. Время от времени ее глаза начинали самопроизвольно медленно закрываться, и ей приходилось встряхиваться, чтобы прийти в себя. Она полагала, что причиной такого утомления была травма головы. У нее было, по всей видимости, небольшое сотрясение мозга, но у них не было времени, чтобы беспокоиться по таким пустякам. У них были, куда большие проблемы от их лесных преследователей.
Джошуа поднял руку, и она почти врезалась в него, прежде чем смогла остановиться. Согнув пальцы, она уцепилась за спинку его рубашки и на мгновение задержалась, испытывая неодолимое желание просто прижаться к нему и отдохнуть. Схватив ее за руку, он потянул ее вниз, практически затолкав за ствол дуба.
Он выставил два пальца и указал ими в правую сторону, затем поднял один палец и указал им влево. Взяв её за правую руку, он указал ее пистолетом с серебряными пулями в левую сторону. Оборотни.Она поняла, что это не охотники за головами нашли их.
Тогда Джошуа указал двумя пальцами прямо вперед и покачал головой. Значит, это были не только оборотни, но и охотники за головами тоже. Она кивнула так, чтобы он знал, что она всё поняла. Его темные глаза были бездонны, когда он, прежде чем исчезнуть в лесу, наклонился к ней и прижался к ее губам быстрым крепким поцелуем. В одно мгновение он был тут, в следующее — она уже осталась одна.
Её прошибло холодным потом, когда страх затопил ее внутренности. Она знала, что он отправился туда, чтобы драться с ними, возможно даже, чтобы увести их подальше от нее. Может, если бы она знала его намерения, она смогла бы остановить его.
Нет, честно призналась она себе. Не смогла бы. Взгляд его глаз сказал ей, что ничто не сможет остановить его. Нет, пока все их враги не будут уничтожены.
Алекс задрожала под кожаной курткой, внезапно продрогнув до мозга костей. Только два дня назад она даже представления не имела о существовании этого мира. Теперь она была ввергнута в самый центр войны, которая, по всей видимости, продолжалась уже достаточно долго. Прямо сейчас, она жаждала вернуться к своей старой жизни с ее предсказуемой, пусть даже немного скучной, обыденностью. Она хотела работать рядом со своим отцом в гараже и упиваться его знакомым, умиротворяющим присутствием. Она хотела свернуться в своей гостиной и читать книгу, потягивая маленькими глотками кофе из огромной кружки или пойти побродить по улицам и потрепаться с Дивайн.
Но всё это осталось в прошлом. Алекс знала, что те дни не вернутся никогда. Все, что у неё было теперь — это жизнь, лежащая перед ней, и она заключалась в Джошуа. Она тверже сжала свое оружие и рискнула выглянуть из-за ствола дерева. Впереди нее раздался шорох. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
Ее рука была тверда, когда она вытянула ее перед собой. Казалось, время замедлилось, потому что ожидание длилось бесконечно. Пальцы согнулись, когда она снова услышала слабый звук.
Она сморгнула жгучую капельку пота, не желая лишний раз двигаться, чтобы вытереть глаза.
Это становилось ближе.
И ещё ближе.
Ее палец поглаживал курок.
Маленький пушистый зверек внезапно выскочил из-под кучи листьев и понесся по земле прямо перед ней.
Алекс перевела дыхание и уронила подбородок на грудь. Сердце бешено колотилось, и неожиданно появилось острое желание расхохотаться. Она только представила себе, как бы она смотрелась — бесстрашный охотник, повергнувший белку-убийцу.
Хлопнув себя по лицу свободной рукой, она встряхнулась.
На этот раз она вообще не уловила никаких тревожных признаков, но внезапно осознала, что кто-то, или что-то было позади нее. Инстинкт? Или может она почувствовала едва уловимое перемещение в воздухе? Что бы это ни было, повернувшись, Алекс резко бросилась вправо. Огромный серый волк был уже в воздухе, когда она, упав на землю, вскинула руку и произвела несколько быстрых выстрелов.
Массивный зверь взвизгнул и дернулся в воздухе, прежде чем обрушиться на неё сверху всем своим немалым весом. Все, что она видела, это огромную морду с большими зубами, приближающуюся к ней. Она выстрелила снова, но волк продолжал приближаться.
Удар при его падении вышиб воздух из ее легких. В неистовстве, она опустила пистолет и приставила его к голове зверя. Ей хватило секунды, чтобы осознать, что он не двигался. Он был мертв. Она убила это. Его. Это.
Алекс встряхнула головой и попыталась прояснить зрение. Столкновение с волком не улучшило состояния ее и без того потрепанного тела, но она знала, что нельзя оставаться на месте в таком положении. Там были ещё и другие, а она была совершенно беззащитна, лежа здесь.
Напрягая мышцы рук, она столкнула сначала голову животного, а затем сосредоточилась на том, чтобы сдвинуть с себя тяжелое тело, но с этим пришлось повозиться. Волк был далеко не средних размеров, к тому же это был мертвый вес. Алекс, с большим усилием наполовину спихнув, наполовину вывернувшись из-под него, наконец-то освободилась и шлепнулась на землю рядом с телом, чтобы отдышаться.
Лёжа там, она мысленно благодарила своего отца за все уроки стрельбы, которые он давал ей ещё с тех пор, как она была ребенком. Ей не пришлось думать, чтобы действовать, она сделала это чисто инстинктивно.
