спасшиеся люди, когда их спрашивают о спасении: «Чудом спасся, со страху». Страх пришедший вовремя заставляет человека действовать во имя своего спасения, а иногда он спасает многих. Вот и Шурку разбудил очередной пролёт мимо него очередного серого шара. Тот проскочил совсем рядом, да так, что его надутый шар слегка дрогнул и тряхнул корзинку. Встряска и переключила его сознание в нужном направлении. Он вдруг осознал, что его так тревожило в увиденном ранее поведении шара. Он вначале видел плоскую тарелку, а в мгновение рядом оказался круглый шар.
– Да именно шар, откуда взялся шар, ведь там была плоская тарелка. Она сначала вращалась, а потом замерла. Сразу после этого грохнуло, и я шмякнулся на пол, а когда приподнялся, там был шар, и пламя в него упиралось оно ещё и шипело. И ещё, что-то внизу, под шаром, потом захлопнулось.
Всплывающие в сознании мальца картины были настолько ясными и полными, что он смог бы описать их любому, заинтересовавшемуся человеку, причём в полном объёме, без каких либо помарок. И вот, пока он соображал и постепенно приходил в нормальное состояние, если таковое можно было себе представить, шар вновь углубился в облако. По-видимому, выскочив на недопустимую для своего полёта высоту, он начал там резко остывать и, как следствие, резко терять высоту. А минутами назад, с помощью порыва восходящего грозового ветра, он оказался поверх грозовой тучи. Скорее всего, это был тот самый вихрь, который с земли поднимает клубы пыли в преддверии грозы, а на высоте, как оказалось, швыряется воздушными шарами, словно мячиками для бейсбола. Шурка, после определённого перерыва, вызванного необычными событиями, вновь ощутил свое тело, потому что вдруг почувствовал его дрожь. Странно всё это происходило, как минимум необычно. Он действительно сперва почувствовал странные содрогания, и только спустя некоторое время разобрался, что это дрожало его собственное тело. Тряска оказалась настолько сильной, что с ним вместе тряслась корзина, в которой он находился, и эти вибрации передавалась ремням, которыми она, корзина, была прикреплена к шару. Шурка присел на дощатый настил своего ненадёжного убежища и сжался в комок. Одежда на нём была полностью промокшей, и тут на эту мокрую тряпку вновь полил дождь. На этот раз дождь бал чуть теплее, как ему показалось, и его капли не были такими крупными, упругими, как те, что лили на него в начале. Шурка даже слегка согрелся, хотя телесная дрожь так и не отступала. Сидя в углу корзины, и прижавшись к своим коленкам, он трясся от холода и страха одновременно. Вдыхая прохладный воздух он выдыхал его, всякий раз издавая голосовые стоны. Челюсти тряслись в такт содроганий его маленького измученного тела, а зубы выбивали чечетку, словно кастаньеты танцующих испанских мачо. Остывший на высоте шар продолжал медленно опускаться и, если бы у Шурки были силы подняться и взглянуть вниз, то он уже смог бы разглядеть проплывающие под ним кукурузные поля. До них ещё было достаточно далеко, не менее трёхсот метров, но его это наверняка обрадовало бы. Однако проделать это у него не нашлось сил.
Пока несчастный витал в облаках, его друзья, физически измученные слякотью на дороге, добрались до посёлка. К ним наконец-то пришло понимание опасности происходящего и они приняли единственно правильное решение, пойти к взрослым, чтобы всё им рассказать. А для большей эффективности поисков они решили разделиться.
– Витёк, ты давай в село. Поезжай прямо к Шуркиному отцу, он наверняка ещё в мастерских, если его там нет, то дуй к ним домой. А я по дороге поеду в то место, где может появиться Шурка. Вези всех, кого поднимете, к тому месту на дороге. Я погнал, может быть его и увижу. Если он покажется, побегу к нему, а велосипед оставлю на видом месте, чтобы знали, где я.
Тяжело дыша, распоряжался Толик. Витёк и не думал капризничать, поскольку всё сказанное им было и вполне логично и своевременно. После этих слов они и в самом деле разделились, и дела сразу пошли на лад. Толя оказался в месте, где можно было ожидать появление шара, ровно через десять минут, после расставания в Витьком. А Витёк, за точно такой же промежуток времени появился перед Шуркиным отцом. Не стану описывать эмоции отца, и сбивчивый рассказ Виктора, только поясню, что отцу всё сразу стало понятно. Дело было, не до уточняющих расспросов. Он не мешкая побежал к главному механику и взял у него ключи от УАЗика. Пока тот раскрывал рот для несвоевременных расспросов, Николай уже мчался в сторону ожидаемого Шуркино приземления. Механик поняв, что случилось что-то очень страшное, схватил Витьку в охапку и начал допрос с пристрастием. Когда картина мало-мальски раскрылась, он тут же взялся за организацию поисково-спасательной операции.
Здесь же, в гараже, нашлось несколько мужиков, которые мгновенно похватали различный инструмент: лопаты, вёдра, на случай пожара. Усевшись в кузов грузовичка, всей ватагой покатили туда, куда их повёл перепуганный Витя, которого, как проводника, усадили в кабину, рядом с водителем.
Толик стоял на краю дороги всматривался в подоблачную даль, высматривая в небе признаки появившегося шара. Вся одежда на нём была промокшей и его, так же как и Шурку, заметно трясло. Пока он крутил педали, озябшее состояние не проявлялось сполна, а тут, когда пришлось стоять в качестве наблюдателя, телесная дрожь настигла и его. Это наблюдатель всё же держался стойко, хоть и дрожал, но всё время смотрел в даль. Никаких признаков шара до сих пор не появлялось. Он взглянул в сторону дороги, откуда должна была подъехать подмога и случайно, краем глаза, на фоне серого неба, и совсем по другую сторону дороги, он увидел тот самый серый силуэт их злосчастного, вредного беглеца, который только что опустился ниже кромки облаков. Шар, тихо удаляясь от него, спокойно дрейфовал над поливными кукурузными полями. Толик, развернувшись в сторону улетавшего шара, заорал, что было сил.
– Шурка, мы здесь. Шурка мы пришли за тобой. Шурка-а-а-а.
Бросив свой велосипед у самой дороги и не обращая внимания на то, что находится у него под ногами, Толя мчался, что было сил, вдогонку за своим другом. Он падал набегу, вновь поднимался и вновь бежал. Локти и колени всё было разбито в кровь, но и это его не останавливало. Он всё ещё надеялся догнать шар и непременно остановить, во что бы то ни стало. Ему очень сильно хотелось спасти своего пострадавшего друга.
Вот уже он находился почти под сами шаром, который явно опускался всё ниже
