на формирование энергопотока с Божественным Архипелагом, к которому вы шли эхинами.
– Вы попрекаете нас эвериями. Как низко для потомка величайшей Ра Лебье, – проскрипел «рубиновый».
Прежде чем распахнуть двери и выйти вон, глава Школы Порядка посмотрел через левое плечо и учтиво возразил:
– Нет, достопочтенные старейшины. Я накладываю мораториум. Цену свободы от него вы потянете.
Спустившись по парадной лестнице, Дайес Лебье остановился и с неудовольствием выдохнул. Янус остановился за его правым плечом. С минуту молча смотрели в панорамные окна выхода: «Черные Аисты» выстроились в шеренгу. Миротворцы Школы Порядка оцепили Управление Сэнтрэ, что сдерживало голодных до крови Януса АИНовских псов лишь формально. Командир «Аистов», одетый в красно-черное, рисовался перед входом, как юнец под окнами возлюбленной.
Глава Школы Порядка положил ладонь на плечо Янусу и подтолкнул:
– Они не оставили нам выбора. Сдайся им.
Белый Вейнит поднял руки по обе стороны от груди и медленно, чтобы не вызвать подозрений в сопротивлении, двинулся к выходу. Датчик движения уловил его – двери расползлись. Глава Черных Аистов, завидев это, скомандовал подопечным взять преступника на мушку. На Януса навелись пальцы с боевыми знаками.
– Чего пялимся, мальчики-девочки? – командир выпучился на миротворцев. – Только попробуйте что-то выкинуть.
Эховые лучи затмили видимость, но Янусу удалось насчитать двадцать «Черных Аистов», не считая командира. Болтун в красном скомандовал четверым бугаям обступить Белого Вейнита, чтобы связать.
Однозначным сюрпризом стала толпа мирных инитийцев: с шариками света на кончиках пальцев они митинговали против бесчинства «Черных Аистов». От мала до велика, от обслуживающего персонала до знати, от мигрантов до представителей старинных семейств. Выступление Белого Вейнита и последствия, которые настигли борца за правду, всколыхнули народное негодование.
– Не трогайте его! – выкрикнула пожилая женщина в первом ряду. – Вы преступники, убийцы!
– Не отрицаю, – засмеялся командир. – Порешим и тебя, старуха, если не заткнешься.
Янус перевел взгляд с одного на второго, следом – на положение рук третьего, а четвертому посмотрел под ноги. «Черные Аисты», поигрывая с невидимыми хомутами, сужали кольцо.
Командир кивнул своему воину в хвосте, чтобы он припугнул смелую старушку.
– Покиньте Инитий немедленно! – пожилую женщину закрыл собой длинноволосый распорядитель серых кардиналов Ао, известный под кличкой Черепаха.
Тут же, протирая пот от напряжения, выскочил пухлый кадровый визирь Креации. Он поравнялся с коллегой и пискнул, нелепо воздев кулак к небу:
– Да! Покиньте!
– Страх, что ли, потеряли? – командир «Аистов» убрал руку за спину и жестами поторопил воинов с хомутами. – Мы тут на законных правах. Разойдитесь по домам!
В просвете между плечами наступавших «Черных Аистов» Белый Вейнит выцепил взгляд зеленых глаз и подмигнул. Наконец выстрелило финальное ружье – взлетели в воздух операторские дроны, а из толпы вышла девушка с огненной шевелюрой. Она выставила раскрытую ладонь вперед: на ней был изображен циркуль с наугольником – междумирный символ прессы. Вред, нанесенный репортеру при исполнении, строго карался, и об этом знали даже сумасбродные АИНовцы.
– Строк ди Байтр, «Благомыслие Инития». – Смелая инитийка навострилась к командиру «Черных Аистов», и к ней тут же кинулись его воины, обступая. – У меня вопрос к командиру «Черных Аистов», Баалу.
Командир приказал палить по дронам, и послышалась череда выстрелов: камеры мертвыми птицами падали на площадь.
– Как давно вы навещали брата в психлечебнице Галь-Рея? – Строк ди Байтр прорвалась к Баалу. – По последним данным он ходит под себя и кусает мастеров милосердия за ноги.
– Гадина, – оскалился командир. Он приставил ко лбу ладонь козырьком и прищурился. – Мне показалось, вы прессуете нас. По протоколу я имею право атаковать. – Громко скомандовал: – «Черные Аисты», угроза сопротивления! Занять позиции и приготовиться гасить мирняк!
Строк ди Байтр подхватили под руки, но ей удалось вырваться и вернуться в толпу. Для Януса не осталось наилучшей возможности – он сделал выпад и ткнул пальцами в глаза первому нападавшему; увернувшись от удавки второго, зарядил по ушам, третьему дал с колена, схватив за голову, а последнего атаковал по голеням. Вырвавшись, кинулся к тоннелю.
– Двуликий сбежал! – завопил Баал и указал пальцем. – Схватить!
Взвод переключился на новую цель, но одному из них прилетело камнем в висок. Ноги подкосились, и он рухнул без сознания лицом в брусчатку. Бегущий следом чуть не упал.
– Кто это сделал?! – выпученные от безумия глаза Баала сканировали толпу мирных инитийцев. – Вам не жить.
В ответ смелая пожилая инитийка надрывным, с налетом мелодичности голосом затянула:
– Мы из пепла зажжем наш священный огонь…
Креацкий визирь и Черепаха, поглядывая друг на друга, подхватили:
– Озарит он наш путь в темноте, в темноте.
Баал озверел от ярости. От сплоченности тех, на кого бы никогда не подумал. И когда запела вся толпа, было необходимо что-то предпринять.
Мы в пустыне добудем воды – вот закон…
Он оставил нескольких воинов для усмирения народа, других отпустил загонять Януса. Миротворцы вступили в потасовку, посчитав нападение на мирных за пересечение границ. Таны охранителей Тайной Канцелярии съезжались со всех кварталов: зазвучала сирена и призывы к порядку.
Янус стремглав пересекал улицу за улицей. Срезав через переулок Доблести Девы Искупления, рассчитал, что упрется в стройку, где легче затеряться. Он едва успел остановиться на пересечении линии эхонов – транспорт с воем клаксона пронесся перед носом, всколыхнув одежды.
Что нарушит наш ход в пустоте, в пустоте.
– Проклятье, – выругался Белый Вейнит, заметив троих «Черных Аистов», показавшихся на горизонте.
Они рванули к нему, а длинные вагоны эхона не позволяли перебежать переезд. Янус оценил обстановку, цепляясь за любую мало-мальски доступную лазейку и рискнул: забежал по узкой трубе ливнестока – он соединял крыши двух зданий. Высота вскружила голову, и Белый Вейнит заставил себя смотреть перед собой, чтобы не упасть.
– Стоять! – один из воинов наступил на трубу, и она затряслась.
Заскрежетал металл – выбились опоры, и Янус упал. Он обхватил ливнесток скрещенными ногами, повиснув на десятиэтажной высоте. В поле зрения попали собственные руки: беспомощно болтались над внутренним садиком соседнего дома. Стиснув зубы, подтянулся, но пальцы соскользнули, не коснувшись трубы. «Черные Аисты» приноровились – используя хомуты как страховку, двинулись по трубе.
Всесоздателю нашему дали зарок…
Сделав еще одно усилие, Белый Вейнит таки обхватил трубу и, как белка по стволу дерева, пополз вверх. Он спрыгнул к кому-то на балкон; «Аисты» добрались до крыши. Янус беглым взором поискал выход из ситуации: флажная лента крепилась к соседнему зданию, за которым – финиш. Отсек ленту от балюстрады и, намотав на запястье, запрыгнул на парапет. «Черные Аисты» попытались набросить ему на ноги хомут, но Белый Вейнит спрыгнул и исчез.
«Аисты» подбежали
