— За тобой — на край света, моя леди, — посмеялся с моего нетерпения изумрудный.
Повторного позволение решила не ждать, сразу же стартуя с места по направлению к лестницам, ведущим на ярус чердака. Краем глаза заметила, что Саид дает знак остальным стражам следовать за мной.
— Стоп, а вы куда? — резко останавливаюсь, вопросительно на него взирая. — Не нужно, Саид, там мне достаточно одного Ша-Энга.
— Мы ваша стража, моя принцесса, — твердо настоял юноша, вызвав мою легкую, но вполне саркастичную улыбку.
— Вы были стражей Герриона, его стражей и остаетесь, — знаю, что сейчас капризничаю, но мне просто интересно испытать терпение змея.
А все потому, что однажды я доверилась Саиду, прониклась к нему, а вышло так, как вышло. Именно он загнал меня в клетку. Надо успокаиваться, больше это не может так продолжаться. На его месте, возможно, я поступила бы так же. Они — люди Гера.
Просто больно.
— Идем, Ша-Энг, — уже отвернулась и даже сделала пару шагов вперед вместе со своим другом, как услышала позади:
— Вы ошибаетесь, госпожа, — обернулась. — Ваши слова для нас не пустой звук, ваши желания — закон.
— Снимите маски.
Озвучивание сиюминутного желания явно застигло троицу врасплох. Ша-Энг не вмешивался, благоразумно отступив мне за плечо, а я тем временем наблюдала, как трое, двое из которых при масках, колеблются. Саид старался не терять лицо, Рамиль зашевелился, Эсфир и того поди весь напрягся.
Я повернула голову к Ша-Энгу:
— Сними.
Дракон молча повиновался. Знаю, неравное положение, учитывая изначальное отношение изумрудного к этой атрибутике, но в том-то и вся соль. Видимо на мой «закон», есть «закон» больший.
На любую силу найдется еще большая сила.
Моргнув, улыбнулась как можно мягче, и, ничего более не говоря, развернулась и пошла по заданному ранее направлению, чувствую уверенную поступь друга рядом.
— Это приказ? — раздалось за спиной.
— Что? — даже остановилась от неожиданности. Обернулась, чтобы недоуменно воззриться на решительного Саида.
Такое ощущение, как будто я жениться на себе прошу.
— Снять маски, это приказ?
Тяжело вздохнула, прежде чем развернуться и, наконец, закончить этот разговор:
— Это была просьба, Саид.
***
Простирающийся пейзаж перед нашими глазами создавал картину зимней сказки в лучах яркого солнечного света. Отсутствие ветра и вовсе наталкивало на ассоциации, будто находишься в огромном стеклянном шаре.
Мы с Ша-Энгом сидели на одном из выступов крыши башни, болтая ногами в свободном пространстве под слаженный хруст леденцовой карамели. Какое-то время каждый думал о своем. Пару раз ловила себя на мысли: о чем думает Ша-Энг вот так пристально глядя вдаль? Спросить не решалась.
— Не замерзла? — прервал он мои размышления, привлекая внимание.
— Нет, ты же знаешь, — мотнула головой, отводя взгляд. Да, такая погода мне давно стала не по чем. Даже могучий изумрудный дракон одет теплее, чем я.
— Почему взгляд тогда такой?
— Какой?
— Как у побитого шорса, — зеленые глаза внимательно прищурились. — Все думаешь о том, что только произошло?
Я улыбнулась, в мыслях хваля дракона за наблюдательность, но ничего не ответила. Что мне сказать, что давно признала их невиновность? Так это понятно. Просто это поступок на эмоциях. Я никогда не считала себя излишне эмоциональным человеком, но если какое-то чувство поглощало меня, то практически без остатка. Так и сейчас, холодность держится только на упрямстве, нет уже никакой обиды.
— Ты бы помягче с ними, если за все простила, — ящер ненавязчиво подвинул последнюю конфету поближе ко мне. — Сама же мучаешься сейчас.
— Ничего, им полезно, — или просто я редиска. — Вот, например, ты, что позволяет тебе перешагнуть через правила? Почему они не могут сделать этого, когда дело касается мелочи?
— Просто у меня слаборазвитый инстинкт самосохранения, — усмехнулся хитрец, откидываясь на подставленные руки за спину. — Заканчивай с этим, Ая. Себе же хуже делаешь, не говоря уже о том, что заставляешь парней метаться меж двумя огнями.
Стало немного стыдно за свой детский порыв, но если бы дело касалось пустяка. Я просто очень хотела освободиться. Если не быть с тем, кого люблю, то хотя бы не стать женой того, в ком мужчину не вижу. Точнее, Гер безусловно обладает всеми присущими мужчине качествами, но не к сердцу он мне. К тому же, я никогда не смогу предать Фаля после всего, что было между нами.
Я заставила себя смириться, что больше никогда его не увижу. Заморозила внутреннее состояние, как делаю это с материальными предметами, но никем другим забыться не смогу. Я всего раз в жизни полюбила, и не думаю, что смогу сделать это дважды. Может, счастье мое не в этой жизни меня ждет?
— Я, конечно, сделаю, как ты просишь, — ответила, наблюдая, как красиво пар от моего дыхания закручивает морозные пируэты. — Но сделаю это, прямо скажем, не по любви.
— А кому сейчас легко? — хохотнул дракон, слегка толкая меня в плечо.
Не сдержала улыбки, потирая руку. Думаю, Ша-Энг — мой личный антидепрессант. В моем мире за них обычно принято принимать котиков, в этом — это большой, временами покрытый чешуей, двухметровый мужик. Как тут сдержать веселье?
— Хорошо, Ша-Энг, я прислушаюсь к твоему совету, — вручила ему последнюю конфету, в душе надеясь, что ему будет приятно.
— Вот и славненько, — потер он ладони, принимая угощение с моих рук. Трубка мира выкурена.
37. Без ответа
Тоска по полюбившемуся дракону, с которым что ни день, то был праздник, обуяла меня с силой проснувшегося вулкана. Лежа в бассейне купальни, наполненной паром, я задумчиво вычерчивала пальцем разводы по мокрой плитке, грудью прижимаясь к бортику. Сцепленные волосы грозились распасться из ненадежной прически и полностью погрузиться в воду.
Я знала, что у моей троицы сегодня какое-то собрание, сборы, которые проводят примерно раз в месяц с докладами вышестоящему начальству об обстановке на вверенном им участке. Как понимаю, в их случае, это заседание «на ковре» у принца.
Полагаю, принц рассчитывает получить обо мне еще какую-либо информацию от них, но профилактическое игнорирование Саида дало свои плоды. Я поступила согласно совету Ша-Энга, подтолкнувшего меня к решению близкому сердцу, после этого мы постарались тот случай забыть. Во всяком случае, даже наедине ни разу не было и намека воспоминаний о моем несостоявшемся побеге.
Саид расскажет только общие моменты, мои шалости или откровения будут прикрыты. Потому я с чистой совестью и нетерпением ждала, когда на это время на их место заступит Ша-Энг.
Потому выбираясь из воды, натягивая халат на обнаженное тело, никак не ожидала услышать голос Саверия у себя в комнате:
— Моя госпожа, у меня чудесные новости! — я скривилась. С каждым днем общество жреца для меня все тяжелее и тяжелее переносить.
Он тоже не делает ничего плохого. Не строит заговоров, не пытается мне навредить, но настолько убежден в своей правоте о божественной истинности между мной и Геррионом, а потому из нас выйдет чуть ли не одна из самых гармоничных пар в истории, и детки у нас будут замечательные, и обучаться щитам мне, конечно, не нужно.
Выбрала платье легкого покроя со свободными рукавами и простотой в облачении. Стараясь не задевать руку, что в последнее время беспокоила меня то зудом, то слабой ноющей болью, быстро справилась со всеми шнуровками и предстала перед зеркалом.
Да, случай со служанкой я помню. И понятное дело, что не такая уж она и неуклюжая, но что это, новый способ мне насолить? Со вздохом отмахнулась от этой мысли. Неглубокая царапина, оставшаяся мне на память от броши девушки, была не страшнее той, что обычно оставляют котята.
Волосы решила не трогать, пусть досыхают так.
— И что такое срочное привело вас в мои покои? — расслабленно вышла я из чертогов своей «Нарнии», намекая жрецу о его бесцеремонности.
