и фразу призыва для этого дурацкого кольца, и кто этот маг.
— Ты оставила Рей и Люси с демоном, неспособным к магии?
Я сжала челюсти. Боже мой. У нас что, первая ссора?
— Эй! — громко сказала я, стуча ботинками по твердому полу. Либо он собирался довериться моим суждениям, либо нам конец. Меня охватил страх. — Ал любит их больше, чем себя, и если он предложил забрать их, то сможет обеспечить их безопасность, даже если луна упадет. Дженкс с ними. — Я заколебалась. — Возможно, вдали от меня им будет безопаснее, — добавила я, ненавидя себя, свой мир, все вокруг.
Трент замолчал, заставив меня задуматься, почему он вообще согласился позволить мне присмотреть за девочками.
— Дэвид встретится со мной здесь, — сказала я, когда молчание стало невыносимым. Я дошла до крыла С. Коридор стал меньше, а людей больше, и я понизила голос. — Это мой лучший и самый надежный шанс узнать, кто этот маг.
Трент по-прежнему ничего не говорил, и я остановилась перед лифтом, не желая терять сигнал. От остатков мощных лечебных заклинаний у меня покалывало кожу, и мне было не по себе.
— Я ошибалась насчет того, насколько важно кольцо. Трент, мне очень жаль, — наконец сказала я.
— Дело не только в кольце… — начал Трент, и в нем вспыхнул неуместный гнев.
— Послушай, — сказала я, тут же пожалев, что не использовала другое слово. — Уолтер здесь. Я здесь. Я собираюсь поговорить с ним. С девочками все в порядке.
— Ты оставила их с Алом. Рейчел, это должно было быть твое время с ними.
Сжав челюсти, я смотрела на оживленный коридор.
— Я в лифте, — соврала я, когда лифт напротив меня открылся, чтобы выпустить двух человек. — Кажется, я теряю сигнал.
Я повесила трубку, чувствуя гнев и вину, поднявшиеся после его последних слов.
— С Алом они будут в безопасности, — прошептала я, входя в лифт и нажимая кнопку пятого этажа. Обхватив себя руками, я забилась в угол. Мама отложила всю свою карьеру, пока растила сначала Робби, а потом меня, в то время как мой родной отец позволил своему лучшему другу взять на себя роль отца. Я знала, что Таката сожалеет о своем выборе — даже если его вина и сожаление были той гадостью, которую он превратил в музыкальное золото. Рей и Люси не были моими детьми, и все же мне казалось, что я стою на том же месте.
Я была одна в лифте и оттолкнулась от стены, когда он загудел. Возможно, играть в мать было не самой лучшей идеей. Я была настолько поглощена собой, что даже не могла вспомнить, был ли кот Дженкса мальчиком или девочкой.
Разочарованная, я прошла мимо пульта медсестры, считая номера палат. Было легко понять, куда я иду: за дверью стоял офицер ФВБ.
— Я иду внутрь, — сказала я, остановившись, положив руку на бедро и умоляя о неприятностях. — Рейчел Морган.
— Да, мэм. — Офицер открыл дверь. — Детектив Гленн сказал, что вы придете. — Он скоро будет здесь. Он ушел, чтобы проводить мистера Хью.
Наедине с Уолтером? Мило.
— Спасибо. — Я шагнула внутрь и захлопнула за собой дверь.
Но мой неуместный гнев только усилился, когда я увидела Уолтера на одной из этих уродливых узких кроватей: одна рука прикована наручниками к перилам, на другой — пульсометр. Окно выходило во внутренний двор, и я поставила сумку на стул, чтобы закрыть жалюзи. Его глаза были закрыты, но он не спал; его пульс участился, когда я вошла в палату.
Его голову покрывали толстые бинты, а и без того коротко стриженные волосы были сбриты. К верхней части груди был приклеен обезболивающий амулет медицинского класса, голографическая этикетка виднелась сквозь тонкий больничный халат с легким рисунком. Скоро я сниму его — амулет, а не халат. Я взяла со стены планшет-карточку пациента.
— Привет, Уолтер, — сказала я, остановившись у его кровати. — Признай, что я здесь, или я спихну тебя на пол.
Несмотря на амулет, он открыл глаза, сверкая ими от боли. Он скривил губы, и наручник звякнул, когда он пошевелился.
— Да, я тоже рада тебя видеть, — сказала я, и он хмыкнул, когда я сдвинула его ноги, чтобы освободить место для своей задницы. — Я должна сейчас сидеть с девочками Трента и Квена, — добавила я, опираясь одним бедром на кровать и прокручивая его показатели. — То, что мне приходится приходить сюда и выбивать из тебя информацию, действительно выводит меня из себя. У меня не так много шансов остаться с ними один на один. — Я приподняла брови, когда посмотрела на него поверх планшета. — И вот я здесь с тобой.
Уолтер молча смотрел на меня, возможно, надеясь, что Гленн войдет, ведь только так он мог избежать боли.
— Мммм, — сказала я, читая его карту. — Множественные внутренние повреждения, задета яремная вена, раздроблено запястье. Ухо отсутствует. — Я бросила планшет на узкий столик на колесиках, и в маленькой комнате раздался громкий стук. — Ух ты. Паркер — та еще сучка. — Я соскочила с кровати. — Она застала тебя врасплох? Еще бы. Пять минут, и она разрушила все, что ты построил. Оставила тебя умирать. Я знаю, каково это. Хочешь отомстить ей? Вот она я. Поговори со мной.
Пульс Уолтера участился, губы плотно сжались.
— Хорошо. Я не против быть первой. — Встав, я прижала его свободную руку к кровати, а другой рукой тяжело оперлась о его грудь, барабаня пальцами по амулету от боли. — Кто этот маг?
— Иди к Повороту, — прохрипел Уолтер, и я оттолкнулась от него с такой силой, что он ахнул.
— Манеры, — сказала я, мне не нравилось то, кем я была в данный момент, хотя я представляла вещи и похуже.
Улыбаясь, я потянулась к лей-линии, вдохнула, втягивая ее, а затем щелкнула крошечной струйкой по потолочному монитору. Выпустив струйку электронного дыма, маленький красный огонек погас. Не так чисто, как если бы это сделал Дженкс, но я не привередничала.
— Какой фразой можно снять проклятие чакр? — спросила я, и его глаз дернулся, когда я сняла пульсометр с его пальца и надела на свой. — Маг догадался, как перевернуть кольцо? Поэтому он хочет его вернуть? Или он думает, что я догадаюсь. — Уолтер молчал, и я наклонилась к нему, чтобы прошептать: — Что ты дал ему за помощь? Надеюсь, не почку. Ты, скорее всего, потеряешь одну.
Его подбородок приподнялся, исцарапанный и окровавленный.
— Убей меня или убирайся отсюда, — прохрипел он.
— Давай не будем забегать вперед. — Я облокотилась на другой поручень и оперлась на него ладонями. — Думаю, ты будешь рад
