будоражащих кровь поцелуев. — Ты словно пряность, которая любое блюдо превращает в шедевр… настолько аппетитный и манящий, что от него невозможно отказаться.
Чувствую, что начинаю млеть от его прикосновений. И вроде не место тут и не время, но ничего не могу с собой поделать. Меня словно магнитом тянет к этому мужчине. Когда его губы находят мои, я уже перестаю думать о том, где именно мы находимся. Дом наш. Кроме нас тут никого нет, и значит можно делать, что душе угодно. А мне как раз таки очень даже угодно.
Внутри просыпается настоящий голод, который хочется утолить немедленно. Будто я снова черпаю магию из своего дракона, хотя уверена, что ничего такого не делаю. Сама углубляю поцелуй и слышу собственный стон удовольствия. Но мне мало!
— Ардэн, а можно…
— Нужно! — едва ли не рычит мне в губы дракон, сбрасывая с себя камзол и расстёгивая свою рубашку.
Как именно он узнал, что я с ума схожу, как хочу к нему прикоснуться, понятия не имею, но стоит мне ощутить под пальцами его горячую кожу и рельефные мышцы, низ живота практически сводит от напряжения.
— Так бы тебя и съела! — выдаю неожиданное признание, прижимаясь к нему всем телом и наслаждаясь тем, как пахнет мой любимый.
— Это мои слова, — ухмыляется дракон, подхватывая меня под бёдра, и направляется к постели.
— Неудобно, конечно, перед лавкой, но я такая голодная, что если сейчас же не получу желаемое, ни о чём другом думать не смогу.
— Ты не представляешь, насколько это взаимно, — супруг парой ловких движений задирает подол моего платья и избавляет меня от белья.
Невольно вспоминается наша первая встреча и брошенная им тогда фраза, которая теперь не кажется мне такой пошлой и унизительной. Если бы он повторил её сейчас, я бы не стала колебаться и возникать, потому что понимаю: Ардэн мой, а я его. Мы созданы друг для друга, и если это называют истинностью, то пусть так и будет. Я назову любовью, влечением, страстью, взаимным притяжением и потребностью быть всегда рядом.
Вскрикиваю, когда супруг без предупреждения вспарывает переднюю шнуровку моего корсета, высвобождая грудь. Глотаю стон, когда он, нависая надо мной, прикусывает твёрдую чувствительную горошину и проходится по ней языком. Пальцами зарываюсь в его мягкие чёрные волосы, привлекая к себе и направляя, кажется, бесконечный поток ласк, который, стоит нам снова стать едиными, переходит в череду моих ахов, охов и всхлипов удовольствия.
Да простит меня прежняя «Лакомка», но если близость с драконом в ней была похожа на сладкий взрыв, то эта напоминала пир после долгого поста… когда ешь и не можешь насытиться, пока не станет дурно. Но плохо нам не стало, а в точности до наоборот. Не помню, чтобы мне когда-то было так хорошо с мужчиной. До такой степени, что хотелось рыдать от сотрясающих тело волн удовольствия снова и снова. И с Ардэном я точно знала, что это взаимно. Мы дышали, наслаждались, пили, любили друг друга одинаково сильно и с полной отдачей.
Когда мы, наконец, утолили свой голод, на улице стояла непроглядная темень. Сил не осталось даже на то, чтобы найти в новом здании ванную комнату, поэтому я просто лежала в объятьях любимого, закрыв глаза и ни о чём не думала. Совершенно. В голове было пусто, а на душе легко. Ни единой тревожной мысли, ни забот. Ардэн не обманул, когда сказал, что возьмём решением всех моих проблем на себя.
— Ирина, — зовёт меня по имени супруг, хотя я уже готова была провалиться в сон. — Ты же поняла, почему тебя так мучит голод?
— М?
— Тебе ведь несвойственно такое поведение. Это не твоя потребность, — добавляет он, ещё больше меня озадачивая.
— Верно. Больше похоже на тебя с вечным… «недоеданием» и тягой к приправам и вкусненькому.
— Я бы сказал, на мою тьму, — конкретизирует Ардэн.
— Ага, и, кажется, теперь такая же, только поменьше поселилась и во мне, — улыбаюсь и… вдруг улыбка резко сползает с лица, потому что до меня, наконец, доходит. — Да ла-а-а-а-а-а-адно! Не может быть!
— Кажется, может. И я очень этому рад, моя драгоценная истинная, — чмокает в нос совершенно опешившую меня. — А ты?
— Я… я… — меня начинает трясти, но потом смотрю в тёмные, почти чёрные глаза своего мужа и понимаю, что всё под контролем, и если мне и есть чего бояться, так это того, что вместо одного вечно-голодного дракона скоро придётся готовить на двоих. А может и троих. И это здорово! — Конечно рада. Это замечательно. Потому что я… люблю тебя, Ардэн.
Утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю такой родной и приятный запах. Всё хорошо! Так как и должно быть. Я дома, с любимым и… не только, а главное, что я больше никогда не буду одна.
Глава 50
Солнечный свет заливает окна моей новой лавки, играя на свежеокрашенных стенах. Я стою посреди зала и не могу поверить, что всё это — моё. Наше с Ардэном. Пространство постепенно наполняется жизнью: резные столики уже расставлены у окон, витрина почти собрана, а запах краски понемногу уступает место аромату полированного дерева и свежих цветов, которые я расставила в небольших вазах.
Провожу рукой по гладкой поверхности прилавка — тёмное дерево, отполированное до блеска. Каждый раз, касаясь его, я ощущаю волну нежности к Ардэну, который настоял именно на этом сорте древесины.
«Он прослужит столетиями», — сказал дракон, с той особенной улыбкой, которая появляется, когда он думает о нашем общем будущем.
Ремонт почти завершён. Последние несколько дней стали настоящей суматохой — мастера заканчивают работу в кухне, садовники приводят в порядок заброшенный сад, превращая его в уютный уголок, где посетители смогут наслаждаться выпечкой в тени яблонь. Я представляю, как летом здесь будет прохладно и спокойно, как солнечные пятна будут танцевать на скатертях, а в воздухе будет витать аромат свежей сдобы и цветов.
Ещё несколько дней, и мы сможем открыть двери. При мысли об этом меня охватывает одновременно восторг и тревога: смогу ли я завоевать сердца столичных жителей, привыкших к изыску и роскоши? Но потом я вспоминаю, как мои нехитрые сладости заставляли улыбаться даже угрюмого Ардэна, и тревога отступает. В моих рецептах есть настоящая магия — магия любви к тому, что я делаю.
Отмечаю, что мука заканчивается. Вчерашние эксперименты ощутимо сократили запасы, так что нужно будет не забыть пополнить их.
Эх, а ведь раньше достаточно было позвать Грея в гости.
Беру деревянное ведро и выхожу
