— О. — Бетти, казалось, озадачена этой новостью. Затем она жалостливо поглядела на него и похлопала его по руке. — Что ж, думаю, понятно, что ты хочешь верить в лучшее при данных обстоятельствах. Но я уверена, тебе стоит подыскать себе другую подружку.
Ник холодно улыбнулся. Самое трудное в работе частного сыщика, решил он, это то, что иногда чертовски трудно держать себя в руках. Но он ничего не добьется, заявив Бетти Стайлз, что она назойливая сплетница.
— Я не собираюсь следовать вашему совету, миссис Стайлз. Так что у меня не остается другого выбора кроме как найти настоящего вора.
— Но если мисс Брайтуэлл взяла картину…
— Октавия ее не брала.
Она неодобрительно фыркнула. — Ты кажешься очень в этом уверенным.
— Я уверен, миссис Стайлз.
— В самом деле, Николас, никогда бы не подумала, что ты из тех мужчин, которых женщине так легко обвести вокруг пальца.
— А я-то думал, что вы слишком умны, чтобы вор и вас одурачил.
Бетти задрала нос. — Что, прости?
— Ну разве это не очевидно? Тот, кто пустил эти слухи и украл картину.
— Но это смешно.
— Где вы впервые это услышали, миссис Стайлз?
Бетти с достоинством выпрямилась. — Я услышала это прямо здесь в салоне красоты. — Ник поглядел мимо нее на окно и увидел двух женщин, сидящих под сушками для волос. На коленях у них лежали журналы, но ни одна не читала. Обе внимательно наблюдали за происходящим перед парикмахерской. Владелица салона, Карла Миллбэнк, следила за ним в зеркале, заворачивая волосы клиентки в маленькие кусочки фольги.
К вечеру о его разговоре с Бетти будет знать весь город.
Его новая проблема принимала угрожающие размеры. Разделение полов все еще сильно в Эклипс-Бэй. И существовали места, куда мужчина пойти просто не мог. «Парикмахерская Карлы» была террой инкогнита для любого мужчины в их городе.
Пятнадцать минут спустя он зашел в «Брайт Вижнз», все еще обдумывая детали своего нового плана.
В галерее, похоже, не было никого кроме Октавии, которая сидела на высоком стуле за стойкой. Она подняла голову от каких-то заметок, которые делала на листе бумаги.
— А вот и ты, — сказала она. — Я уже начала беспокоиться. Ты нашел Бетти Стайлз?
— Да, хоть и напрасно. — Он посмотрел на две картины в рамах, стоящие у стены. — Я их не помню. Они новые?
На ее лице появилось странное выражение. — Вообще-то да.
— Я конечно не эксперт, но мне они нравятся.
— Мне тоже.
— Славный вид на Арку. Да и ночная пристань тоже очень хороша. Немного мрачная из-за тумана, темной воды и того слабого огонька на лодке. Кто художник?
В дверях за стойкой он заметил движение. Из мастерской появился Джереми. Он смотрел на Ника с непонятным выражением на лице.
— Я, — сказал Джереми.
Гейл остановилась рядом с ним. — Ну разве он не великолепен? — С энтузиазмом защебетала она. — У меня уже есть на уме один покупатель.
Ну, конечно, это Джереми, подумал Ник. Да что же с ним, черт возьми, такое? Как он мог забыть о Джереми и его замечательном таланте. Если бы вместо того, чтобы думать о том, как проникнуть в салон красоты, он был повнимательнее, он бы обо всем догадался с первого взгляда. А теперь он вынужден быть вежливым и цивилизованным перед Октавией и Гейл.
— Мои поздравления, — бросил он Джереми абсолютно равнодушным голосом. — Хорошая работа.
— Если их купят, я нарисую еще лучше, — ответил Джереми. Его тон был таким же спокойным как у Ника. — Но я не собираюсь в ближайшем будущем бросать свою работу. Ну, то есть, каковы шансы действительно зарабатывать на жизнь рисованием? Миллион к одному, может быть?
— Уверена, Ник хорошо понимает твои чувства, — заметила Октавия. — Должно быть, у него были те же сомнения, когда он отправлял свою первую рукопись в издательство. Разве не так, Ник?
Она его полностью прижала, понял Ник.
— Конечно, — ответил он. — И до сих пор каждый раз, когда я отправляю рукопись — это похоже на прыжок со скалы.
Видимо, было ошибкой рассказать ей, в чем крылся корень их вражды с Джереми. Какое ей дело, в конце-то концов? Почему она не могла просто оставить их двоих вести свою личную войну и не вмешиваться?
Джереми выглядел серьезным. — Это ощущение прыжка со скалы так никуда и не делось?
Ник пожал плечами. — Я не замечал. Мой тебе совет — привыкни к нему. Это добавлякет остроты. — Он переключил внимание на Гейл. — Не хотите сыграть в агента под прикрытием?
— Мне нужно одеть тренч? — спросила Гейл.
— Нет, если только вы не хотите, чтобы ваш воротник намок от шампуня.
Октавия спрыгнула со стула. — «Парикмахерская Карлы»? Ты хочешь, чтобы Гейл посмотрела, что она сможет узнать относительно сплетен в салоне красоты?
— Да. Бетти Стайлз говорит, что именно там впервые услышала эти слухи.
— Ты и в самом деле серьезно занялся этим расследованием? — спросил Ника Джереми.
— Нет, мне просто нужно что-нибудь интересное, чтобы написать сочинение на тему «как я провел лето», — съязвил Ник.
— Ладно, ладно, я все понял, — пробормотал Джереми. — Ты серьезно. — Он взглянул на Октавию. — Я могу чем-нибудь помочь?
— Тебе лучше спросить у Ника, — спокойно ответила она. — Он отвечает за расследование.
Джереми казался не слишком обрадованным такой перспективой, но послушно повернулся к Нику. — Дай мне знать. Мои корни в этом городе так же глубоки, как и твои. Я могу помочь тебе сэкономить время.
— Это так мило с твоей стороны, Джереми, — сказала Октавия. — Что скажешь, Ник?
Она не собирается сдаваться, понял Ник. Она не успокоится, пока он не закусит удила и не пригласит Джереми выпить пива. Может, самый простой выход из всех этих неприятностей — это сделать предложение у нее на глазах. Джереми откажется, и они оба сорвутся с крючка.
Он посмотрел на часы, потом на Джереми. — Уже почти пять. Я хочу поговорить с Гейл о том, что мне нужно, чтобы она сделала завтра в салоне красоты. А потом я собираюсь пообедать с Октавией. — Краем глаза он увидел, как она приподняла брови, услышав эту новость. Но промолчала, как он и ожидал.
Она знала, к чему он клонит, и не собиралась чинить препятствий. — А позже вечером я думал заглянуть в «Тотал Эклипс» и узнать последние новости. Хочешь присоединиться? Я куплю тебе пива, и мы сможем поиграть в пул, послушать разговоры и посмотреть, что из этого выйдет.
Джереми поджал губы. Но к изумлению Ника, едва заметно шевельнулся. Это был простое короткое движение головы, но это определенно был кивок.
— Почему нет? — сказал Джереми.
Проклятье. Теперь они оба попались, подумал Ник.
