Всего неделя. Кажется, ну что может случиться?
Графиня с тётками должны были покинуть Бистаун на следующий день после своего заявления, что больше тут не живут и в гостеприимстве графа боле не нуждаются и мне бы радоваться, но...
Это солнечное утро началось с неприятной новости.
— Мои кузины и вдовствующая графиня украли статуэтку, сундуки с золотом и ночью, когда все спали, скрылись, взяв экипаж виконта, — огорошил меня с самого утра обозлённый Адам.
Он находился в частичной трансформации и, судя по испорченным стенам, уже успел всласть выпустить первый пар гнева.
В кресле напротив разрушенного камина сидел хмурый виконт и крутил в руке стакан до краёв наполненный горячительной жидкостью.
Все слуги стояли выстроенные в шеренгу со сложенными перед собой покороно руками и низко опущенными головами.
Один лишь дворецкий мистер Краз был как всегда невозмутим внешне и гордо взирал на нас с Адамом, правда, в его взгляде я увидела тревогу.
Вот почему с утра не пришла миссис Фанни. И Адам не принёс с утра свежесрезанную розу. И я не нашла мешочек с фигуркой, который перед сном поставила на тумбочку рядом с кроватью. А ведь подумала, что Адам лёву взял.
Чтобы не упасть, держась за перила, я опустилась, села на последнюю ступеньку и прошептала неверящим тоном:
— Как украли? У виконта же охрана... И у нас лёва был под присмотром... Ничего не понимаю...
— Нужно было вчера подписать договор и сразу же возвращаться домой, — мрачно сказал виконт, не поворачивая в нашу сторону хмурой головы.
— Как это произошло? — спросила у рычащего от ярости Адама.
— Сон-трава, Лара, — рыкнул он. — Они подмешали в еду охраны лорда, в нашу еду, в том числе и всей прислуге проклятую траву! И как я её не учуял?!
— Они всё спланировали, — прошептала, уверенная в своей правоте. — Адам, у них давно всё было решено! Графиня и твои кузины не знали, что конкретно смогут у тебя урвать, но ждали момента! Я просто уверена в этом!
И тут меня настигла страшная мысль.
— Быть может, не появись здесь я, они и вовсе хотели тебя убрать. Отравить... Убить.
— выдохнула я, осознавая, насколько гадкими оказались тётки.
— Отец меня убьёт. — чуть дрогнувшим голосом, пробормотал виконт. — Ни золота, ни проклятой статуэтки.
Я вскочила на ноги и воскликнула, схватив Адама за руку, точнее, уже за когтистую лапу.
— Ты же волк, Адам! Возьми след! Они не могли далеко уехать! — воскликнула я.
— Сон-трава лишила меня обоняния на целые сутки, — упавшим голосом, произнёс Адам. Потом он посмотрел в мои погрустневшие глаза и сказал: — Но я бросил зов всем волкам в округе. Если они не покинули границ моего графства, их найдут и сообщат мне. И ещё Хёскульд. Мой верный друг тоже отправился по их следу.
— То есть, нам нужно только ждать, — без особой надежды произнесла я.
Я крепко сжала руку Адама и стала перебирать его когтистые пальцы.
— Мы не позволим им выиграть, Адам, — сказала уверено. — Мы немедленно сообщим о совершённом преступлении!
Адам крепко обнял меня, сел на ступени и посадил меня к себе на колени.
— Прости меня, Лара, Я подвёл тебя, — сказал он надломленным голосом. — У меня большое желание свернуть этой троице их змеиные головы.
Я печально улыбнулась.
— Ничего... Всё будет хорошо, — произнесла тихо.
— У тебя гораздо больше терпения, чем у меня, Лара, - сказал Адам. - Мне кажется, я могу стать преступником или даже убийцей, попадись они мне сейчас на глаза.
— Вы отправили кого-нибудь к дозорному с сообщением о воровстве?
— Я отправил своего человека. Адам тоже, кажется. — ответил вместо Адама виконт.
— Джеймс отправился с моим письмом. Я подробно изложил суть нашей проблемы, — сказал Адам.
— Хорошо, тогда ждём. — вздохнула и сжала руки в кулаки.
Вот не зря я нервничала! Как чувствовала, что будет какая-то подлянка от этих гадин!
А потом меня озарила одна мысль.
— Адам, а как они пробрались в комнату охраны виконта? И как умудрились подложить сон-траву во всю нашу еду?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Со стороны слуг раздался всхлип.
Мы все посмотрели на миссис Пэтти, которая сделала шаг вперёд и призналась:
— Простите меня милорд, леди. Это я виновата. Во всём виновата!
— Мы ещё поговорим, миссис Пэтти, — строго произнёс мистер Краз.
Адам нахмурился и потребовал объяснений:
— Выкладывайте всё как есть, миссис Пэтти.
Заламывая руки и не поднимая взгляд от пола, полная женщина, чуть запинаясь, рассказала, как вчера после обеда, на кухню спустилась леди Адель со словами, что все они завтра уезжают...
— Она просила за всё прощения. Сказала, что они все трое вели себя гадко и просили не держать на них зла. Мы с Эллой очень удивились, но и обрадовались. Всё же немало они крови попили.
Женщина с полных румяных щёк вытерла дрожащей рукой слёзы и продолжила рассказ:
— А потом леди Адель вдруг попросила научить её печь пирожки. Расхвалила мою стряпню и сказала, что верно никогда больше не попробует чего-то более вкусного, как приготовленные мной блюда.
Она всхлипнула и сдавленно прошептала:
— Леди меня лестью облила с ног до головы, а я дура старая уши и развесила! Вот и согласилась дать леди Адель урок самых простых пирожков. Откуда ж мне было знать, что она во время урока в остальные мои блюда, которые я готовила для вас, для охраны лорда Райли и для нас, сон-травы подсыплет! Простите меня, милорд! Простите, молю, потому, как себя я никогда не прощу!
Она вдруг упала на колени с мольбами о прощении.
Мистер Краз и другие слуги бросились к поварихе.
Мы с Адамом тоже встали и подошли к миссис Пэтти, которую уже подняли с колен.
Он посмотрел на низенькую женщину и сказал:
— Не плачьте, миссис Пэтти и не молите у меня прощения. Вашей вины здесь нет. Вся вина целиком и полностью лежит на моих кузинах и вдовствующей графине. Подлостью и коварством они сотворили это зло. Они, а не вы. И никто другой в этом в этом доме не виноват.
Адам повернулся к дворецкому.
— Мистер Краз... Чарли, миссис Пэтти не наказывать. Понял?
Дворецкий коротко кивнул и с облегчением посмотрел на повариху. Видать, правила вынуждали его применить к ней наказание, хоть ему и не хотелось. А вот своим приказом, Адам отменил эти самые правила.
Ну и, слава богу.
А вот Адель я собственноручно накормлю травкой с прочистительными свойствами! Пусть вспомнит тот самый день, сссука!
— Что-то подобное я и подозревал, — вздохнул Адам.
— Быть может, кроме подозрений, у вас есть предположения, где нам теперь искать ваших расчудесных кузин с графиней? — едко поинтересовался виконт. — Имейте ввиду, граф Бист, я не уеду отсюда пока не получу назад своё золото, либо этого льва.
— Вы получите своего льва, — сказала я вместо Адама.
— Что ж, поверю, хотя сильно сомневаюсь, — раздражённо хмыкнул виконт и допил огненную жидкость. Показал пустой стакан лакею и тот тут же наполнил его и снова до краёв.
Виконт пьянел быстро.
День полз медленней, чем передвигается ленивец.
Адам ходил злой, как тысяча чертей, но пока ещё сдерживался.
Приехал дозорный с констеблем и сняли со всех показания. Ещё раз уточнили, что конкретно украли три женщины, записали наши слова и без особого энтузиазма заниматься этим делом, уехали, оставив нас рассерженными дикобразами.
Весь день мы только и делали, что ждали у моря погоды.
Ждали новостей от должностных лиц, от волков... Ждали, когда к Адаму вернётся нюх.
Я даже попыталась позвать фею Агату, но поганка не отзывалась и не появлялась. Видимо, обиделась на меня за прошлый раз, когда я её чуть-чуть придушила.
В общем, день клонился к закату, все мы были хмурые, рассерженные и не ожидали ничего хорошего...
* * *
Десять часов вечера. Виконт, выпивший приличную часть запасов из винного погреба графа, был утащен собственной охраной в его гостевую комнату.
