Симон занялся подгонкой вооружения, стараясь не смотреть на эту работу.
В ответ на свист своих хозяев возвращались соколы из-под арки вечернего неба. Два тела в птичьих шлемах положили на спины нервно вздрагивающих пони, некоторые фальконеры ехали в повязках, поддерживаемые товарищами. Но потери разбойников были гораздо больше.
Симон снова сидел за фальконером, но на этот раз — за другим. Этот всадник не хотел разговаривать. Он дотрагивался до раны на груди и негромко бранился при каждом толчке.
Ночь быстро спустилась на горы, вершины еще отражали солнечные лучи, а внизу уже сгустилась тьма. Дорога, по которой они теперь двигались, была гораздо шире и ровнее предыдущей. Она привела их к крутому подъему — здесь изгнанники фальконеры устроили свой новый дом. Их крепость вызвала у Симона возглас удивления.
Его по-настоящему поразили древние стены Эсткарпа, казалось, созданные из костей земли в момент ее рождения. И Салкаркип, хотя и закрытый неестественным туманом, производил впечатление могучей крепости. Но это была часть самой горы, самого утеса. Симон решил, что строителям удалось найти утес, изрытый сетью пещер, которые были расширены и обработаны. Потому что Соколиное Гнездо было не замком, а горой, превращенной в крепость.
Они прошли по подъемному мосту, переброшенному через пропасть, которую, к счастью, скрывала тьма. Только мост был настолько узок, что двигаться по нему можно было только гуськом. Симон перевел дыхание только когда понял, что они уже оказались в пещере. Он помог раненому фальконеру спешиться и огляделся в поисках гвардейцев. Первым ему бросилось в глаза темное лицо Танстона.
Корис пробирался к ним, за ним шел Йивин. На какое-то время хозяева, казалось забыли о них. Лошадей увели, перед входом каждый фальконер посадил своего сокола на кожаную перчатку. Наконец, один из птичьих шлемов повернулся к ник и сказал:
— Повелитель крыльев будет говорить с вами, гвардейцы. Кровь и Хлеб, Меч и Щит к вашим услугам.
Корис подбросил топор, поймал его и повернул лезвие в сторону в знак приветствия.
— Меч и Щит, Кровь и Хлеб, хозяин соколов!
Глава 3. Волшебница в Карсе
Симон сел на узкой койке, зажав кулаками раскалывающуюся от боли голову. Он видел сон, яркий и пугающий, а теперь мог вспомнить только ощущение ужаса. Проснувшись, он обнаружил себя в келье — скальном помещении в крепости фальконеров. Отчаянно болела голова. Но более важным, чем головная боль, казалось ему настоятельная необходимость повиноваться чьим-то приказам или просьбам.
Боль ослабла, но тревога не позволяла оставаться в постели. Симон оделся в кожаную куртку, которую ему дали хозяева, и вышел, решив, что скоро уже утро.
Они уже пять дней находились в Соколином Гнезде, и Корис собирался вскоре пробиваться на север, к Эсткарпу, через районы, занятые разбойниками. Симон знал, что капитан хочет склонить фальконеров к защите северного соседа. В столице Эсткарпа он употребит все свое влияние, чтобы победить предрассудки волшебниц, чтобы бойцы с птичьими головками на шлемах, смогли бы участвовать в битве за Эсткарп.
Падение Салкаркипа подняло суматоху среди жителей гор, в их крепостях шла подготовка к войне. В нижних этажах необычной крепости кузнецы и оружейники напряженно трудились, а небольшая группа техников готовила те крошечные устройства, при помощи которых птица-разведчик докладывала своему хозяину. Это была наиболее охраняемая тайна нации и Симон мог лишь догадываться, что это какое-то техническое устройство.
Симон часто ошибался в оценке людей этого странного мира. Те, кто вооружен мечами и щитами, не могут производить сложные коммуникационные устройства. Эти странные несоответствия в знаниях и оборудовании сбивали с толку сильнее, чем магия волшебниц, чем голоса птиц.
Магия волшебниц… Симон, взобравшись по каменным ступеням, поднялся на наблюдательный пункт. Туман не скрывал горные цепи, видимые в свете раннего утра, и, благодаря какой-то инженерной хитрости, он мог видеть далеко сквозь горы в том направлении, где, как он предполагал, находился Карстен.
Карстен! Он так задумался над проблемой этого герцогства, что не заметил часового, пока тот не заговорил:
— У вас сообщение: гвардеец?
Сообщение? Это слово отпустило какой-то невидимый рычаг в мозгу Симона. На мгновение он ощутил боль и убеждение, что что-то необходимо сделать. Это было предчувствие, но не такое, как на пути в Салкаркип. Его не предупреждали, а вызывали. Корис и гвардейцы пусть едут на север, если хотят, а он должен двигаться на юг. Симон снял все мысленные барьеры, позволив чему-то незаметно поглотить себя.
— Приходили ли какие-нибудь сообщения с юга? — спросил он у часового.
— Спросите Повелителя Крыльев, гвардеец, — голос часового был подозрителен. Симон направился к лестнице.
— Спрошу!
Но прежде, чем идти к командиру фальконеров, он разыскал капитана. Корис был занят подготовкой к походу. Он поднял взгляд от седла, и прекратил проверять прочность кожи.
— Что случилось? — спросил он.
— Смейтесь, если хотите, — коротко ответил Симон, — но моя дорога лежит на юг.
Корис сел на край стола и свесил ноги в сапогах.
— Почему вас влечет Карстен?
— Именно влечет! — Симон пытался выразить в словах свое ощущение. Он никогда не был красноречив, и сейчас ему было трудно. — Меня притягивает…
Раскачивание ноги прекратилось. На его лице застыло непроницаемое выражение.
— С каких пор… И как это случилось с вами? — вопрос был быстрым и резким, как приказ командира подчиненному.
Симон сказал правду:
— Я видел сон, а потом проснулся. А поглядев в сторону Карстена, понял, что дорога моя лежит туда.
— А сон?
— В нем была опасность, больше я ничего не могу объяснить.
Корис ударил кулаком в ладонь.
— Да будет так! Я хотел бы, чтобы вы обладали большей Силой. Но если у вас был сон, то мы едем на юг.
— Мы?
— Танстон и Йивин отвезут известие в Эсткарп. Колдер пока не может прорваться через барьер Власти. И Танстон сможет временно командовать гвардией. Послушайте Симон, я из Горма, а Горм сражался и против гвардии, пусть даже этот Горм мертв и заселен демонами. Я служил всеми своими силами Эсткарпу с тех пор, как Властительница дала мне приют и буду продолжать служить. Но теперь я могу принести пользу за границами Эсткарпа.
— Откуда мне знать…, — у Кориса под глазами были темные круги, глаза были усталыми, затянутыми какой-то пеленой. — Откуда мне знать, может, через меня — я ведь тоже из Горма — опасность ударит в самое сердце Эсткарпа. Мы видели что Колдер сделал с людьми, которых я хорошо знал. Как может человек сказать, на что еще способны эти дьяволы? Они прилетели по воздуху и захватили Салкаркип.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
