и как бы я не торопила время, оно всё равно будет ползти исключительно медленно. Хорошо, что на ужин останутся только некоторые. Свадебный ужин — особая привилегия, и свекрови пришлось согласовывать список приглашённых с Аркетом. Как и обещала, я в приготовления никак не вмешивалась, что дало ей возможность втиснуть нескольких своих знакомых под видом моих гостей. Лазтан эту уловку, безусловно, раскусил, но так как я не возражала, то и он не стал. Для меня в списке важно было только одно имя — Виола. Видимо, понимая это, свекровь включила её сразу. Друзья из Нинарской Академии, естественно, тоже были приглашены, но на ужин никого из них не оставили.
Вот только до вечера надо дожить!
Отвечая на поздравления придворных максимально близкой к искренней улыбкой, я искала Ви глазами. И очень удивилась, когда её усадили ровно напротив меня.
Разделяемые огромным столом, мы смотрели друг на друга и молчали. Не будешь же обсуждать личное у всех на виду?
— Аля, ты её глазами сейчас сожрёшь, — наклонился к моему уху лазтан. — Хотя бы улыбнись, а то уже пошли шепотки о том, почему ты так странно смотришь.
Я улыбнулась, виновато и умоляюще.
Виола тоскливо улыбнулась в ответ.
А каскарров завтрак всё длился и длился. Я изнывала, глядя на подругу и не имея возможности с ней переговорить, пока подавали изысканно украшенные блюда. Выглядела она не в пример лучше, чем в нашу последнюю… да и предпоследние встречи. Лицо обрело какую-то мягкость и вместе с тем озабоченность. Иногда она кидала нервные взгляды на карманный икис и вздыхала.
Я её нетерпение полностью разделяла.
Да сколько можно есть?! Что, ни у кого никаких дел больше нет?
Волнение зашкаливало, я кипела изнутри, а когда подали на десерт груши, запечённые в тончайших слоях сладкого теста, ни один кусочек даже не попробовала. Я ожидала, когда приличия позволят подняться из-за стола, чтобы вскочить и подать знак Виоле, но она меня опередила. Поднялась, извинилась за поспешность и направилась в сторону дамской комнаты. Чуть поторопившись доесть десерт, следом за ней двинулась свекровь. Решив, что раз встала королева-мать, то можно и мне, я максимально медленно поднялась и также степенно пошагала следом, изо всех сил стараясь не подпрыгивать от нетерпения и не срываться на бег.
Возмущённый голос свекрови я услышала, стоило лишь распахнуть дверь в дамскую комнату.
— Неужели у вас настолько мало ума, что так сложно запомнить элементарные правила этикета? Локти непозволительно ставить на стол, а с завтрака запрещено уходить, пока не закончен десерт! — угрожающе шипела гварцегиня Эррагер, наступая на бледную Ви.
Та широко распахнула карие глаза и часто задышала, отшагивая прочь от разгневанной королевы-матери.
Я вклинилась между ними, прикрывая подругу спиной, и жёстко улыбнулась свекрови:
— Зайтана Эрина, вы не представляете, как тяжело мне слушать любую критику в адрес Виолы. Право слово, локти на столе совсем не стоят той бури эмоций, которую я испытываю, когда кто-то её обижает.
Свекровь сощурилась и вперила недовольный взгляд в моё лицо.
— Лучше не вмешивайся, Аливетта.
— Никак не могу, зайтана Эрина. Никак не могу. Мы с вами в дальнейшем можем обсудить, на какие уступки мне необходимо будет пойти, чтобы вы стали относиться к Виоле более благосклонно. А пока что могу сказать только одно: Виолу я не позволю обижать.
Повисла тяжёлая пауза. Гварцегиня Эррагер сверлила меня таким горячим взглядом, будто хотела им вскипятить моё нутро. Но отступать я была не намерена. Не позволю свекрови третировать Ви. Ни за что!
— Мы это ещё обсудим, — коварно улыбнулась зайтана Эрина и, воинственно сверкнув глазами, отправилась обратно к гостям.
Я повернулась к подруге и всмотрелась в родное лицо. Сегодня она выглядела просто чудесно, и свободное тёмно-синее платье ей необычайно шло.
— Ви! Как ты? Мне сказали, что ты уже поправилась…
— Здравствуй, Аля. Да, мне уже лучше.
— Ви, прости меня, пожалуйста! Я была ужасно неправа. Но я думала, что тебя используют, чтобы выкрутить мне руки… Я решила, что если сделаю вид, что ты для меня ничего не значишь, то они отстанут. Я думала, что они тебя мучают и не прекратят, пока я не соглашусь!.. Я была ужасно неправа. Я всё поняла неверно! Я думала, что ты у них в заложницах, как и я…
Виола лишь устало улыбнулась.
— Если бы у меня время было, я бы всё-таки добилась от тебя правды тогда, — вздохнула она. — Мне сразу показалось странным, что ты себя так ведёшь. Но мне плохо стало и пришлось уйти…
— Прости меня, я не знала, что тебе будет плохо, — я обняла подругу, уткнулась лбом ей в ключицу и неожиданно для себя разрыдалась. — Я думала, что я лучше сделаю, а сделала только хуже…
Виола обняла меня в ответ и погладила по волосам.
— Бывает, — сказала она и тоже разрыдалась.
— Ты меня простишь? — подняла я на неё лицо, спешно вытирая с него проявление чувств.
Нам же ещё к гостям идти, никто не должен знать, что гварцегиня Цилаф рыдает, а тем более рыдает от счастья. О своём счастье вообще нельзя рассказывать чужим. Впрочем, о несчастьях тоже.
— Куда ж я денусь, особенно теперь? — сквозь слёзы улыбнулась Виола. — Но больше так не делай. Сначала поговори со мной и только потом выводы делай. Обещаешь?
Я бережно обняла её и вдохнула такой родной и привычный запах волос.
— Слово Цилаф! — серьёзно кивнула я, а потом всхлипнула: — Я так скучала, Ви. Ты себе просто не представляешь!
— Отчего же, я прекрасно представляю!
Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.
Подруга протянула ко мне руку и вытерла со щеки набежавшую слезу.
— Рассказывай, что с тобой произошло за эти годы. Я умираю от любопытства! — потребовала Ви.
— Ох, даже не знаю, с чего начать. Разве что вкратце…
Я пересказала Виоле события последних лет, что привели меня сюда.
— И что ты будешь делать дальше? Мстить этим аристократкам Элитере и Позойтар? — пытливо посмотрела на меня Виола.
— Знаешь… Пожалуй, нет. Во-первых, сейчас на повестке есть более важные дела и цели. Во-вторых, они подданные другой страны, не могу же я затевать склоку теперь, когда отношения с Аллораном и так стали более напряжёнными. В-третьих, я на них не злюсь, даже чуточку благодарна за вмешательство в мою судьбу, пусть и такое. Пожалуй, вместо мести я отправлю им формальные письма с признательностью за то, что помогли мне стать королевой Аберрии, — хихикнула я. — Думаю, их в клочья разорвёт от злости.
— Вот уж действительно, — рассмеялась Виола,
