Страсти по Бенвенуто
Сам Бенвенуто пишет, что его продали за венецианское епископство. Кардинал Корнаро радел о некоем дворянине Андре Чентано, может быть, он был его родственником, неизвестно. У папы Павла III освободилось епископство, и он обещал дать его этому Чентано. Кардинал направился к папе напомнить об обещании, и тот сказал: да, помню, будет ваш Чентано епископом, но вы мне должны оказать любезность.
— О, конечно, ваше святейшество. Какую?
— Отдайте мне Бенвенуто.
Кардинал Корнаро смутился:
— Но ведь вы его простили. Что скажут люди обо мне и о вас, если он снова очутится в тюрьме?
Папа уговорил кардинала на сделку, обещая поместить Бенвенуто в нижней комнате замка, там, где был потайной сад папы. Это уже вроде и не тюрьма, а рай на дому. Павел III обещал, что ювелиру будут созданы идеальные условия для жизни, там он поправится, сможет принимать друзей. Когда Бенвенуто узнал о комнате в потайном саду, он взмолился:
— Не отдавайте меня папе. Живым я оттуда не выйду. Помогите мне бежать! Я велю завернуть себя в тюфяк и вывезти из Рима!
Кардинал Корнаро был в раздумье, но Андреа Чентано, будущий епископ, ускорил возвращение ювелира в замок. Корнаро мучила совесть, он успел предупредить Бенвенуто: не ешь папскую еду, я сам буду посылать тебе пищу в замок.
Жизнь в потайном саду была вполне сносной. К Бенвенуто действительно в любое время пускали посетителей, были книги, вкусная еда (он выполнял совет кардинала Корнаро), но мысль о свободе не давала покоя. Теперь ему для побега был необходим помощник. Среди посетителей нашелся нужный человек — старый знакомец, юноша-грек. Он был смел, добр, великолепно владел шпагой, предан Бенвенуто, но «легок на веру», то есть простодушен, как Кандид.
Бенвенуто придумал способ освобождения и долго уговаривал юного грека ему помочь. Но тот твердил, что Бенвенуто не прав, что весь город знает, что папа дал ему службу с жалованьем в 500 скудо, что нельзя пренебрегать милостью его святейшества. Но пленник знал цену этой «милости», он был настойчив и в конце концов уговорил грека помочь ему. Нам, читателям, Бенвенуто о своем плане не сообщил, но можно верить: он продумал все до мелочей. В последний момент все рухнуло. Юноша явился к Бенвенуто со слезами на глазах:
— Брат мой, ты хочешь погубить себя. Ради твоей жизни я решил тебя ослушаться. Умные люди сказали мне, что ты не прав. Тебе ничего не грозит.
Вряд ли юноша донес на Бенвенуто, но по простоте сердечной он, видимо, проболтался о задуманном побеге. Кара не заставила себя ждать.
Небольшое отступление
Папа Павел III (1534–1549)
Энциклопедия Брокгауза и Эфрона сообщает такие сведения: Александр Фарнезе происходил из знатной римской фамилии. Получил гуманистическое образование сначала под руководствам Помпония Лета, а затем во Флорентийской академии, состоял в переписке с Эразмом, Садолеттом и др. При Иннокентии VIII был сделан апостольским протонотарием, при Александре VI кардиналом, при его преемниках получал самые доходные епископства, вследствие чего положил основание знаменитому дворцу Фарнезе и построил не менее знаменитую виллу в своем поместье Больсена. Ни слова о подделанной булле, о заточении в замке Святого Ангела, а еще говорят: энциклопедии совершенно объективны. Без побега из тюрьмы образ папы как-то бледнеет.
Папе Павлу III выпала тяжкая доля бороться с реформаторским движением в Германии, лавировать между испанским и французским влиянием. Он то замирял Карла V и Франциска I, то пытался отстраниться от этих политических интриг, стараясь найти выгоду для церкви. А еще Павел III был последним папой, для кого вопросы искусства играли какую-то роль.
Кант пишет (совершенно замылили эту цитату от частого употребления!), что для него непонятны две вещи: звездное небо над нами и закон нравственности внутри нас. С законом нравственности Павлу III все было ясно, а что касается звездного неба, здесь было много тайн, ему тут все было интересно. Он был наместником Бога на земле, но астрология интересовала его не меньше, чем христианская догма. Коперник подарил ему свой труд «Об обращении небесных сфер».
В то время как Бенвенуто сидел в замке, совсем недалеко от него, в Сикстинской капелле, Микеланджело трудился над фреской «Страшный суд». Фреску заказал Павел III, в 1539 году работа была в самом разгаре. Когда Микеланджело работал, он обычно никого не пускал в капеллу. Папа не был исключением, и если ему надо было поговорить с художником, он присылал кого-нибудь с вопросом, будет ли сейчас уместен его визит. Вазари в своих жизнеописаниях сообщает: «Вместе с ним (с папой) пришел в капеллу мессер Биаджо да Чезена, церемониймейстер, человек придирчивый, который на вопрос, как он находит это произведение, ответил: «Полное бесстыдство — изображать в столь священном месте голых людей, которые, не стыдясь, показывают свои срамные части; такое произведение годится только для бань и кабаков, а не для папской капеллы»». Микеланджело обиделся, разозлился и, желая отомстить дураку-церемониймейстеру, как только он ушел, изобразил его в аду в виде Миноса, с большой змеей, обвивающейся вокруг его ног, среди кучи дьяволов. «Сколько ни просил мессир Биаджо папу и Микеланджело уничтожить это изображение, последний сохранил его для памяти об этом, так что и сейчас можно его видеть».
Тема греха и воздаяния за грехи очень волновала Павла III. Грешники и вероотступники множились в мире, как никогда: лютеране, протестанты, Англиканская церковь, а также убийцы, прелюбодеи и прочие. И Бенвенуто Челлини грешник, он достоин ада на картине Микеланджело. Сидит пока в темнице, и пусть сидит!
Дня через два после того, как юноша-грек покаялся в своем невольном предательстве, в потайную комнату ночью явилась стража. Бенвенуто подняли с постели, закутали в одеяло, привязали к стулу и отнесли в камеру смертников. Там его отвязали от стула, переместили на жесткий тюфяк, оставили при нем одного солдата и удалились. Солдат тут же принялся жалеть и утешать Бенвенуто, а как утешишь, если и так понятно — пленника ждет неминуемая казнь.
Бенвенуто это тоже понимал, а потому обратил все мысли к Богу. «За что?» — спрашивал он Всевышнего. Да, он убил человека, но это было совершено «для защиты моего тела, которым Его Величество меня ссудил; так что я не сознаю согласно повелениям, по которым живут на свете, чтобы я заслужил эту смерть». Он пришел к выводу, что случившееся с ним не справедливая кара Господня, а игра случая. Идет человек по улице, и вдруг камень на голову. Никто не бросал его, он сам вдруг сполз с крыши, и все это есть могущество звезд: «Не то чтобы они сговорились против нас, чтобы делать нам добро или зло, но это делается от их сочетаний, каковым мы подчинены». И все это потому, что он недостаточно крепок в вере, потому звезды и устроили ему «эту зловерность». Как мы видим, астрология была очень популярна в то время.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
