— Я нет, но мой брат очень хорошо знаком, — смутилась девушка, усаживаясь на лакированную скамейку. — Извините, я виновата перед Васей.
— Сара, мы все в городе знаем, как ты относишся к своему братишке, и сколько ночей ты дежурила в больнице, после той операции. Так что не извиняйся передо мной. Это ты с Василием сама разбирайся. — Я улыбнулась, разливая душистый травянной сбор, и пододвигая к дочери своей однокашницы розеточку с вареньем из винограда, и тарелку с пирогами. — Пей чай, кушай, успокаивайся.
Интересно, как девушки к друг другу отнесуться, а? Варю я еще не видела, но Вася сказал, что она высокая, сильная, только что инициировавшаяся металистка и электра. А Сара очень сильная менталистка, мать ее неплохо научила, и на годичных курсах хорошо поднатаскали. Мда, переживет ли наш город встречу этих двух девушек? Я про себя усмехнулась.
— Анастасия Александровна, вы что‑то утаиваете. — Сара внимательно посмотрела на меня, и попыталась считать хотя бы эмоции. Но девочка, тебе это пока рановато, почитай Каспера, я умею перенаправлять внимание мозголомок. Но интуиции у тебя хорошая, бесспорно.
— Сара, ну что ты, с Василием все хорошо. Ребят жалко до слез, но с сыном все нормально. Он даже с егерями ходил в поиск, но нашли только следы катеров, на которых сбежали бандиты. Пока в поиске, но скорее всего пустышка. — Ну да, с сыном все хорошо, и то, что он нашел еще одну девушку, это пока не его проблемы, а твои. Ты же в него втрескалась по уши, это я хорошо вижу сейчас. Расслабилась ты, дочка, защита ослабла. — Экипаж сидит в Старой Руссе, ждут, пока корабль хоть немного подлатают.
********
Выйдя из дома Ромашкиных, Сара попрощалась с возможной свекровью, и уселась в машину. Сейчас она успокоилась, по крайней мере, внешне. Потому и тронулась неторопливо, без рывков. И отъехала от дома Ромашкиных так же спокойно, глядя в зеркало на стройную фигуру матери Василия.
И остановилась на следующем перекрестке, с силой потерев лицо руками.
— Ну Вася, интересно, что ты там снова учудил, что твоя мама об этом не хочет рассказывать мне? А, любимый? — Брюнетка зло усмехнулась, глядя на себя в зеркало заднего вида. Потом подмигнула сама себе. — Что, подруга, не подумала, устроила себе проблемы, а? Ведь кто мешал сначала подумать, а только потом лупить парня по морде? И нет, чтобы извиниться после, затрахать Ваську до потери соображаловки, колечко у него взять? Нет, Сара, ты не еврейка, ты дура!
Девушка зло ударила кулаками по рулю, и задумалась.
— нет, так дело не пойдет. Я работник аналитического отдела инквизиции или нет? Ну, любимый, я сейчас землю рогом рыть буду. Но все о тебе узнаю! — И Сара зло, со скрежетом воткнула передачу. После чего газанула, и бросила сцепление. Вездеход, тоже не менее вредный, чем хозяйка, рванулся и заглох.
— Врешь, довезешь! — Сара уже спокойнее завела машину, и плавно тронулась. Ей предстояла бессонная ночка, основную работу‑то папа не отменял, и спрос у него с дочери даже посерьезнее, чем с остальных сотрудников.
Поздней ночью уставшая девушка протерла глаза и зевнула. Потом поглядела на фотографию красивой блондинки на экране компьютера.
— Так вот ты какой, северный олень. Точнее, оленуха. Варвара краса — длинная коса. Ну — ну. Я тебе косы точно выдеру. Чтобы моего парня не уводила!
****************************************
— Ну, Василий, отличная работа! — Кэп обошел груды цветного лова, когда то бывшего двухмотоный самолетом, и пнул кус оторванного дюраля. — Молодец! Заслужил свою звездочку!
Егеря помогли коронерам вытащить тела из разбитого самолета, и молчаливые мужики из следственного комитета сейчас грузили их в пластиковые черные мешки. Туда же были упакованы тела семи убитых огневым налетом с дирижабля бандитов — зенитчиков. Пушки у бандюков так себе были, кстати. Переделка древних трехдюймовок, двух полковушек и одной дивизионки. Но, пройди мы еще чуть, и эти самодельные зенитки могли нам устроить встречу с землицей. Совершенно точно, мы немного не дошли до той точки, откуда пушечный огонь был бы смертельным и, что самое страшное, пушки были бы в мертвой зоне наших пулеметов. От дивизионки нам итак досталось досыта, мало не показалось.
— Василий, там тебе егеря трофеи отобрали. — Позвал меня старпом, отвлекая от сканирования тел в черных мешках. Что‑то они мне напоминают, по остаточным следам аур. Точно ведь!
— Командир, это ведь одержимые были! Не простые пираты, а одержимые! Все пушкари, которые тут убиты — были одержимы! А пилоты и тот бортстрелок — нет, обычные люди. — Я обернулся к своему командиру. Следаки тут есть, но они мне не начальство. Нужно будет — переспросят.
— Извините, молодой человек, вы утверждаете, что все погибшие на земле бандиты были одержимы? — Помяни следака, он появится. Вежливый такой грузинистый дядя, в отменнном костюме, сверкающих даже тут туфельках. Круглые очки, усики. Пенсне, вроде как такие очочки называются. И на лацкане скромный такой поплавочек, Знак Академии Юстиции. В серьезных чинах товарищ, минимум полковник юстиции. Неважно кто закончил эту Академию, шериф из американской глубинки, или прокурор из Тобольска, нашей новой столицы — все на выходе получают звание полковника юстиции. И не зря, отсев жуткий, чтобы полностью закончить это учебное заведение — надо быть гением. Даже если человек первый курс закончил полностью, и был отчислен со второго — он уже прыгнет на следующую ступень в карьере. Или следующая звездочка на погоны, следующая должность, он точно выберется на выборах шерифа округа или города. — Вы настолько сильный некромант, что способны по остаточным признакам это определить?
— Да. Яуже сталкивался с таким, недавно. Отличия очень незначительны, но они есть. — Я серьезно кивнул, глядя в глаза этого человека. Интереснейший дяденька, кстати. Кого‑то он мне напоминает. Вспомнил, видел как‑то статейку. — А вы что, специально под Берию нарядились?
— Да. — Не менее серьезно ответил этот товарищ в штатском. — Я считаю Лаврентия Берию одним из величайших министров внутренних дел России. Я прокурор Северо — Востока, Иосиф Гергедава. Вы зайдите ко мне после вашей пробежки с егерями, молодой человек, вам выпишут прокуск. Зайдите обязательно, нам надо много о чем поговорить. Отказ не принимается, молодой человек. — И Гергедава ушел к дирижаблю, оставив меня в легком недоумении. Что надо такому большому начальнику от меня, простого бортстрелка?
— Василий, по прибытию в порт обязательно выполнишь распоряжение прокурора, ясно? — Командир внимательно поглядел на меня, и решив, что я достаточно проникся, продолжил. — Это приказ по команде, Вась, не вздумай его игнорировать!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
