— Откуда мне знать…, — у Кориса под глазами были темные круги, глаза были усталыми, затянутыми какой-то пеленой. — Откуда мне знать, может, через меня — я ведь тоже из Горма — опасность ударит в самое сердце Эсткарпа. Мы видели что Колдер сделал с людьми, которых я хорошо знал. Как может человек сказать, на что еще способны эти дьяволы? Они прилетели по воздуху и захватили Салкаркип.
— Но, может быть, это не плод волшебства, — прервал его Симон. — В моем мире полеты в воздухе — обычный способ передвижения. Хотел бы я взглянуть на то, как они летают! Это мне о многом сказало бы!
Корис сухо рассмеялся. — Несомненно, в будущем у нас будет немало возможностей понаблюдать за их методами ведения войны. Говорю вам, Симон, если вас тянет на юг, для этого должна быть важная цель. А два меча, или, скорее, — с улыбкой поправился он, — один топор и один самострел лучше, чем только один самострел. Сам факт этого призыва — хорошее предзнаменование. Значит та, что ехала с нами в Салкаркип, жива и действует.
— Но откуда вы знаете, что это она? — у Симона тоже возникло подозрение, и теперь оно было подкреплено уверенностью Кориса.
* * *
Некогда на территории герцогства жил народ, родственный жителям Эсткарпа. И время от времени гордая темная голова, бледное лицо с чеканными чертами напоминали Симону о людях с севера.
— Проклятие Силы прикончило их здесь, — заметил Корис, когда Симон поделился с ним своими соображениями.
— Проклятие?
Капитан пожал плечами.
— Это происходит от сущности Силы. Тот, кто владеет ею, не имеет потомства. И с каждым годом число женщин, выходящих замуж и рожающих детей, становиться все меньше. Достигая брачного возраста, девушка в Эсткарпе может делать выбор среди двадцати. К тому же, есть множество бездетных семей.
Так было и здесь. И вот, когда сильные варвары появились из-за моря и поселились на берегу, они не встретили особого сопротивления. Все больше и больше земель попадало в их руки. Старые роды отступили в отдаленную местность. С течением времени, среди вновь пришедших появились завоеватели. Так появились герцоги, а этот последний герцог — простой наемник, который занял положение благодаря своему уму и силе меча.
— То же ждет и Эсткарп?
— Возможно, но в Эсткарпе кровь смешалась с кровью Салкаров, которые одни, по-видимому, могут заключать брак и иметь детей от женщин Эсткарпа. Поэтому на севере появилась новая кровь. Привлекает ли вас этот город, Симон? Это Карс-холм на реке, дальше лежит только Карс.
— Значит, мы идем в Карс? — осторожно ответил Симон, спустя несколько долгих мгновений. — Тяжесть по-прежнему на мне.
Брови Кориса поднялись.
— Значит, нужно идти осторожно и оглядываться по сторонам. Хотя герцог и не высок по рождению, но в отсутствии ума его нельзя обвинить. В Карсе немало глаз и ушей следуют за каждым чужестранцем и задается немало вопросов. Особенно, если мы немедленно не вступим под его знамена.
Симон задумчиво смотрел на речные баржи, раскачивающиеся на якорях у городской пристани.
— Но вряд ли кому понадобится раненный солдат. К тому же, разве не в Карсе лучшие доктора? Те, которые могут излечить изувеченного в сражении? Допустим, воина, у которого пропало зрение от удара по голове?
— И верный товарищ привез его к врачам Карса? — рассмеялся Корис. — Да, это прекрасная выдумка, Симон. И кто же из нас этот раненный воин?
— Я думаю, это моя роль. Она прикроет и ошибки, которые смог бы заметить наблюдатель герцога.
Корис кивнул.
— Продадим здесь пони. Они слишком явно показывают, что мы с гор, а в Карсе к горам относятся подозрительно. Заплатим за проезд в одной из речных лодок. Хороший план.
Капитан вел переговоры о продаже пони: присоединившись к Симону на барже, он еще держал в руках странной формы куски металла, которые служили в герцогстве деньгами. Корис улыбнулся, ссыпая их себе в карман.
— У меня кровь торговца, и сегодня я доказал это, — сказал он. — Хватит на то, чтобы сунуть в чью-нибудь жадную лапу в Карсе, если понадобится. Да и на продовольствие тоже. — Он опустил на борт мешок и топор, с которым не расставался с тех пор, как взял его из рук Вольта.
Два дня прошли в ленивом движении по реке. Незадолго до второго заката, когда впереди показались стены и башни Карса, Симон снова сжал голову руками. Боль вернулась и подействовала, как удар. Но тут же исчезла, оставив яркую картину плохо вымощенного переулка, стены и глубоко сидящей в ней двери. Это их цель, и находилась она в Карсе.
— Это оно, Симон? — и рука капитана опустилась на плечо Трегарта.
— Да, — Симон закрыл глаза. Где-то в городе он должен найти этот переулок, эту стену и дверь и встретиться с той, которая ждет…
— Узкий переулок, стена, дверь…
Корис понял.
— Немного, — заметил он. Взгляд его устремился к городу, как будто он силой воли хотел сократить расстояние, разделявшее баржу и гавань.
Вскоре они пришли в гавань под арку городской стены. Симон медленно продвигался в избранной им роли, стараясь идти с неуверенностью человека, который не доверяет своему зрению. И хотя нервы ею были напряжены, он был уверен, что сумеет отыскать в городе нужный переулок. Нить, которая вела его через герцогство, превратилась в прочную веревку.
Корис рассказал у ворот трогательную историю Симона и это, а также щедрый дар стражнику, позволило им пройти в город. Капитан фыркнул, когда они свернули за угол.
— Если бы он служил в Эсткарпе, то оказался бы на дороге, ведущей из крепости раньше, чем сумел бы произнести свое имя! Говорили, что герцог изменился, начав править, но не настолько же, чтобы так распустить своих людей!
— Говорят, каждый человек имеет свою цену, — заметил Симон.
— Верно, но мудрый командир знает цену своим людям и использует их соответственно. А этих наемников можно дешево купить. Хотя, может быть, они будут храбро сражаться за того, кто им платит. Что это?
Он задал вопрос, потому что Симон остановился и полуобернулся.
— Мы идем не туда. Нужно на восток.
Корис изучал улицу впереди.
— Через четыре двери поворот. Вы уверены?
— Уверен.
На случай, если сержант у ворот окажется более проницательным, они шли медленно и Корис вел Симона. Поворот на восток привел к новым улицам. Симон скрывался в подворотне, пока Корис проверил, не следят ли за ними. Несмотря на свою запоминающуюся внешность, капитан знал, как скрываться. Вскоре он вернулся.
— Если за нами пустили пса, он лучше, чем наши в Эсткарпе. Но я в это не верю. Идемте, пока нас не заметили и не запомнили. На восток?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
