том, что мне назначили учителей их фамилии. В том числе и Разумовскую. Над фразой в конце — «Старухе можешь верить, как мне» я задумался. В том-то и вопрос в том, что я не верил никому.
— Прочел?
— Прочел. — Я вложил письмо в конверт и смял его.
— Давай сюда.
Приняв конверт, она сжала руку с ним, и бумага рассыпалась невесомым пеплом.
— Так наша с вами встреча на этом полигоне всего лишь проверка вру я или нет?
— Не совсем. — В глаза Разумовской вернулась стариковская мягкость. Как оказалась фальшивая. Вот чего-чего, а ее глаза теперь никогда меня проведут. — Я действительно хотела посмотреть, что ты из себя стоишь без магии, и должна сказать — приятно удивлена. Да и врешь ты хорошо. Складно. Не зная я все о тебе — поверила бы.
Она усмехнулась.
— Ну это все пустое. Расскажешь правду?
Я пожал плечами.
— С какого места начинать?
Разумовская казалось удивилась.
— Ну, мы со Святославом говорили недолго. Вчера вечером. Он торопился куда-то, поэтому сказал, что можно расспросить тебя с момента, как ты попал в приют.
Я еще раз пожал плечами.
— Особо-то рассказывать не о чем. Прошел инициацию весной, как я и говорил. При покушении на меня. Но сначала не понял ничего о том, что случилось…
Я рассказал ей ту же версию событий что и императору. Разумовская кивала головой во время моего повествования.
— Стоп, стоп! У тебя действительно была вторая инициация⁈
— Ну так я и говорю. Вам же императорское величество сказал же?
— Так я думала, что это для отвода глаз для всех, а у тебя действительно было повторная.
Она тихо присвистнула. Помолчала.
— Я даже не могу предположить кем ты стал после этого. Но я могу сказать, что повторные инициации для абсолютов нехарактерны. Вообще.
— А вы откуда знаете⁈ — Теперь удивился уже я.
— А ты думаешь Святослав просто так привлек меня? Я интересовалась абсолютами с детства. Да я и пошла то в Академию, чтобы изучить книги из спецхранилища касаемо абсолютных магов. Здесь большая коллекция.
О как.
А я был прав с самого начала! Если и есть где книги о магии абсолютов, так это здесь, в Академии!
— Никогда не думала, что увижу и даже буду учить абсолютного мага. Такие как ты уже стали легендой, в которую-то большинство людей слабо верят. Даже не верится, — Разумовская вздохнула. — А ты можешь показать, что ни будь из своей магии?
Теперь вздохнул уже я, поминая недобрым словом клоунов на арене.
Прислушался к своим ощущениям. Вроде ничего. Вылечился?
Снял с груди уже тускло светящейся артефакт и положил на песок. Сложил правую ладонь и вызвал на ней радужный шарик.
Разумовская как завороженная посмотрела на него и даже прикоснулась рукой.
— Надо же. Смотрю и не верю.
Я сжал руку поглощая шарик. Затем зажег и погасил на руке все четыре стихии.
— Ну, вот в общем то все, что я умею пока. Заклинания огня думаю показывать не стоит?
— Не надо. — Алевтина Петровна была похожа на кошку съевшую большую крынку сметаны. — То, что пока ничего не умеешь, так это дело наживное. Будем учить. Но хочу предупредить! Практические занятия только на этом полигоне, при мне и при включенной защите, чтобы никто ничего не увидел.
— Понятно. Меня устраивает.
— Устраивает его, — проворчала Разумовская. — Кто еще в курсе, что ты абсолют?
— Только начальник моей гвардии.
— А у тебя уже появилась гвардия?
— Уже да.
— Шустро. Человек надежный?
— Он под родовой клятвой.
— Вот оно как. Это меняет дело. Кто-то еще?
Я задумался. Сказать про Лену или не сказать? С одной стороны, можно ее привлекать к моим занятиям по магии, но с другой, еще как аукнется? Решил не говорить.
— Больше никого, — соврал на голубом глазу.
— Ну, смотри. Это опасно в первую очередь для тебя и не только так как говорит Святослав. Как ты думаешь, почему принцесса Мэй вокруг тебя вьется?
Я с изумлением посмотрел на старушку.
— Она знает⁈
— Не думаю, — она покачала головой. — Но ее отец знает.
Я крякнул от досады.
Вот ведь. Везде ловушки и в этом случае медовая и экзотическая. Вряд ли император отпустит меня в другую страну, но если я женюсь на принцессе Чины здесь, то думаю, что оба императора будут довольны. От брака случаются дети и при этом стихия сильного родителя может наследоваться.
Вот жешь.
— Я вижу по глазам, что ты понял. А уж если ты раскроешься, то таких охотничков женского пола будет просто немеряно. Понимаешь?
Еще б я это не понимал.
Я содрогнулся от представляемой картины такого будущего. Меня ж просто разорвут на части и это нифига не было фигурой речи.
Не, не…мне такого счастья даром не нать, и с деньгами не нать…
Ай да Мэй… а еще есть и Трофимова, которую я тоже чем-то заинтересовал.
М-да.
— Ладно. Запугала я тебя, — Разумовская хлопнула меня по плечу. — Не дрейфь. Еще повоюем!
Я скривился. Может действительно сбежать ото всех?
— Кстати… Начет войны.
Я обратился в слух.
— Ты же в курсе, что все первогодки должен поехать на практику.
— Да.
— Знаешь, зачем это нужно?
— Мне вчера Мэй рассказала, что практика это для повышения ранга?
— Ну, если в общем, то да. Знаешь, что для этого надо будет делать?
— Участвовать в боевых выходах?
— В принципе, все верно. Но не столько в боевых выходах, сколько в сражениях! Более того, у меня есть приказ, готовить вас к походу на ту сторону.
— «Ту» сторону? Имеется в виду мертвые пустоши?
— Они самые! Кто-то, — она показала палец вверх. — Хочет, чтобы вы побыстрее набрали ранги. Но я думаю, что именно тебя хотят как можно быстрее вытянуть максимально наверх.
Я хотел спросить, и даже открыл рот, но…
— Демидов, я не знаю зачем это нужно. Подобная гонка за рангами нужна только в одном случае! В случае планируемой войны! Большой войны! Но сейчас империя не готовится к войне насколько я знаю. Конечно, с соседними странами у нас иногда случаются пограничные конфликты, но все в пределах нормы. Повода объявлять войну нет.
— А нельзя ли поднять ранг иначе? Без
