плечо, поторапливая уйти. Поздно: термоядерная цепочка запустилась и передала сплетню о возвращении знаменитости на Инитий до самой «головы» очереди. Толпа неповоротливо зашевелилась и массой обступила одетого во все белое инитийца. Чернобог оттянул лицо ладонью.
– Ну, звезда, – шепотом выругался он, вытесненный к витрине антикварного магазинчика.
– Вы – Белый Вейнит? – пропищала низкорослая женщина и подняла контактер над головой. – А ну разойтись! СМИ! Блог «Болтушка и Дхирри». – Протиснувшись между спин, журналистка поправила высокую прическу и ткнула контактером в лицо Янусу. – Вы – Белый Вейнит?
– Наверное, – улыбнулся антидемиург, поведя плечом с улыбкой. – А кто такой Дхирри? Ваш компактный репликант?
– Мой супруг. Дхирри! Сюда, живо! – Ретивая нетерпеливыми жестами приманила флегматичного мужчину с бородкой-эспаньолкой. – Веди съемку. Оповести последователей, что у нас срочное включение.
Дхирри послушно включил режим съемки на контактере и с помощью воздушной магии поднял устройство над головами: угол обзора расширился. В кадр попала и ашерн-а в форме Альма-Матер, которая вышла вперед, сияющая от восторга, и с восхищением в глазах попросила оставить энергетический автограф на запястье. Так как Янус не помнил своей росписи, он коснулся места губами и попросил прощения. Синие щеки ашерн-а приобрели розовый оттенок, и она бросилась в толпу, как в штормовое море со скалы.
Пешеходы стекались, луг пестрых цветов распускался вокруг одного – выдуманного вейнита. Чернобог уже не мог предотвратить катастрофу; отойдя на угол улицы, он связался с Дайесом Лебье.
Тут за спиной раздался томный женский голос:
– Строк ди Байтр, репортер канала «Благомыслие Инития». – Высокая инитийка, в аквамариновом платье с косым запахом, подошла к Янусу, держа наготове контактер с записывающим устройством. – С тех пор, как по АКАШИ распространился ролик с кем-то, похожим на вас, где вы обвиняете одну небезызвестную организацию в подделке армагеддонов, наших последователей волнует вопрос: правда ли то, что срочный съезд старейшин Альянса Ай-Хе как-то с этим связан?
Пешеходы замолчали. Остановился, как померещилось Чернобогу, бег планеты вокруг Эхо и самой себя. Бряцнула тетива социального напряжения.
Янус взял Строк ди Байтр за руку, сжав ее пальцы со знаками мастерства на контактере, и поднес их вместе с устройством к губам. Камера, которой управлял Дхирри, застыла в воздухе, поймав в фокус его прямой нахальный взгляд, передаваемый уже по всем междумирным каналам.
– Я слегка отстал от повестки. Видите ли, у меня временно отшибло память.
Волнение вздохом прокатилось по публике, и Двуликий заглянул в зеленые глаза Строк исподлобья, усмехнувшись, и потянул ее руку ближе на себя:
– Но я верю народу Инития. Вы – моя родня. Если я значил что-то для вас, то легкая амнезия не затмит веры в вашу поддержку. Раз вы говорите, что я выдвинул обвинения против организации, которая ищет меня по всем мирам, так оно и есть. Они вынудили моего отца, почитаемого главу Школы Порядка, обивать пороги Тайной Канцелярии, чтобы они включили меня в защиту свидетелей.
– В данный момент вы чувствуете себя в безопасности? – спросила Строк ди Байтр вкрадчивее, заправив за прядь огненных волос.
– Тайная Канцелярия обеспечит гражданину Инития политическое убежище и защиту! – встряла Болтушка, помахивая кулаком. – Да! Передовой мир способен защитить своих детей от организованной преступности!
Янус вызывающе засмеялся и, не отрывая взора разных глаз от камеры, завершил:
– Забавное реалити-шоу, правда? Да, у меня амнезия, но я не сидел сложа ручки по возвращению в родные пенаты. Я подслушивал все, о чем говорили мои покровители, – он подмигнул Чернобогу, потиравшему лоб в смятении, – и наводил справочки. У вас была возможность меня укусить, пока я был никем. – Антидемиург расставил руки, приподняв брови. – Но сегодня я – известная личность, и любое поползновение в мою сторону будет расценено как причина для выстрела в твою тупую башку, Эйн-Соф. – Двуликий направил сложенные в пистолет пальцы в камеру и «выстрелил». – Пух-х. Мой отец прав на счет тебя – ты испуганная дешевка, помешанная на геноциде. Близится час, когда я обнародую всю подноготную твоего помойного Агентства. Суши сухари, старая стерва.
Болтушка показала супругу перекрещенные руки. Блестящие губы Строк ди Байтр раскрылись, но у нее больше не было вопросов. Уголки губ скользнули, когда их взгляды встретились. Она забрала контактер, освободив руки, и поблагодарила за сенсацию.
Ночью Чернобога разбудил шум. Он накинул на голый торс халат и покинул гостевую, прихватив клинок. Он добежал до комнаты Януса и с ноги открыл дверь. Через мгновение с ругательством захлопнул ее, вылетев в коридор.
Кощей прислонился к дверному косяку, ворча от негодования. Через томительные минуты из спальни выпорхнула журналистка со взлохмаченной алой шевелюрой и раздраженной кожей вокруг губ. Напяливая платье на ходу, Строк ди Байтр послала Кощею воздушный поцелуй и была такова.
– Навел информационного шороха и затащил в постель журналистку, – констатировал Чернобог, заходя в душные покои.
Воздух насквозь пропитался вейнитовыми аромамаслами, что вынудило Кощея распахнуть окна и проветрить.
«Звезда», вернувшаяся на небосвод АКАШИ, закинул руки на изголовье постели, потягиваясь. Он шутливо заметил:
– Огульное обвинение! Мы записывали откровенный подкаст. Тет-а-тет, – ударил пальцами о пальцы.
Воевода цыкнул языком.
– Какого лешего с тобой творится? – спросил он.
– Ты что, не видишь, что происходит? – Янус сел в постели, укрыв нижнюю часть тела шелковым одеялом. Он запустил пальцы во влажные волосы и пригладил их с улыбкой. – Нас прокатили с защитой.
– С чего ты взял? – Кощей, сложив руки, глядел на звездный ковер неба, подставляясь сквозняку. – Господин Лебье ведет переговоры с Тайной Канцелярией.
– Гэ эховых восходов.
– Что ты хочешь этим сказать? Что тебя выдадут АИН? – Воевода окатил суровым взглядом через плечо. – Выдадут – и правильно сделают. Ты полил грязью главу АИН в прямом эфире, раскрыв собственное местонахождение. Засекай время, когда Черные Аисты найдут тебя в поле капусты.
Двуликий растянулся в постели, утопая в подушках. Из одеял показалась рука с четырьмя пальцами:
– Я обратился к ий-ла власти, как к последней инстанции. Пресса разнесет молву, а любой уважающий себя инитиец ляжет грудью на амбразуру, чтобы защитить себя от потенциальной угрозы. На отсталые миры всем плевать, а вот когда армагеддон обивает порог твоего соседа… Туши свет.
– Господин Лебье будет очень недоволен тем, что ты вломился в его четкий план. – Чернобог оперся поясницей о подоконник. – Стоило хотя бы обсудить с ним это.
Янус перевернулся на бок, подперев голову. В перламутровом зареве правительницы ночного неба Оболессы блаженная улыбка наводила страх.
– Так дела не делаются, – протянул он. – Хаос ни с кем не советуется. Он вносит смуту, чтобы закалить перед настоящим кошмаром.
Глава X. Заброшенная штольня
«Журналистка. Журналистка с дурацким
